Чтение онлайн

5. ЗОНИРОВАНИЕ И РАЗДЕЛЕНИЕ УЧАСТКОВ МОЖЕТ ОБЛЕГЧИТЬ РАБОТУ ВДВОЕ.

Как и в жизни, в нашем копошении на огороде есть определенная доля беспорядочности. Выполняя любую операцию – скажем, подвязку огурцов, – мастер делает в несколько раз меньше движений, чем новичок. Представьте, что грядки расположены вокруг колонки радиально, «ромашкой»: насколько меньше таскать ведра с водой? Или: «Овощи воздадут вам за то, что они видны прямо из окна кухни». Поездки на дачу – тоже пример плохого зонирования. Это очень серьезно. Сам живу в Азовской, а езжу работать в Краснодар. С этим надо что-то делать!

Разделение – просто неоценимый способ облегчить жизнь. Мы так любим обрабатывать всю площадь.

Даже цветники делаем, вскапывая всю сотку. Разумнее разграничить разные участки бордюрами. Участки с разным режимом содержания – как мухи и котлеты. Вот тут – грядка, группа цветов, ряд кустов, приствольный круг саженца – сыплем слой перегноя, и он не должен смываться, рассыпаться, зарастать. А рядом ходит триммер, или лежит гравий, тут можно топтаться или лежать на газоне. Иначе придется везде разводить грязь и сорняки и везде с ними бороться. И еще бордюры вынуждают нас планировать участок, намечать, где будут обордюренные грядки и цветники. А все остальное – газон косимый. Иначе везде – грязно, голо, сухо и бурьян прет, и каждый понедельник нам снятся тяпка, ведро и родная колонка.

Я старался быть кратким. Похоже, мне это не удалось. Но зато теперь вы точно знаете: если это – не ваше, можно дальше не читать. А если интересно, давайте начнем с главного: почему не нужно копать землю? А если не копать, то что же делать?

В природе плодородие почвы никогда не падает. Из этого следует простой и очевидный вывод: если бы мы делали с землей что-то правильное, полезное, ее плодородие бы постоянно увеличивалось. Урожаи бы росли. Растения поражали бы своей мощью и гигантизмом. И никаких разрушений почв!

Землю мы копаем повально. Большинство дачников считает, что обрабатывать нужно всю площадь дачи. Они не замечают, что под урожайными растениями – не больше 30% почвы. Остальное трудолюбиво обрабатывается для борьбы с сорняками. Есть образцовые хозяева – у них все идеально и все засажено, но все свободное время они – борцы на передовой. Я не из их числа: слишком занят работой, а после нее люблю отдохнуть да еще сходить в горы, съездить к друзьям. Разница между тем, как мало и нестабильно отдает земля и как много и стабильно приходится на ней работать, меня просто шокирует.

Так не должно быть! Должно быть наоборот. Снимая шляпу перед трудолюбием, я продолжаю искать ответ на вопрос: ну что же, что мы делаем не так, настолько не так, что трудолюбие необходимо?!

И вот, наконец, кажется, нашелся исчерпывающий ответ. Не в курсах академии и не в горе современной литературы. В брошюре, изданной небольшим тиражом в 1899 году. Автор – агроном-практик Иван Евгеньевич Овсинский. Он научился повышать плодородие почв, сделал урожай гарантированным, при этом вчетверо сократил затраты труда и средств. В Бессарабии, а затем под Подольском он увеличил урожай хлебов с 8 до 80 ц/га.

Его корнеплоды поражали своей величиной и гладкостью. Его поля зеленели в любую засуху, когда соседние выгорали досуха. В научных и административных кругах России его опыт производил фурор на протяжении нескольких лет. Я не встречал более полного и многопланового научного анализа, большего понимания жизни и растения. Книгу Овсинского разыскал и опубликовал в прошлом году ростовский журнал общества «Народный опыт» – «Жизнь земная». А я приведу вольный пересказ Овсинского с комментариями.

Дорогие огородники, плодородие наших почв создаем не мы! Мы, со всеми нашими лопатами, со всей техникой, поливами и удобрениями постоянно разрушаем плодородие.

Плодородие, то есть способность почвы отдавать питательные вещества, накапливать и удерживать влагу и воздух, уже миллиарды лет создают почвенные живые организмы. Те, что обитают внутри почвы: прежде всего – корни, черви и насекомые, а по стенкам их ходов – микроорганизмы. И те, что занимаются переработкой слоя мертвой органики – те же черви, насекомые и микробы – на поверхности. Вот это живое внутри плюс живое снаружи и есть сама почва. Глина, песок и прочие породы – не почва, а всего лишь ее каркас.

Живность создает структуру почвы: сеть каналов, труб и ходов. Эта структура не разрушается веками. Она и обеспечивает жизнь: всасывает и накапливает воду, проводит воздух, спускает вниз углекислый газ, без которого не растворяются минералы. Все это поступает из атмосферы, и поэтому прямая связь с атмосферой – основа жизни почвы.

Копка и пахота создают слой разрушенной, перемешанной почвы, быстро оседающей после первого дождя. Почва изолируется от атмосферы. Вся жизненная структура разрушается. Это все равно, что пустить автомобиль под пресс, а потом удивляться, почему он не едет. Вскопанная почва испытывает шок, застывает: не дышит, не всасывает воду, но главное – перестает отдавать питательные вещества. Оголение поверхности и перемешивание структуры – самый эффективный способ уничтожить почву как активную, плодородную среду.

Мы как раз этим и заняты. Хорошо, если раз, а то – дважды в год. Старательно сводим на нет усилия почвенной живности. А потом все лето пытаемся восполнить то, что разрушили. Но – тщетно. Нарушенную структуру не заменить ничем. «Смесь глины, песка, органических остатков и минералов, даже в нужной пропорции – далеко не будет составлять плодородия рядом с почвой того же состава» (Грандо, автор минерально-органической теории, конец прошлого века).

Итак, милые дачники, налицо порочный круг. Внося навоз, копая, рыхля, поливая, удобряя (внося новейшие стимуляторы, сдабривая хитрыми составами, просеивая, соблюдая гороскопы, согревая почву теплом своих рук, на груди и даже во рту!), вы убиваете плодородие. И оно держится на минимуме. А откуда же берется питание в естественной почве?