Чтение онлайн

– Договорились. А точно удастся?

– Сама не смогу – еще кого-нибудь попрошу.

Целый день у Александры крутились в голове слова Насти. Ей казалось, что она старательно складывает мозаику из цветных кусочков и никак не может подобрать все детали. Упускает нечто важное, ценное, лежащее на поверхности и не замечаемое ею самой. И лишь потому головоломка не сходится.

Вечером выходить из дому не хотелось. Но при мысли о том, что скажет мать, когда услышит об отказе приехать, ей становилось физически плохо. Стандартный набор фраз был такой: «Ты безалаберная. У тебя все не как у людей. Ты всегда была ленивой. За что только тебя дети любят?!» Последний вопрос был, разумеется, риторическим, и на него не стоило отвечать.

Александра вздохнула. Выслушать все это, да еще чувствуя, что действительно не права – она была не в силах.

– Едем к бабушке! – изображая веселость, объявила она.

– Мам, я не поеду, – тут же заныла Алиса. – Мне для школьного концерта танец надо отрепетировать.

– Потом отрепетируешь.

– Мам, я хотел по телеканалу «Дискавери» передачу о Марсе посмотреть, – заскулил Митя.

– В другой раз посмотришь. Да и диск можно купить.

– Ну ма-а-м, – Алиса.

– Пожалуйста, мама, – Митя.

– Все! – гаркнула Александра, в отчаянии закрывая уши руками. – Это не обсуждается! Быстро собрались и поехали!

Алиса и Митя уныло поплелись одеваться.

– Бабушка приготовила ваш любимый бисквитный торт! – крикнула им вдогонку Александра.

Это подействовало, но слабо: дети лишь слегка ускорили шаг.

Заснеженная обледенелая трасса вызывала злость. И потоки машин, и отвратительно медленное движение – все бесило. Александра сжимала до боли в ладонях руль, чувствуя, что еще немного – и ее мозг взорвется от напряжения.

Спасение пришло с неожиданной стороны. Наглый старый «опелек» вывернул у нее перед самым носом, и она раздраженно нажала на клаксон. Дедуля, похоже, еще более древний, чем его потертая временем машина, повернул голову и неожиданно тепло и чисто улыбнулся.

Это длилось лишь мгновение, но и его хватило, чтобы Александру «отпустило». Она вдруг услышала смех своих детей, которые устроили веселую возню на заднем сиденье, увидела светлый вечер, и вереница машин уже не казалась ей такой нескончаемой. Раздражение испарилось. К дому матери она подъезжала в благодушном настроении.

Что сразу бросилось в глаза: вокруг дома не оказалось снега. И дорожки тоже были все чисты.

– Мам, – спросила Александра, переступив порог, – ты что, сама снег чистила?! Тебе же нельзя!

Зоя Павловна отличалась прижимистостью и на то, что можно, по ее мнению, сделать самой, деньги тратить не любила.

– Не болтай ерунды, с чего бы я стала лопатой грести?! Человека наняла. От тебя же помощи не дождешься!

Александра предпочла промолчать и не напоминать, что на прошлой неделе два раза предлагала расчистить дорожки и получила отказ. Спорить с матерью – себе дороже: все равно ее не переубедишь. Да и душевное равновесие, с таким трудом обретенное, жаль было портить.

В столовой уже сидели подруги матери. С одной из них – Инной Бабиной – Зоя Павловна училась в школе. Со второй – Нелли Рудиной – долгое время работала в школе, и их дружба была одновременно и вечным противостоянием «физиков» и «лириков»: Нелли преподавала детям физику, отрицала Бога и все сверхъестественное. Зоя Павловна с тем, что Бога нет, не спорила, но всегда добавляла: «Но какая-то сила все-таки есть!»

На что Нелли обычно ехидно фыркала и кривила в усмешке губы.

– Ой, кто это приехал, – засюсюкала Инна Семеновна, – Сашенька с детками!

Александра внутренне передернулась – она не выносила, когда ее так называли, да и фамильярного обращения не любила. Но внешне виду не подала – старый человек, что с нее взять.

– Здравствуйте, Нелли Олеговна. Здравствуйте, Инна Семеновна. Как поживаете?

Бабина только открыла рот, чтоб подробно рассказать, как у нее обстоят дела, но Нелли тут же ловко подцепила ее под руку.

– Пошли. Зое надо на кухне помочь.

И подмигнула, уходя. На что Александра ей ответила благодарным взглядом.

Алиса с Митей моментально испарились, скрывшись в своих комнатах на втором этаже, и Александра пошла на кухню. Там уже в полную силу полыхал спор.

– Нет, Нелличка, ты не понимаешь, – терпеливо внушала Инна Семеновна. – Главное в мире – любовь. Любовь – это и есть Бог!

– Инна, не уводи разговор в сторону. Ты мне собиралась привести доказательства существования Христа. Вот, пожалуйста, и доказывай.

– Ты безбожница! Как можно сомневаться в этом?

– Язычница я. А это не имеет ничего общего с безбожием. Ты мне лучше вот что объясни: почему такая набожная православная как ты занимает на полном серьезе астрологией? Вам разве религия этим заниматься позволяет?

Лицо Инны Семеновны тут же собралось в плаксивую гримасу. Она встала и, взяв сумочку, дрожащим голосом произнесла:

– Я совсем забыла, мне сегодня сторожа надо в детском саду подменить. Я пошла.

Зоя Павловна, которая резала сыр и на распри своих подружек внимания не обращала – они были привычны, подняла голову и удивленно спросила:

– Инна, ты куда? А как же годины Ильи? Ты же сама говорила, что годовщину смерти надо обязательно отмечать, потому что это рождение христианина для новой лучшей жизни!

– Я не могу, извини, – Инна Семеновна высвободила ладонь из рук Зои Павловны и поджала губы. – Мне действительно надо идти.

Она быстро, насколько позволяла ее грузная комплекция, пошла к выходу из дома.

– Лицемерка! – бросила ей вслед Нелли.

– Ну вот, – расстроенно сказала Зоя Павловна, вернувшись из прихожей, где она тщетно пыталась уговорить Инну остаться. – Ничего не помогло, она ушла.