Улей
Шрифт:
Одна из древнейших человеческих игр так увлекла четырех Советников, что те даже не заметили, как распахнулись двери и в зал вошел пятый.
Заметить стоило. Мало того что пятый не счел нужным накинуть спортивную тунику и ввалился в сверкающий чистотой зал прямо в маршальском кителе, в "десантных" многофункциональных штанах и тяжелых ботинках с магнитными подошвами... Этот пятый выглядел таким злым и мрачным, что даже грозовая туча проигрывала ему сразу по нескольким номинациям.
– Рилиот!
– прогремел вошедший.
Тот, кого звали Рилиот, чуть повернул голову. Сделать более откровенное движение не позволяла ситуация на игровом поле.
– Тургаон? Подожди пару минут... Мы сейчас... Отвлеченный, Рилиот едва не потерял мяч, что заставило его недовольно вскрикнуть.
– Проклятье! Какие "пару минут"?! Рилиот!
– Подожди... не мешай...
– Рилиот!
– Вошедший, судя по всему, больше не собирался терпеть. Он сделал жест рукой, посылая энергетический импульс. Мяч сгорел в воздухе. Там же растворилось широкое полотно сетки. Остановленные в самый разгар спортивной битвы игроки зароптали, но ненадолго, увидев, кто стал причиной беспорядка, а особенно как он озабочен и разъярен, мужчины пожали друг другу руки и разошлись. Остались только двое - Советник Рилиот и маршал Тургаон.
– Ты невыносим, - сообщил Рилиот, вызывая "душ". Робот закрутился вокруг правителя, очищая его тело от пота.
Тургаон сверкнул глазами с такой яростью, что было странно, как вокруг не загорелось что-нибудь еще, кроме мячика и сетки.
– Ты что же, ничего не чувствуешь?!
– прохрипел маршал.
Советник посмотрел на него удивленно, но спорить не стал. Какое-то время он стоял неподвижно, прислушиваясь к своим ощущениям:
– Нет, не чувствую. А что?
– Проклятье! Наши дочери - что!!!
– Я ничего не чувствую!
– спокойно и уверенно повторил Советник.
Маршал выругался, заметался по залу, наконец справился с собою и сел в одно из кресел, стоящих по краям игрового поля.
– Да, конечно, - пробормотал он, - Ты намного сильнее. И ты не чувствуешь. Зато я умираю от страха! И не могу ничего делать! Надо мною уже смеются генералы!
Советник приблизился к маршалу и положил руку ему на голову. Тургаон словно просветлел, задышал спокойнее. Теперь его "лекарь" стал заметно серьезней.
– Что ты конкретно чувствуешь?
– уточнил Рилиот.
– Что они в беде. Что они могут погибнуть. Даже обыкновенный человек способен предсказать гибель своего близкого... Рилиот, я просто схожу с ума! Стоит закрыть глаза - передо мною Кани...
– Дальше не надо...
– Рилиот отошел и задумался, - Я действительно ничего не ощущаю, - заметил он.
– Беспокойство есть, но слабое. Скорее даже его причина - ты, а не наши дети.
– Возможно, с Линти ничего не случится...
– Перестань! Но что с ними может произойти?
– Да что угодно! Это же по твоей милости девочки улетели бог весть куда без охраны, да еще на корабле этих чистоплюев-тарибов!
– Как это без охраны? Разве не ты купил билеты Для двадцати бартерианских наемников?
– И это - "охрана"?! Да что от них толку?!
– Не знаю. Ты же их выбрал.
– Сам знаю, что выбрал... Больше никого на "Эльрабику" не пустили уперлись как бараны: двадцать, и ни одного больше! Конечно, если проблема внутренняя, то и двадцать справятся... а если внешняя?
– "Эльрабика" вполне современная шхуна. Оснащена системами локации, программой наведения и излучателями. К тому же новая.
Тургаон сердито сплюнул:
– Чушь собачья! Какие там излучатели?! Эти жидкотелые "космоплаватели" даже подумать об оружии побоятся! Будут сидеть и скулить: как можно в разумное существо излучателем; авось пронесет, авось не тронут, авось так безопаснее...
– Мы с кем-то воюем?
– не понял Рилиот.
– Почему я не знаю?
Тургаон пропустил издевку мимо ушей:
– Если бы ты меня послушал, девочки были бы в безопасности. Во флоте есть надежные корабли - действительно надежные! Если уж на то пошло...
– Да если бы я тебя послушал, девчонки вообще остались бы без путешествия!
Маршал удовлетворенно кивнул.
– Вот именно! И замечательно! И отлично! Я был бы спокоен. Ты был бы спокоен. Все были бы спокойны!
– Но они же не маленькие, Тургаон! Им хочется свободы, независимости, риска... Сколько можно опекать свою дочь? Что из нее вырастет?
– Маленькая еще - "риска"!
– Они обе взрослые!
– Черта с два!
– Вспомни себя в девятнадцать...
– Не помню и не хочу помнить! Пусть закончат школу, научатся всему, чему положено, тогда летят на все шесть сторон в свои турне или куда им там вздумается...
– Маршал стукнул кулаком по подлокотнику кресла, - Но не раньше!
Рилиот вздохнул и поморщился: иногда его друг становился невыносимым.
– Когда ты последний раз говорил с "Эльрабикой"? Маршал затравленно огляделся:
– Они не отвечают.
– Давно?
– Сутки!
– Это еще ничего не значит.
– Это - нет...
– Тургаон вскочил, не справился с эмоциональным всплеском и швырнул в стены избыток энергии. Зазвенели зеркала, оплавились металлические стойки.
– То, что во мне, - значит!!!
– Хорошо, я попробую.
– Рилиот оглядел разрушения, недовольно посмотрел на друга и еще раз глубоко вздохнул, успокаивая нервы. Потом он вышел в центр зала и медленно опустился на колени. Закрыл глаза.