Чтение онлайн

Абаджи завесили дверной проем плащом, утяжелив его нижний край застежками из драгоценных камней. Когда порывом ветра его затягивало внутрь, застежки ударялись друг о друга, издавая мелодичное постукивание, которое я слышала минувшей ночью. Откуда-то снаружи донесся чей-то голос. Он прозвучал громче голосов стражников, но в то же время не настолько громко, чтобы потревожить наш сон. Мне было не совсем понятно, к кому обращался говоривший – к стражникам или к нам.

Повернувшись к Эльтору, я увидела, что его глаза открыты.

– Что ты сказал? – спросила я.

– Ничего. Это не я. Это кто-то снаружи.

Эльтор произнес что-то на иотическом, и чей-то голос ответил ему.

Эльтор улыбнулся.

– Они спрашивают, не хотим ли мы какао.

– Шоколаду? Ты шутишь!

– При чем здесь шоколад? – Он приподнялся на локте. – И что такое шоколад?

– Напиток, горячий густой напиток, которым я угощала тебя в Лос-Анджелесе, – пояснила я.

– Он был приятным на вкус. Но это было не какао.

– Скорее всего они сохранили это давнее слово. Шоколад делали из зерен какао. Это был любимый напиток верховных вождей майя. У майя была для него даже специальная посуда, такие особые кувшины.

– Посмотрим, как тебе понравится наш напиток!

С этими словами Эльтор натянул на нас одеяло и что-то сказал стоявшему у входа воину. Абадж вошел внутрь и, опустившись на колени, поставил на пол кувшин и две чашки. На красной глазури кувшина были видны какие-то иероглифы. Я не знала всех символов, но это было не так уж важно. Ведь не знала же я многих элементов древней письменности майя. Однако тот, что был начертан на крышке, все-таки узнала. По форме он напоминал гребень и произносился как «ка». Еще один, в форме рыбы, также озвучивался слогом «ка». Стоявший под ними символ означал слог «ва». Ка-ка-ва. Какао.

Воин задал Эльтору какой-то вопрос. Эльтор что-то сказал в ответ, после чего абадж встал и, поклонившись, вышел.

– О чем он спросил тебя?

– Он спросил, нужны ли нам свидетели.

– Свидетели? Но для чего?

Эльтор жестом указал на нас обоих, вес еще лежавших в постели.

– Вот для этого. Чтобы подтвердить, что мы с тобой вступили в брачный союз.

– Что? – Мне показалось, что я покраснела. – Не нужны нам никакие свидетели!

– А мне кажется, неплохая идея.

– Вечно ты шутишь! Они что, хотят наблюдать за нами?

Эльтор усмехнулся.

– Многие тысячи лет назад именно так они и поступали, когда это было необходимо в силу политических причин.

– Ну знаешь, Эльтор!

Моя реакция вызвала у него неподдельное веселье, и он расхохотался.

– Не бойся, в наши дни для освидетельствования хватит того, что они увидели нас вместе в одной постели! Мы скажем им, что все остальное у нас тоже прошло как надо. Они поверят нам на слово.

– Но все-таки скажи мне, для чего это нужно?

– Для подтверждения юридической силы договора, – ответил Эльтор и потянулся за кувшином с какао. – Прошлой ночью я попросил абаджей проверить сеть. Стоунхедж скорее всего сам переправил наш договор в Ассамблею. Думаю, всем уже несколько дней известно о нашем браке, а также об обстоятельствах нашего похищения. Мне бы очень хотелось избежать ненужных разговоров.

– Неужели все-таки так важно – спали мы вместе или нет?

– В юридическом смысле – нет. – Эльтор налил в чашку темную дымящуюся жидкость и поставил передо мной. – Но как символ – да!

Я сделала глоток какао. Вкус его был удивительно приятным и напоминал приправленный малиновым сиропом кофе с добавлением корицы.

– А разве они не страдают от одиночества?

– Кто? Абаджи?

– Да. Разве им не нужны жены?

– Некоторым – да. – Сказав это, Эльтор тоже налил себе какао. – Такие покидают Рейликон. Но большинство остается. Они все – клоны. Исходный генетический материал, что-то вроде шаблона, был отобран у тех мужчин, которых сочли пригодными для подобной жизни. Думается, они привыкли обходиться без женщин. – Покачав головой, Эльтор продолжил: – Я же просто представить себе подобного не могу!

– А разве женщин они не клонируют?

– Женщин здесь уже не было. Именно поэтому они и научились первым делом клонировать самих себя. Им удалось сберечь немного генетического материала, и в результате усилий Рона на свет появилась моя бабка. – Эльтор на мгновение замолчал, отпивая какао из чашки. – Хотя произвести здорового клона – дело не из легких.

– Джаг мне рассказывал.

Эльтор смерил меня долгим взглядом.

– Ты позволишь генетикам-абаджам сделать анализы твоей ДНК? Здесь, под землей, находится их лаборатория по генной инженерии.

Я снова отпила из чашки.

– Не возражаю.

Невероятно, что где-то глубоко под развалинами древнего города находится современная лаборатория.

Неожиданно Эльтор громким голосом заговорил на иотическом. Стоявший снаружи стражник что-то сказал в ответ. Затем послышались шаги обутых в сапоги ног, удалявшихся прочь от нашей башни.

Когда мы допивали какао, я услышала, как кто-то идет в нашу сторону, и поспешила нырнуть под одеяло.

В помещение вошел Узан в сопровождении пяти воинов в развевающихся одеждах. Они как по команде опустились перед нами на колени, а Узан заговорил. В ответ Эльтор поцеловал меня в щеку. В этом жесте было больше от ритуала, чем от искреннего чувства. Я попыталась вообразить абаджей не мужчинами, а огромного роста женщинами, себя кем-то вроде царицы амазонок, а Эльтора – тем, кому судьбой предначертано делить со мной ложе. Надо сказать, было трудно представить даже нечто отдаленно похожее на это.

Шурша одеждами, Узан и четверо воинов вышли вон. В тот короткий миг, когда импровизированный полог приоткрылся, я успела увидеть омытое рассветом утреннее небо и краешек солнечного диска над горизонтом. Занавес закрылся, и мы остались втроем – я, Эльтор и пятый воин.

– Это – генетик, – пояснил мне Эльтор. – Ему нужен образчик твоей ткани.

Я посмотрела на абаджа, и тот отвел взгляд. Отцепив от пояса какую-то пробирку, он извлек из нее две лопаточки-шпателя размером не больше моего мизинца. Одной из них он провел мне по руке, после чего аккуратно опустил пробу в пробирку.