Чтение онлайн

Но это все дело отработанное и проверенное. Больше половины бойцов попадают в лазарет по десять и больше раз, где их штопают, ремонтируют, а если тело бойца уже не способно к полноценной службе, то он работает на хозяйстве, как строительство, ремонт, кухня и прочее, требующее человеческого контроля и внимания.

Наконец механический хирург закончил свою работу и отстранился от Дыма, давая понять, что лежать тут ему больше не зачем. Его бронекостюм уже забрали на ремонт, а у выхода на деревянной, еще советской тумбе лежали сложенные штаны, футболка, куртка камуфляжного цвета и пси-шлем. Возле тумбы лежали его берцы, в которых он сюда и пришел. Вздохнув чему-то своему Дым оделся и зажав шлем под мышкой поднялся по короткой бетонной лестнице к автоматически открывшейся двери, за которыми серым светом подкрадывалось утро. В лицо ударил свежий предутренний воздух, с легким запахом сырости и зеленой смоченной влагой листвы. Словно ожидав его выхода, шумно вздохнувший зеленой листвой кустарника ветер, шевельнув ежик волос на его голове. Улыбнувшись и решив не одевать шлем, Дым решительно шагнул с порога и двинул в сторону столовой, до которой было совсем не далеко. После ранения бойцам дается день или два на восстановление и Дым знал, что торопиться решительно некуда о Ходоке он решил не думать в ближайшие несколько часов, а про туриста забыл начисто. Поскрипывая мелкими камушками под ногой он уверено двигался по известной ему дорожке, чувствуя как новая плоть плеча постепенно начинает чувствоваться все лучше и лучше, через несколько часов она полностью станет чувствительной и неотличимой от другого плеча. Так налегке, он спустился в столовую, оставил шлем на полке, как это было заведено и взяв рацион сел за один из столов, рядом с кстати оказавшимся и видимо только что севшим за стол Соломоном. Соломон немного походил на Дыма, чуть пониже ростом, чуть пошире в кости и покрепче, с такими же голубыми льдистыми глазами и почти такого же возраста. Кто-то мог подумать что они родственники, но нет так получилось. Поздоровавшись Дым принялся за еду, неторопливо и задумчиво смешивая ингредиенты.

– Что крепко солит?
– спросил Соломон, видя задумчивого Дыма, имея в виду подстрелившего его Ходока.

Дым кивнул, слегка улыбнувшись.

– Да. Соображает...

Соломон поджал губы, прищурившись размышлял на ситуацией. Всей информацией он владел, а сейчас сидя без шлема он занимался только своими соображениями. Поскольку ситуация была не разрешена, ему, как одному из старших по рангу бойцов было поручено разработать и реализовать план по нейтрализации Ходока.

– Ему дается двадцать процентов на вероятность прохода до Исполнителя, - сообщил Соломон.

– Не хило.., - отозвался на мгновенье замерший от удивления Дым, задержав ложку с кашицей возле рта.

– Да. Аналитики говорят что он будет прорываться к Исполнителю дней через пятнадцать-двадцать. Выследить его за полосой практически невозможно. Использует какое-то механическое устройство для нейтрализации своего следа.

– Природа механизма?
– отложив ложку спросил Дым.

– Скорее всего не местная. У Хозяев ничего подобного нет, в параллелях тоже не встречалось, а вещь интересная. Ты ешь давай, я никуда не уйду пока не определимся, так что сидеть и думать тут долго будем... до характерного.

– Ну давай до характерного, - хмыкнул Дым.

Соломон ему нравился. Первый раз он вышел с ним на полный боевой пси - контакт на той спасательной операции, когда он впервые вышел на ту сторону среза. В этом бойце было столько силы духа, сколько он никогда не чувствовал в других бойцах. Сила Соломона чувствовалась как мощнейший эмоциональный подъем, под воздействием которого трудно было остаться безучастным и не поддаться тому мощному порыву радости боя и решимости сражаться. Находясь с ним в контакте и сражаясь плечом к плечу невозможно поверить, что что-либо способно сломить или остановить бойца. Тогда находясь рядом с ним Дым верил, что они непобедимы, что противники уже мертвы или бегут вспять, прижимая головы от ужаса перед ними. Не только в этом была сила Соломона, который всегда возвращался без ранений из походов с той стороны. Соломон всегда был мягок и конкретен в общении, говорил именно так как думал, а думал так как чувствовал, а то что он чувствовал и определял своим интеллектом и интуицией не вычислялось никакими приборами и логическими системами. Одним словом, если кто и был для Дыма беспрекословным и желанным авторитетом, так только Соломон.

Соломон, видя, что Дым принялся за еду, также не спеша принялся за первое, погрузившись в раздумья.

– Может его на контрольной полосе взять?
– предложил спустя несколько минут Дым.
– Ждать.

– Нет. Полосу он может пройти незаметно, а здесь на внутренней территории поймать его будет сложнее, - ответил Соломон.

– Вывести контроллеров в лес и прочесать с ними?

– Вариант, но...- Соломон поднял вверх указательный палец, - тот механизм, что скрывает его от взгляда и пси - сканирования, возможно у него другой принцип действия. Возможно Ходок использует "пробойник" (Андрей Левицкий "Сердце Зоны" - прим. автора), - прыгает с места на место при первой опасности. Здесь накоротке в Мертвом Лесу пространство рванное, да и дальше в Зоне тоже шов на шве. Только в нашем периметре оно все целое, сам знаешь, вот и не может Ходок сюда заскочить. А насчет скрыться по тихому это он запрото, и от нас уйти и от контроллера наверное. Наших же в лесу гонял, и стрелял совершенно с разных мест.

– Хуже будет если контроллера завалит, - сказал Дым.

– Гораздо хуже, - согласился Соломон.

Воцарилось молчание. Оба бойца были погружены ситуацию. Дым даже отложил рацион в стороны, едва осилив половину.

– Как вариант оправить стелз отряды в Мертвый Лес в надежде что они на него наткнутся и уничтожат, но вероятность прямого контакта очень мала, раз он тут уже столько времени, наверняка каждый куст знает, лучше наших.

– Недели две уже тут... если не больше.

– Вот-вот, а если он наших наблюдателей первый обнаружит, опять возможны потери и смена планов уже у него. В таком случае вероятность его прохода к Исполнителю увеличится процентов до двадцати пяти, - сообщил Соломон, - потому что вычислить его станет еще сложнее. Пока он в Мертвом Лесу и считает себя в безопасности, он оттуда не уйдет, - монолитовец решительно отодвинул поднос с едой.
– У нас есть право первого хода, но наша разведка не самый лучший вариант. Нужно что-то, что могло бы не вызывая подозрений привлечь его внимание и задержать, до тех пор пока мы не перекроем его и сверху и снизу.

– Что ему артефакт подкинуть что ли? , - предложил Дым.

– Вряд ли он на это купится, у него на поясе достаточно, да и не за этим он сюда пришел. Если он конечно не коллекционер, - вполне серьезно предположил Соломон.

– Может направить ряженного под сталкера? Пусть поживет в лесу, погреется, глядишь Ходок на огонек выйдет?

– Уже ближе...
– кивнул Соломон, - только Ходок калач тертый, сталкера от подставного наверняка отличит, здесь же такие придурки не водятся, чтобы дойти до Мертвого Леса и костры жечь. А еще хуже вычислит нашего бойца и пришьет. Опять потери, - Соломон потер переносицу, закрыв глаза.
– Нужны настоящие сталкеры вне подозрений, но с ними само собой никакого разговору не получится, либо настоящие придурки, такие каких в Зоне не бывает, разве что на Кордоне, как неопознанное явление... такие чтобы...

В этот момент над столом возник заспанный турист.

– Ну где ты был Дым? Я тебя жду, жду... Здрасти, - обратился он к удивленно выставившемуся на него Соломону.

Соломон отвел взгляд и многозначительно посмотрел на Дыма. Они оба знали теперь, что то чего в глубокой Зоне по определению быть не может, оказывается есть, а именно совершенно чистый инструмент для выманивания Ходока, тот самый элемент невероятности, который возможно сработает в пользу монолитовцев.

– Кто это?
– спросил Соломон.

– Это...
– напряженно, словно вспоминая давно прошедшие события, - турист, вылез из среза.

– Ага...
– многозначительно произнес Соломон.
– Туристом стало быть и остается здесь, раз так Зоне глянулся.

Турист растерянно оглянулся, в поисках стула или чего-либо еще, поскольку стоять и возвышаться над бойцами, под их внимательными взглядами, особенно вон того, которого он не знал, было неуютно.

– Присаживайся, - угадал его мысли Дым, отодвигаясь на своей скамейке.
– Теперь ты парень, кличешься здесь Турист, а это Соломон. Он тут старший.

– Очень приятно, - не решаясь протянуть руку для рукопожатия скомкано произнес Турист.
– Я по вопросу моего возврата. Это к вам?
– обратился он к Соломону.

Соломон обескуражено отклонился назад, с непониманием глядя на Дыма и на Туриста.

– Ты ему не говорил?
– спросил он, обращаясь к Дыму.

– Нет, времени не было. Да и как-то не до этого, - безразлично ответил Дым.

Турист нервно прикусил губу, переводя взгляд с одного собеседника на другого.

– Мда, рано мы его Туристом назвали, не прописан он еще в Зоне. Ну ладно будем говорить как есть, да Турист?
– бодро, но без радостного блеска в глазах и улыбки сказал Соломон.