Чтение онлайн

–- Вы все принимаете слишком близко к сердцу, капеллан, — сказал полковник Кэткарт грубоватым тоном взрослого человека, втолковывающего ребенку очевидные истины. — Это еще один ваш недостаток. Ваша вытянутая физиономия повергает всех в уныние. Хоть бы увидеть когда-нибудь, как вы смеетесь. Ну-ка, капеллан. Если вы сейчас насмешите меня до колик, я подарю вам целый куль помидоров.
– Он помолчал несколько мгновений, не сводя глаз с капеллана, и торжествующе расхохотался: — Вот видите, капеллан, я оказался прав. Вы не смогли меня насмешить до колик.

–- Нет, сэр, — кротко согласился капеллан, медленно, с заметным усилием проглатывая слюну. — Только не сейчас. Я умираю от жажды.

–- Тогда выпейте. Подполковник Корн держит в своем столе виски. Вам надо заглянуть как-нибудь вместе с нами в офицерский клуб и хорошенько повеселиться. Почему бы вам не попытаться иногда развеяться? Надеюсь, вы не считаете себя лучше других только потому, что вы — лицо духовное.

–- О нет, сэр, — поспешно заверил его капеллан. — К тому же я все последнее время посещал вечерами офицерский клуб.

–- Как вам известно, вы всего-навсего капитан,— продолжал полковник Кэткарт, пропустив мимо ушей замечание капеллана. — Хоть вы и священник по профессии, по званию вы — всего лишь капитан.

–- Да, сэр. Я это знаю.

–- Вот и прекрасно. Кстати, вы правильно сделали, что сейчас не засмеялись. Я все равно не дал бы вам помидоров, тем более, как сообщил мне капрал Уитком, вы уже взяли один, когда были здесь сегодня утром.

–- Утром? Но позвольте, сэр! Ведь вы сами мне его дали.

Полковник Кэткарт настороженно поднял голову.

–- Разве я сказал, что не давал вам? Я просто сказал, что вы взяли его. Не понимаю, если вы его не украли, почему вас так мучает совесть? Я вам дал его?

–- Да, сэр. Клянусь вам, что вы сами мне его дали.

–- Тогда придется поверить вам на слово. Хотя ума не приложу, почему мне вдруг захотелось дать вам помидор. — Полковник Кэткарт многозначительно переложил стеклянное пресс-папье с одного края стола на другой и взял остро отточенный карандаш. — Хорошо, капеллан, если у вас все, то я должен заняться чрезвычайно важными делами. У меня уйма дел. Как только капрал Уитком разошлет с дюжину этих писем, дайте мне знать, и мы свяжемся с издателями "Сатердэй ивнинг пост". — Лицо полковника, осененное внезапной мыслью, просветлело. — Послушайте! По-моему, мне нужно еще разок добровольно предложить командованию послать наш полк на Авиньон. Это ускорит дело.

–- На Авиньон? — Сердце капеллана забилось с перебоями, а по спине поползли мурашки.

–- Совершенно верно, — поспешил подтвердить полковник.
– Чем скорее у нас будут убитые, тем скорее мы добьемся своего. Мне хотелось бы, если удастся, попасть в рождественский номер. У него тираж больше, я полагаю. — И, к ужасу капеллана, полковник снял трубку, чтобы предложить свой полк для налета на Авиньон.

А после полковник снова допытался вышвырнуть капеллана из офицерского клуба. Это было в тот вечер, когда пьяный Йоссариан поднялся из-за стола, опрокинув стол и намереваясь нанести Кэткарту удар карающей десницей, что вынудило Нейтли окликнуть Йоссариана, а полковника побледнеть, постыдно обратиться в бегство и по пути наступить на ногу генералу Дридлу, который брезгливо поморщился и приказал немедленно вернуть капеллана в офицерский клуб. Все это ужасно расстроило полковника Кэткарта — и страшное, как смерть, имя "Йоссариан", прозвучавшее подобно похоронному колоколу, и ушибленная нога генерала Дридла. Кроме того, полковник Кэткарт обнаружил еще один недостаток в капеллане: было совершенно невозможно предсказать заранее, как отнесется генерал Дридл к капеллану при очередной встрече. Никогда не забыть полковнику Кэткарту вечера, когда генерал Дридл впервые заметил капеллана в офицерском клубе. Подняв свое багровое,распаренное от духоты и виски лицо,он пристально посмотрел сквозь желтоватые клочья табачного дыма на капеллана, который,стараясь не бросаться в глаза, в одиночестве стоял у стены.

–- Н-да, дьявол меня разрази, — прохрипел генерал Дридл, и его косматые седые брови грозно сдвинулись, — А ведь это, никак, капеллан? Хорошенькое дело: служитель господа бога околачивается в таких местах и якшается с кучкой грязных пропойц и картежников.

Полковник Кэткарт чопорно поджал губы.

–- Не могу, сэр, не согласиться с вами, — живо откликнулся он подчеркнуто-пренебрежительным тоном. — Просто не понимаю, что творится с нынешними священниками.

–- Они стали лучше — вот что с ними творится, — глубокомысленно пробормотал генерал Дридл.

У полковника Кэткарта застрял ком в горле, но он быстро овладел собой.

– Так точно, сэр. Они стали лучше. Вот это самое я и хотел сказать, сэр.

–- В таких заведениях капеллану самое место. Находясь в гуше пьяниц и картежников, он лучше поймет их душу и скорее завоюет их доверие. А как же, черт побери, иначе он добьется, чтобы они верили в бога?

–- Вот это самое я и имел в виду, сэр, когда приказал капеллану приходить сюда, — вкрадчиво пролепетал полковник Кэткарт.

Фамильярно обняв капеллана за плечи, он отвел его в угол и суровым тоном вполголоса приказал каждый вечер являться на дежурство в офицерский клуб, чтобы находиться среди офицеров, когда они пьют и играют в карты, ибо только так можно понять их душу и завоевать их доверие.

Капеллан согласился и стал каждый вечер приходить на дежурство в офицерский клуб, чтобы быть в гуше офицеров, которые хотели всеми правдами и неправдами избавиться от его общества. Это продолжалось до тех пор, пока однажды вечером за столом для пинг-понга не вспыхнула потасовка и Вождь Белый Овес без всякого повода, просто так, развернулся и двинул полковника Модэса прямо в нос, отчего полковник Модэс шлепнулся задом на пол, а генерал Дридл неожиданно разразился плотоядным смехом. И в эту минуту генерал заметил капеллана, который, по-совиному выпучив глаза, удивленно смотрел на него. Генерал Дридл окаменел. На мгновение он вперил в капеллана злобный взгляд — его веселого настроения как не бывало, — затем раздраженно повернул обратно к бару, покачиваясь на своих коротких кривых ногах, как матрос на палубе.За ним испуганно трусил полковник Каткарт, тщетно надеясь, что подполковник Корн придет ему на помощь.

–- Хорошенькое дельце, — проворчал генерал Дридл, усаживаясь за стойку и хватая жилистой рукой пустую стопку. — Да, хорошее дело, когда служитель господа бога околачивается в подобных местах и якшается с кучей грязных пропойц и картежников.

Полковник Кэткарт вздохнул с облегчением.

–- Так точно, сэр! — с готовностью подхватил он. — Разумеется, это хорошее дело.

–- Тогда какого же черта вы ничего не предпринимаете?

–- Что вы сказали, сэр? — переспросил полковник Каткарт, хлопая ресницами..

–- Вы думаете, если ваш капеллан околачивается здесь каждый вечер, это делает вам честь? Стоит мне появиться здесь, и он тут как тут.

–- Вы правы, сэр, абсолютно правы, - ответил полковник Кэткарт. — Это вовсе не делает мне чести, и я намерен сию же минуту что-нибудь предпринять.

–- А разве это не вы приказали ему приходить сюда?

–- Нет, никак нет, сэр, это подполковник Корн. Я намерен его сурово наказать.

–- Не будь он капелланом, — пробормотал генерал Дридл, — я бы вывел его на улицу я пристрелил на месте.