Чтение онлайн

– Дашенька, их надо закутать, чтобы они не тратили последние силы на то, чтобы согреться.

– Хорошо, – проговорила я, приняв стопку в руки.

Валентина Петровна, печально оглядев раненых, вновь ушла.

– Такая участь может постичь любого оборотня. Убийство подстегивает в нас чувство чрезмерной власти. Это опасно. К ощущению собственной вседозволенности быстро привыкаешь, – сурово пояснил молоденький волчонок Андрей, подручный Ника, лопая на кухоньке бутерброды с шоколадной пастой, которую принесли с собой помощники, напросившись на чай. Им самим было лень возиться с бутербродами, и, отыскав запакованную банку в маленьком холодильнике в бухгалтерии, они заявились ко мне.

Ладно, это для меня совсем не трудно – покормить их, тем более они притащили еще один диван для Тео и ловко помогли устроить его на нем. Посуды и прочего в кухоньке не было, бунтовщики зачем-то вынесли все. А Ник и Андрей благоразумно явились со своими чашками и чайником, прихватив их в соседнем кабинете.

Ник во время разговора все больше молчал. Он что-то совсем потух даже по сравнению с тем сдержанным человеком, который вез меня домой. Я устало улыбалась, втайне мечтая хоть ненадолго остаться одной, чтобы прийти в себя. Слишком много всего на меня навалилось в последнее время.

А парнишка разумно и не по возрасту рассудительно продолжал говорить:

– …Жажда крови – тем более у волков!

Мой интерес к оборотням заметно поубавился, и сейчас меня уже совсем не волновало, что и как там у волков. Да, все у них ужасно, особенно если вспомнить, что я видела сегодня. Пусть последние годы и были у них мирными.

По моим ощущениям, за окном должно бы уже стемнеть. Наступающая весна хоть и ненадолго, но прогнала подступающую темень. Оторвавшись от окна, молча кивнула помощникам и ушла в комнату – к Тео и Кевину. Такое ожидание улучшения в их состоянии мучило меня ужасно. С удовольствием заменила бы его на выматывающие хлопоты и беготню в заботах о больных.

Я легчайшими прикосновениями погладила морду волка, к которому до этого как-то не решалась притрагиваться. Тео уснул от снотворного – как умер: настолько тихим было его дыхание. Моя собственная злость превратилась в усталость, но ненадолго.

Ник с Андреем ушли, а я так неподвижно и стояла, уставившись в окно невидящим взглядом, сложив руки на груди. Пока не вспомнила, что в машине остались все мои вещи. Хоть какое-то занятие! Я накинула пуховик, спустилась вниз, игнорируя разводы и тяжелый запах. Машина Тео открылась без проблем. Я захватила свою тяжеленную сумку из багажника, захлопнула его и, заперев машину, убрала ключи в карман.

Возвращаясь, у ступенек неожиданно столкнулась с Ником, который бережно нес на руках молоденькую девушку, прикрытую его толстой курткой. Я остановилась, стараясь не смотреть на ее синяки. Что-то сейчас в Нике появилось такого, словно это не просто знакомая, а очень близкий для него человечек. Ужасные подозрения промелькнули в голове.

Он нехотя притормозил.

– Это Машенька, моя сестренка, та, что позвонила. Она выбралась из особняка, чтобы дозвониться, а ее поймали.

Слезы при виде истерзанного ребенка сами наворачивались на глаза, но я все же нашла в себе силы воскликнуть:

– Боже мой! Я и не думала, что встречу настоящего героя! Мне всегда казалось, что они только в книгах или фильмах, а тут вживую!

Может, это звучало глупо и наивно, но Ник все понял правильно и улыбнулся, и даже у девчушки глазки заблестели. А я продолжала энергично вещать, пристроив сумку к своей ноге.

– Наверно, весь клан теперь тобой гордится! А бабушка с братом больше всех!

Господи, как Валентина Петровна еще кому-то помогала, когда знала, что девочка пропала. Я сразу поняла, что старая доктор – выдающийся человек, но сейчас просто была потрясена. И Ник… Сколько ему пришлось пережить! Злость на уродов, затеявших бунт, разгорелась еще сильнее.

Ник, перехватив сестренку поудобнее, сказал:

– Ладно, я пошел, наши еще не знают, что она нашлась.

– А я вас, ко всему, и задерживаю! Конечно, идите скорее, – засуетилась я, – мне было очень-очень приятно познакомиться с настоящей героиней!

Девчушка слабо, но по-настоящему улыбнулась и доверчиво прижалась к брату.

Я шла наверх, заново переживая ужас тех минут, когда влетела в холл, в ту тишину после боя. Самое мерзкое, эти сволочи все затеяли для того, чтобы показать нехищным, что те – рабы и слишком высоко взлетели! Место им указали! Допоказывались!

На улице смеркалось, а в коридорах пустого здания так никто и не догадался включить свет.

Ввалившись в комнату и бросив сумку у двери, первым делом устремилась к своим подопечным – а вдруг Кевин очнулся? Но чуда не произошло. Как будто кто-то включил стоп-кадр. Тут волк, едва слышно зарычав, заметался, и стало не до отвлеченных рассуждений. Я села на диван в изголовье, бережно придерживая голову Тео, опасаясь, что он потревожит рану. Он успокоился. Постепенно утопая в сгущавшихся в комнате сумерках, я так и уснула на диване, уложив голову волка к себе на колени.

Ночь растянулась. Страх потерять Тео превратился в агонию. Были моменты мертвой безысходности, когда от боли хотелось выть по-звериному, тупо и безнадежно.

Утром все пошло, как прежде. Внизу раздавались голоса. В незашторенные окна лился свет, а Кевин и Тео по-прежнему лежали неподвижно.

Я упрямо заставляла себя носиться по делам, осознавая, что почти физически убегаю от ужаса и боли, а главное – от жутких мыслей.

Тело затекло после ночи, проведенной сидя. Шея не гнулась. Но мне казалось, что, находясь рядом, я смогу помочь Тео все пережить. Да, это совсем нелогично, да, глупо и безосновательно, но мне казалось, что для него это важно. Я ушла в душ, который теперь не представлялся таким уютным. Все тюбики шампуня были выдавлены на пол, и зубная паста тоже, она растеклась по раковине и так и засохла. Я со вздохом взялась за уборку. Что угодно, лишь бы не думать!

Часам к девяти утра появился Ник с маленькой двухконфорочной плиткой и огромным рюкзаком, полным продуктов. Когда, удивленная, я замерла на пороге кухоньки, он пробурчал:

– Бабушка сказала, что это тебе очень нужно…

Я равнодушно кивнула, всматриваясь в друга. Под глазами темно-коричневые круги, какие не у каждого алкоголика увидишь, руки трясутся. Н-да… придется вмешаться.

– Ник, зайди ко мне через часик, у меня к тебе есть дело!

Он кивнул и тут же ушел.

Я разобралась с продуктами и поставила готовиться на плитку первое и второе. А сама бегом отправилась по соседним кабинетам в поисках обогревателей. А что? До разгрома в моей комнатке их было два, ну куда-то же они делись?