Чтение онлайн

Мало того — он считал себя еще и неотразимым, что, в общем-то, обычно идет рука об руку с излишней самоуверенностью. А она, в свою очередь, частенько растет из банального комплекса неполноценности, задев который можно спровоцировать агрессию подобных типов случайно.

Или специально.

И для Винсента это стало последней каплей.

Я отчетливо увидел, как вокруг его сжавшихся в бешенстве кулаков засветилось зарево зарождающейся магии, и приготовился отражать атаку. Хотя какая там атака — так, максимум легкий шлепок.

Что вообще мог противопоставить мне этот щенок?

Я же вижу его намерения, вижу цвета его маны и даже предвижу, что конкретно он собирается из него сплести — простейшую Вспышку, которая должна будет ослепить меня на несколько секунд. От такого мне даже защищаться нет нужды — достаточно просто закрыть глаза в нужный момент, и все его карты биты.

Вот же он удивится, когда полезет на меня с кулаками, уверенный, что я ничего не вижу, а я его встречу банальным и простым прямым в челюсть.

Но, раньше, чем Винсент кинулся в атаку, даже раньше, чем доплёл свое заклинание, Ванесса рядом внезапно громко, перекрикивая даже гул толпы и музыку, завопила:

— Авария!

Буквально через секунду к нам подскочил сразу десяток людей, которые сначала остановились в недоумении, но потом, быстро разобравшись в происходящем, накинулись на нас с Винсентом.

Схватили за руки, повисли на плечах, оттащили друг от друга, словно боялись, что мы и в самом деле затеем драку. Хотя никакой драки и не планировалось. Небольшой урок вежливости — это да, но не более того.

— Тихо, тихо, — спокойно произнес я, не делая резких движений. — Я в порядке, ребята, что за поведение?

В центр стихийно образовавшегося вокруг нас круга вышел мужчина лет сорока, подволакивающий ногу и опирающийся на тросточку. Он сурово и внимательно посмотрел на меня, потом на Винсента и заговорил:

— Что за беспорядок? Вы что, драку собирались устроить? Вы что, правил не знаете? Никаких драк, никаких склок, никаких дрязг! Даже голос друг на друга повышать не рекомендуется! У нас здесь дружеская атмосфера, и я никому не позволю ее нарушать! Если есть какие-то разногласия — валите на трек, и решайте их на треке! А если нет — то валите с гонок, оба!

— Да какой трек?! — заорал Винсент, бешено вращая глазами и пытаясь вырваться из рук тех, кто его держал. — Он же безродыш, чернь! Я что, гоняться с ним буду, с этим галахом?! Еще чего не хватало!

— Винсент! — Мужчина сурово сдвинул брови. — Ты прекрасно знаешь, что среди нас есть множество гонщиков, не относящихся к знатным родам! Хороших гонщиков! Я знаю, что ты относишься к ним неприязненно, я знаю, что ты ставишь себя выше них и никогда с ними не гонял, но меня это не волнует! Если у тебя к этому юноше есть какие-то претензии, то разрешайте их на треке, независимо от того, знатного он происхождения или нет! Перед правилами гонок равны все!

— А знаете что! — Винсент особенно сильно тряхнул плечами, и те, кто его держал, рефлекторно отпустили паренька. — Пусть так! Пусть будет по-вашему! Я вызову его на гонку, я поступлюсь ради этого своими принципами! Я не могу спустить ему с рук то, что он со мной сделал!

— А что ты с ним сделал? — шепнул мне кто-то на ухо.

— Да не знаю, он бредит по-моему, — не отводя взгляда от Винсента, ответил я. — Мы встретились в клубе, выпили вместе, а потом он начал скакать на четвереньках по танцполу и бодать всех встречных, как козел. Охрана его выпроводила, а он с чего-то решил, что это я виноват.

— Как козел, говоришь? — хихикнул тот же голос. — На четвереньках? Вот бы на это посмотреть!

— Чего-чего? Кто козел? — вмешался другой голос и первый шепотом пересказал то, что услышал от меня.

А Винсент тем временем ткнул пальцем в мою сторону и пафосно спросил:

— Ну так что… Не знаю, как там тебя зовут, ты принимаешь мой вызов?

Те, кто держали меня, тоже наконец-то расслабились, поняв, что никто не собирается делать никаких глупостей — ни я, ни он.

— Да ты перегрелся, что ли? — Я усмехнулся. — Ты всерьез собираешься гоняться с человеком, который сегодня впервые в жизни сел на мотоцикл и проехал на нем в общей сложности метров сто? Серьезно, будешь?

Услышав это, Винсент слегка стушевался — судя по всему, ему даже в голову не приходило, что в этом месте, где собрались сплошные гонщики, может найтись кто-то, кто к этим гонщикам не просто не относится — даже и не собирается относиться, даже и не желает этого!

Сейчас я давал ему шанс соскочить с этой темы и замять конфликт, сделав вид, что никаких претензий ни у кого ни к кому нет.

Он даже может сейчас фыркнуть и снова что-то заявить про чернь и холопов, ну да и хрен с ним, каждый останется при своем мнении, а, вернее, я останусь в выигрыше — ведь у Винсента после сегодняшнего вряд ли еще когда-то появится желание приблизиться к моей женщине.

Меня этот вариант вполне устраивал.

И, кажется, до задиры начало доходить, что я оставляю ему шанс избежать прямой конфронтации, при этом минимально пострадав в плане имиджа. Слух о том, что он прыгал по бару Ванессы, изображая козла, уже растворился в окружающей толпе и вызвал немало усмешек, да плюс к тому наверняка кто-нибудь на танцполе снял на телефон выделывающегося аристократа, так что от этого он теперь если и отмоется, то нескоро.

Но вот если он всерьез собирается гоняться с «простолюдином», хотя до этого у него аж целый принцип был на этот счет — это уже привлечет более серьезное внимание со стороны окружающих.

Уже привлекло.

— Ну конечно! — Он усмехнулся. — Само собой, как доходит до дела, так трусливый щенок пытается соскочить с темы!

Я передумал. Если бы этот выродок тихо и спокойно сейчас закрыл тему, свернув разговор, пусть даже на неловкой ноте недосказанности, все было бы нормально.

Если бы. Теперь — нет. Пора его проучить за наглость.

— В конце концов, да у тебя же даже собственного мотоцикла небось нет! — продолжал изгаляться Винсент. — О чем с тобой говорить?!