Чтение онлайн

– А!..

– Вы вылетаете в Чикаго, – говорит он. Мой рот в одну секунду раскрывается размером с автомобильный туннель!

– В Чикаго?!

– Да... Я прикажу приготовить ваши документы. Вы отправляетесь послезавтра. Зайдите завтра ко мне, я введу вас в курс дела.

Он кладет трубку.

В Чикаго...

– Есть новости? – эхом спрашивает Фелиси, опасающаяся, что ее стряпня остынет.

– Послезавтра я вылетаю в Штаты!

– О господи! – стонет она. – В такую даль! Я щелкаю пальцами.

– У меня остается сорок восемь часов, чтобы заняться моими друзьями, – решаю я.

– Какими друзьями? Я смотрю на нее.

– Да так, есть тут кое-кто...

Она не настаивает. Я листаю телефонную книгу и лихорадочно набираю нужный номер.

Долгие гудки, наконец трубку снимают, и голос, похожий на шум вытекающей из ванны воды, спрашивает:

– Кто это?

– Вчерашний полицейский, мадам. Вы меня помните?

– Гм!

Я принимаю этот звук за выражение согласия и продолжаю:

– Если придет почта на имя Бальмена, не относите ее педику, а отложите для меня, понимаете?

– Гм!

Я кладу трубку.

Фелиси следит за мной глазами спаниеля.

– Поторопись, а то завтрак совсем остынет.

– Одну секунду, ма.

Я набираю третий номер – полицейского управления.

– Соедините меня с инспектором Шардоном. Некоторое время я жду. Уязвленная Фелиси уносит мою чашку с кофе на кухню, чтобы подогреть его.

Наконец Шардон ревет «алло», пытаясь разом проглотить штук пятнадцать орехов, забивающих его рот.

– Не торопись, толстяк! – смеюсь я. – Если ты задохнешься, в Париже одним бочонком станет меньше... Он заканчивает свое глотательное движение.

– Прощу прощения, господин комиссар... Как ваши дела?

– Хорошо. А как твое расследование?

– Мое расследование?

– Смерти моего жмурика.

– А! Так дело ж закрыто... Как вы знаете, тип ум нормальной смертью!

Мне очень нравится это выражение: нормальная смерть. Как будто смерть бывает нормальной!

– А как быть с корешком чека, на котором он написал «На помощь», умник? – усмехаюсь я.

– Ему стало плохо, а поскольку говорить он не мог, написал это... Я не настаиваю.

– Ладно. Я просто хотел узнать, как продвигается расследование...

Его охватывает беспокойство:

– У вас появилась какая-то идея?

– Ты когда-нибудь видел полицейского, у которого появлялась бы идея?

– Вы думаете, что?..

– Ты когда-нибудь видел думающего полицейского? Упав духом, он бормочет:

– Нет, господин комиссар!

Сорок восемь часов!

А потом – гоп! – эта чертова поездка в Чикаго, город гангстеров! В общем, мне светит радужное будущее!

Я выбираю жемчужно-серый галстук в мелкую поперечную полоску синего цвета.

Немного одеколона, и я готов к бою.

– Придешь обедать? – спрашивает Фелиси.

– Скорее всего нет...

Я целую ее и убегаю, приветливо помахав рукой через забор малышке Маринетт, горничной, вытряхивающей в окне простыни своих хозяев...

Любовь со служанками – это моя специализация. Я предпочитаю трахать горничную, чем маркизу: обслуживание ничуть не хуже, зато стоит дешевле!

Четверть часа спустя я останавливаю машину на улице Шапталь, перед домом двадцать... Чуть дальше театр Гран Гиньоль 3 . В общем, атмосферка что надо!

Консьержки на месте нет, но список жильцов приколот к ее двери.

Парьо, пятый этаж, справа...

Лифт поднимает меня со скоростью свечки, уходящей в глубину прямой кишки.

Пятый, справа...

Звоню. Полная тишина...

Прижимаюсь ухом к двери... Внутри квартиры слышится непрерывный тихий звук вроде дуновения ветерка. Одновременно мои ноздри начинает щекотать характерный запах.

Я достаю маленький инструмент для убеждения замков и открываю дверь. Ничего сложного, она была только захлопнута.

Я тут же убеждаюсь, что не ошибся. Зажав нос платком, я, словно метеор, проношусь по квартире, направляясь прямиком к источнику свиста. На кухне, на газовой плите, стоит кастрюля с молоком, а конфорка, на которой она стоит, включена, но огня нет. Я сразу все просекаю, закрываю газ и открываю на всю ширину окно на кухне, а потом в соседней комнате, после чего быстренько осматриваюсь.

Парьо лежит на диване в позе спящего, но он мертв...

Я выдаю серию ругательств, заставивших бы покраснеть даже извозчика.

А я-то пришел попросить у него объяснений по поводу его таинственного «На помощь». Ага, попросил!

В квартире воняет газом, и я чувствую, что мою голову начинают сдавливать тиски. Открываю все окна и двери, а сам на секунду выхожу на площадку.

А собственно, зачем терять время? Я нажимаю на звонок соседней квартиры. Мне открывает дама с длинной тощей шеей и сорокасантиметровым слоем краски на лице.

– Что вы хотите?

– Произошел несчастный случай, – говорю. – Ваш сосед отравился газом... Нужно вызвать пожарных...

– Какой кошмар! – восклицает старая дама. Вставная челюсть едва не вываливается у нее изо рта, но она опытной рукой вставляет ее на место.

– Как это случилось?

– Поставил на газ кастрюльку с молоком, забыл про нее, заснул и теперь до Страшного суда уже не проснется... Старуха возмущена.

– Как вы можете острить в подобный момент? – восклицает она.