Чтение онлайн

— Поверь, у меня уже все вылетело из головы.

Джон фыркнул при этих словах, прекрасно понимая, что Мэрилин лжет.

— Дай нам шанс, — убеждал Джон. — И ты поймешь, что у нас может получиться что-то стоящее.

— Сомневаюсь, — ответила Мэрилин так любезно, как только могла, желая убедить Джона, что разговор ей наскучил. — Боюсь, ты неправильно истолковал ситуацию.

— Ты делаешь нечто подобное постоянно? — Джон удивленно посмотрел на нее.

Мэрилин засмеялась в ответ, надеясь, что смех звучит весело, а не смущенно, как она чувствовала себя на самом деле.

— Конечно нет… Джон, прости, если ты увидел в той нашей ночи больше, нежели стоило, но…

— Знаю, знаю, — ответил он и поднял руки, чтобы прервать ее. — Картина прояснилась.

Мэрилин едва ли верила его словам, ведь Джон был не из тех, кто легко сдается.

— Итак, наши отношения — чисто деловые.

Она кивнула, заставляя себя улыбаться, но ее улыбка выглядела гримасой. А Джон тем временем медленно обводил взглядом заднюю комнату галереи, после чего проговорил:

— Я больше не побеспокою тебя.

— Спасибо, Джон, — с благодарностью произнесла Мэрилин.

— Ты не пришлешь мне чек по почте, когда фотографии будут распроданы? — поинтересовался он.

Мэрилин не сразу уловила связь, поэтому и задала вопрос с некоторой задержкой:

— По почте? То есть ты больше не приедешь?

— Не думаю, что это была бы хорошая идея, — резко ответил Джон.

— А… — Теперь он обеспокоил ее. — Именно поэтому я хотела оставить личный аспект в стороне! Ведь нет необходимости прекращать наше деловое сотрудничество? Твои снимки замечательны, просто чудесны и… Ты ведь не позволишь кому-то помешать своей работе?

Вопрос повис между ними на несколько напряженных секунд. Ожидая ответа, Мэрилин сжала за спиной кулаки. Она не хотела этого. Мэрилин с радостью выставляла его фотографии. Его работы привлекали покупателей, и за них хорошо платили. Это были взаимовыгодные отношения. Деловые отношения.

Джон удержал ее взгляд, и Мэрилин увидела в его глазах гнев и сожаление.

— Думаю, мне пора обратиться в другую галерею, — проговорил он, пожав плечами, что даже близко не выглядело небрежным.

Мэрилин сдержала слова, рвущиеся с языка, — она не хотела просить его подумать, не хотела умолять остаться. Она вполголоса произнесла:

— Если ты предпочитаешь такой выход, тогда мне остается пожелать тебе всего наилучшего.

— Это предпочитаю не я, — решительно произнес Джон. — Так хочешь ты. Пока, Мэрилин.

Горло Мэрилин сжалось, когда Джон развернулся и во второй раз собрался уйти.

— О черт, — пробормотал он, поворачиваясь, подошел к Мэрилин и взял ее за плечи. — Я больше не побеспокою тебя, но до того как уйду, хочу получить еще одно воспоминание.

— Что? — спросила Мэрилин, ее голос дрожал, реагируя на его прикосновение.

— Это, — хрипло ответил Джон.

А затем поцеловал ее так, будто только об этом и думал с того момента, как Мэрилин вылетела из его дома. Поцелуй был жарким, жестким и невыносимо медленным. И когда Джон оторвался от нее, кровь стучала у Мэрилин в ушах.

Мэрилин попыталась не показать ему свою реакцию, но, когда Джон отпустил ее, невольно сделала два шага назад, и у нее перехватило дыхание. Ее рука инстинктивно поднялась к шее.

Джон что-то пробормотал, но Мэрилин не могла расслышать, и наконец ушел. И она понимала, что это навсегда. Мэрилин чувствовала, как дрожат ее ноги, и понимала, что вот-вот расплачется. Подойдя к кофеварке, она налила себе чашечку кофе и была шокирована тем, как сильно дрожит ее рука.

Джон поцеловал ее так, потому что хотел, чтобы она запомнила его, запомнила их ночь. Его замысел сработал. Мэрилин закрыла глаза и мысленно представила картину их медленного, чарующего занятия любовью. Мэрилин вспомнила, как Джон касался ее, вспомнила ощущения, которые испытывала, когда его сильные руки исследовали ее тело. Сначала он ласкал ее пальцами, а затем их место занял язык. Мэрилин в красочных деталях вспомнила мельчайшие ощущения. Она хотела его со всей страстью, которую сложно было отвергнуть.

Она не хотела причинить боль Джону, но поняла, что именно так и поступила. Но Мэрилин причинила вред и себе. Джон не понимал, почему она отвергла его. Он не знал и никогда не узнает. Она отослала его по причине, которая лежала глубоко в ней и была погребена под тяжестью многих лет.

Мэрилин прошла по этой тропе однажды и все еще носила шрамы. Иногда эмоциональные раны куда сложнее исцелить, нежели физические. А порой они не заживают никогда.

Зак проснулся субботним утром и вышел в гостиную. На полу лежали нити рождественских гирлянд.

— Привет, пап, — проговорил Эдди, когда Зак, зевая, заглянул в комнату на пути в кухню.

Сын сидел среди лампочек, распутывая и раскладывая длинные шнуры вдоль спинки дивана.

— Что ты с этим делаешь? — поинтересовался Зак.

Рози любила, когда на Рождество дом был снаружи украшен лампочками, но ему это всегда казалось лишь пустой затеей. Зак посмотрел на часы и увидел, что почти семь. Похоже, Рози уже встала.

— Мама вытащила их, — объяснил Эрик и вставил вилку в розетку.

Огоньки сразу же замигали, практически ослепив Зака.

Он понял, что это прозрачный намек жены на то, что ему необходимо повесить фонарики этим утром. Отлично, просто отлично! Рози могла бы вчера упомянуть об этом, но в последние дни их отношения оставались натянутыми. Сохранять мир будет сложно, если судить по Дню благодарения. Каким-то образом они смогли пережить тот праздник без крупного взрыва, вероятно, потому, что Рози большую часть дня провела на кухне со своей сестрой и, без сомнения, жаловалась на него.