Улей
Шрифт:
Джессон понимающе посмотрел на Оби-Вана, преисполненный слабой надеждой.
– А если я ошибусь, и королевские яйца погибнут?
– Тогда ты будешь знать, что сделал все, что мог во благо улья.
– А если моя ошибка заберет и твою жизнь, джедай?
Оби-Ван вложил в голос всю возможную теплоту.
– Я доверил свою жизнь судьбе в тот самый момент, как отправился сюда. Не начинай войну, желая сберечь жизнь. Так поступают лишь глупцы. Тяга к жизни чтит тебя, чем бы ты не дорожил. Изо дня в день развивай мастерство. Не растрачивай жизнь попусту.
– Будь предан улью, – сказал Джессон.
– Да.
– Как может человек так хорошо все понимать?
Оби-Ван улыбнулся.
– У всех нас есть улей, – сказал он.
– Двадцать семь, двадцать шесть…
– Встань, воин кси'тинг, – произнес Оби-Ван властным голосом.
Джессон поднялся.
– Пятнадцать, четырнадцать…
Он снова подошел к креслу и сел. Обратный отсчет прекратился.
– Вы готовы продолжить? – спросил автомат на Основном после серии щелчков на кси'тингианском.
Джессон ответил утвердительной фразой на собственном языке.
Повисла пауза. Вращающаяся голо-сфера закрутилась быстрее. Но над камерой с яйцами все еще оставался один слой.
– Отвечайте, – сказала машина, – Кто заглотил наши яйца и теперь скрывает детенышей? Чья сеть страха поймала их в ловушку? Кто украл солнце, но ныне живет во мраке?
– Слишком просто, – прошептал Джессон.
– Подчас простота – наилучшая маскировка, – сказал Оби-Ван. – Не пытайся хитрить. Отвечай правду.
– Но именно это я и делал, – ответил Джессон. – И оба раза ошибся.
– Все это создал твой народ, – сказал Оби-Ван. – Они не поставили бы перед тобой невозможной задачи. Доверься предкам.
На границе сознания Оби-Ван ощутил легкое беспокойство. Нечто неопределенное. Предостережение? Ключ? Он не знал. Так что же? Оружейный массив вокруг кресла? Сопла. Вопросы. Слишком простые для кси'тинг…
Но ответы оказались неверными.
Интуиция Оби-Вана попыталась что-то сказать ему, но не смог разобрать что. Не смог, но должен был. Это последний шанс, и если он не поможет товарищу-кси'тинг, все вся миссия пойдет ко дну.
И все же, в глубине души, он видел правильный ответ, слышал, как его правоту подтверждает Сила.
– Отвечай искренне, – сказал он снова. – Не умничай. Не догадывайся. Дай тот ответ, который считаешь правильным.
Джессон кивнул.
– Паучий народ, – сказал он. – Некогда они были владыками планеты. Некогда они прогнали нас с поверхности. Мы отправили их во мрак.
Он вскинул руки на панель управления, приковал глаза к вращающейся сфере. Ну? Ну?..
Сфера закрутилась быстрее, и все вокруг поглотил возникший из ниоткуда тонкий визг. Сфера ускорялась все больше и больше, пока сегменты не раскололись и не отлетели.
– Ответ неверный, – возвестил автомат. – Ликвидация яиц начата.
Оби-Ван потрясенно воззрился в пустоту. Как он мог так ошибаться? Интуиция очень редко подводила его. Возможно, еще есть шанс прорезать пол светомечом и спасти королевскую пару…
Он активировал клинок и вонзил его в пятиугольную золотую печать. Под ней, как он полагал, находился проход в цельнодюрастиловый склеп. По полу закружились искры, комната наводнилась дымом. Голограмма склепа таяла и пылала. Джессон неподвижно сидел в кресле, не в силах шевельнуться.
– Нет, – сказал он. – Я все сделал правильно. Все сделал. Пожалуйста, нет.
– Выпаривание завершено на пятьдесят процентов…
Огоньки панелей приборов замигали в головокружительном ритме, а сопла в углах зашипели, источая полупрозрачный зеленоватый газ. Оби-Ван приставил ко рту дыхательный аппарат, пожалев, что нет второго для Джессона. Но если он сможет взломать затвор, если сможет добраться до склепа с яйцами, пусть даже потеряв товарища, миссия все еще…
– Выпаривание завершено.
Кеноби замер.
Джессон опустился на панель управления и зарыдал.
– Убей меня, убей меня, – повторял он, обращаясь то ли к Оби-Вану, то ли к самой Вселенной.
Оружейный массив вокруг Джессона засиял, и туман, витающий в воздухе, потянулся к нему. Через несколько минут вся комната была чиста, а Джессон так и остался лежать на приборной панели. Взглянув на обмякшее тело товарища, Оби-Ван ощутил редкое для себя чувство отчаяния и поражения.
Но затем… Джессон вдруг пошевелился…
Он сел и огляделся, так вяло, как будто накачался наркотиком.
– Почему я еще жив? – спросил он.
– Посмотри на голограмму, – еле слышно сказал Оби-Ван.
Схема склепа вновь возникла из небытия. Миниатюрная картинка показывала камеру с яйцами, поднимающуюся из шахты.
– Что… в чем дело? – выдавил Джессон.
Компьютер зачирикал что-то на кси'тингианском.
– Что он говорит? – спросил Оби-Ван.
Джессон тщательно прислушался.
– Он говорит… "Поздравляю, воин кси'тинг. Вы достигли цели".
Оби-Ван едва не упал. Что за дела?
Он присмотрелся получше к оружейному массиву, окружавшему кресло, и понял, что ошибался. Это вовсе не оружие. Сенсоры. А газ? Должно быть, что-то наподобие аналитического соединения, соединившегося с феромонами Джесссона – запахами, которые кси'тинг источают под влиянием стресса. Получившийся "коктейль" был вторично поглощен и проанализирован сенсорным массивом…
Озарение снизошло на Оби-Вана как гром с ясного неба.
– Твои ответы никогда бы не признали верными, – воскликнул Оби-Ван. – Хотя они наверняка были такими. Ответы доказали, что ты знаешь историю кси'тинг. Сенсоры доказали, что ты – кси'тинг. Но им нужно было узнать, как ты отреагируешь на неудачу.