Чтение онлайн

"Странно, но такой планеты не должно существовать", - думала Селин.

– Хозяйка, вокруг обломки кораблей.

Присмотревшись, девушка поняла, о чем говорил дроид. Несколько темных пятен около планеты оказались предметами техногенного происхождения - кабины, фюзеляжи и двигатели примитивных кораблей. Но самое интересное заключалось в другом - из каждого двигателя вырывалась прерывистая ионная струя, а сами двигатели оставались на месте.

Селин вернулась к приборам.

– Они вообще вращаются вокруг планеты или...
– спросила она.

– Судя по приборам, нет, - дроид уставился на экран в панели управления, - вся эта область просто висит в пустоте... Да что ж такое?!

Робот постучал пальцем по другому экрану в приборной доске.

Пораженная Селин вернулась к лобовому стеклу. Сосредоточилась на ближайшем обломке - двигателе. Из него вырывалось слабое ионное пламя...

Оно мерцало. Девушка только начала присматриваться, как ее глаза жутко заболели.

Отойдя от стекла и зажмурившись, Селин поняла, в чем дело. Ионное пламя не просто мерцало, а втягивалось обратно в сопло двигателя и тут же вырывалось наружу, пульсируя в пространстве с высокой частотой, образуя стоячие волны. Свет, испускаемый струей, также метался в пространстве, касаясь глаз и вырываясь из них обратно...

– Сенсоры сбоят, - HK47 сделал вывод из поведения приборов, - взаимодействие с внешней средой для них опасно... компьютер говорит, будто за бортом сломана стрела времени.

– Что?.. Нет необратимости?

– Все... словно мечется. Туда и обратно. Время не застыло, а колеблется около одной точки.

– Притормози-ка...

Робот выполнил приказ, заглушив двигатели.

– Как думаешь, сколько обломки тут болтаются?
– спросила Селин.
– Что вообще произошло?

– Я могу классифицировать корабли, хозяйка.

Повозившись с компьютером около пяти минут, дроид воскликнул:

– Поразительно!.. Здесь двенадцать кораблей. Все из конвоя, что обеспечивал ритуал реинкарнации. Вот только корабля Владыки нет. Мы на месте преступления тысячелетия, хозяйка.

Селин в раздумьях ходила по кабине:

– При чем здесь Томб?.. Попробуй просканировать поверхность планеты.

– Мы окончательно сожжем сенсоры, - предупредил робот.

– Что предлагаешь?

– Ионный след предателя упирается в одну точку. Нам туда.

Девушка вернулась к иллюминатору:

– Приближаться опасно.

– Другого варианта нет. Давайте попробуем.

Молчание Селин было истолковано как согласие. Челнок тронулся с места и медленно поплыл к планете.

Они миновали ближайший обломок, двигатель с мерцающей струей. Девушка не удержалась, взглянула на него и тотчас зажмурилась, испытав острейшую боль.

– Это место...
– сдавленно хрипела она, - отравлено.

– Причем отрава не действует на нас, - HK47 заметил проблему с глазами хозяйки, - почти не действует.

– Чем скорее сделаем дела, тем лучше.

Корабль вошел в атмосферу. Точнее, в то, что на других планетах понимается как атмосфера.

Воздух был подобен прозрачному желе, в котором застыли отдельные пылинки. Многочисленные серо-черные тучи напоминали каких-то инопланетных зверей, застигнутых врасплох и замерших в оцепенении.

В иллюминаторе показался ствол "окаменевшей" молнии, достигающий в поперечнике десятка метров. Огромная почти белая трещина разрубала видимый участок неба, ее свет словно застыл в воздухе, едва успев коснуться сухой безжизненной земли.

"Мертвая планета. Без солнца и под покровом туч. Здесь не должно быть света, но он есть... свет застыл в воздухе. Все настолько противоестественно... как будто планета испытала шок и не может отойти от боли. Или... она замерла в ожидании", - размышляла Селин, проводя взглядом по лучу света, что тянулся от молнии до сухого песка.

Сюрреализм увиденного поразил Селин. Все выглядело так, будто механизм реальности сломался - ни разрушения, ни созидания.

Следуя по ионной трассе, оставленной Томбом, челнок подлетел к посадочной площадке, неожиданно проступившей в песках. На массивных каменных плитах стоял шаттл, на котором улизнул предатель. Площадка представляла собой квадрат со сторонами около пятисот метров. По углам были расставлены каменные обелиски с загадочными иероглифами.

Корабль сделал круг над площадкой, и Селин заметила вход в подземелье рядом с одним из древних монументов.

Длинный темный коридор, выложенный черными камнями, спускался под углом около двадцати градусов к поверхности. Через десять минут пути он вывел их в просторный и тускло освещенный зал с небольшими статуями, на которые было трудно смотреть.

Только проникнув в подземелье, Селин заметила, что и с этим местом не все в порядке. Она ступала по каменному полу, но звуки словно поглощались замершим воздухом. Более того, в нем были видны пылинки, которые не опускались и не поднимались.

Они вообще не двигались. Просто висели в пространстве, а само оно... или же... воздух - прозрачный вязкий гель - источал запах затхлости. По спине девушки пробежали мурашки.

– Вам холодно, хозяйка?
– удивился HK47.
– Здесь около тридцати градусов.

– Что-то другое. Это место... искалечено.

– Простите, не понимаю.

– Я тоже, - лицо Селин скривилось, когда она посмотрела на тусклый факел под сводом. Через секунду она отвела взгляд от застывшего пламени.

Селин постепенно начинала разбираться с тем, что чувствует. Кругом было так тихо, что она услышала давно позабытое...

Свой пульс.

Свое дыхание.

Среди всей этой пустоты она одна живая, пусть и напичканная железом с электроникой. В отличие от других планет, даже той, где нашла приют ее мать, эта была не просто каменной глыбой. Ее камни не крошились, не разрушались. Ветер не гулял по поверхности, а в подземелье не проникал даже самый распоследний сквозняк. Шок, испытанный природой, лучше всего передавался застывшими в атмосфере молниями... и именно на этом жутком фоне Селин ощутила собственную жизнь, которая пронизывала даже холодные металлические импланты. Она осознала, что есть нечто более страшное, чем знакомая ей смерть.