Чтение онлайн

– Не знал таких подробностей, - перебил меня Шон. Я так и думал, что ребята неверно осведомлены.
– Я читал, что Брэм Миллер организовал «Идеал» и собрал новых людей.

– У деда не было выбора. Он примкнул к «Идеалу», как и остальные члены «На пути к совершенству», иначе бы страна развалилась окончательно. Он не хотел полностью отдавать власть Тиддлу, - объяснил я.

– А как на счёт того, что в «Идеал» теперь не так просто попасть? – спросил Шон.

– Верно. Всё изменилось с появлением «Идеала». В организацию дедушки мог вступить любой человек, желающий быть полезным Обществу. Когда «На пути к совершенству» распалась, в «Идеал» перешли лишь единицы. Теперь туда практически невозможно попасть. Место в корпорации передаётся по наследству. Также можно попасть за большие денежные средства, и только если кто-то из «Идеала» тебе полностью доверяет и может за тебя поручиться. Такое происходит крайне редко, поэтому к новым людям там относятся с подозрительностью. Каждый в «Идеале» дорожит своим местом, и никто из сотрудников не позволит, чтобы их тайна была раскрыта. Только я не уверен, что все члены корпорации посвящены в эту самую тайну…

– Когда официально образовалось Экспериментальное Общество? – спросил Тим. Я рад, что мой монолог закончился. На вопросы отвечать проще.

– Собственно с появлением Грега Тиддла и «Идеала». Это случилось восемь лет назад в 2129 году, - ответил я, - я хорошо это помню, потому что родители только об этом и говорили. Мне было почти шестнадцать, и вскоре я должен был выбрать свой жизненный путь. Родители были уверены, что я буду работать в «Идеале», как они и мой брат, которому тогда было девятнадцать. Дэрок пошёл по стопам отца и стал научным разработчиком. Он сделал для меня микрочип и браслет. Я не хотел посвящать свою жизнь науке. У меня были другие интересы. У нас с другом Адамом была своя музыкальная группа, и мне не нравились методы управления Тиддла. Адаму тоже, но он был вынужден вступить в «Идеал» и стать программистом, потому что Грег Тиддл – его родной дядя, брат отца Адама.

У всех округлились глаза, узнав о том, что мой друг тоже в некоторой степени предатель. Чему тут удивляться, если вся моя семья состоит в «Идеале» и свято в него верит.

– Что было после того, как образовался «Идеал»? Что пообещал народу Грег? И почему президентом нашей страны стал ранее неизвестный Ламберт Шарм? – спросил Шон, и я перевёл дух. Они пока меня не ненавидят. А Мелоди? Она всё ещё не отпустила мою вспотевшую ладонь.

– Началась новая система управления. Грег обещал улучшить методы предыдущей организации и сделать страну по-настоящему совершенной. Все поверили. Мне кажется, людям было всё равно, в кого верить, лишь бы дома было тепло, а холодильник - набит едой. Их можно понять. Только никто не знал, что у «Идеала» есть расшифровка. Однажды дедушка сказал мне, что всеобщего идеала не существует, и что я сам должен выбирать свой путь. «Идеал» - это Инновации, ДЕспотизм и АЛьянс. Разве такое сочетание может быть идеальным? Вот что Грег считает совершенным подходом к управлению, - судя по удивлённому выражению лица Шона и ребят, они этого явно не знали.
– О президенте я мало осведомлён. Его избрали пять лет назад, когда дедушки уже не было в живых. Он был против неизвестного лидера. Ламберта Шарма отыскал сам Грег и уверил всех, что на этого политика можно положиться и доверить страну.

– Я знаю, что недавно нашли мёртвыми и остальных организаторов «На пути к совершенству», - со скорбью в голосе сказал Шон.

– Да, их убрали по одному, чтобы не вызвать подозрений, - пояснил я, - дедушка говорил мне, что ему угрожают, но, несмотря на это, он не пошёл на поводу у Грега и боролся до последнего за справедливость. Перед выборами президента дедушку нашли мёртвым в его кабинете. Медики установили, что у него случился сердечный приступ. Я в это не верю! Родители сказали, что я слишком мал, чтобы лезть в расследование. Может, я и был мал, но соображал больше, чем они. Я могу это сказать без угрызения совести. Я всегда был на стороне дедушки. Странно, что Грег до сих пор не запятнал его память в школьных учебниках по истории.

– Да, люди верят всему, что навяжет им «Идеал», - сказал Шон, - готов поспорить, что Ламберт Шарм ничего не решает сам. Он делает всё так, как скажет ему Тиддл. А он умён. Доказал людям, что его не интересует власть, даже выбрал достойного президента, а на самом деле всё совсем не так. Естественно, ему все верят. Он подарил людям веру в мнимый идеал, к которому нужно стремиться. Говорят же, что совершенству нет предела.

– Да, «Идеал» есть в каждом городе, но власть собрана в центре страны. Именно туда недавно перебрались мои родители. Они сосредоточены на новых разработках.

– Как они отреагировали на то, что ты отказался от «Идеала»? – спросила Пэрис. Видимо, девушкам тоже интересен разговор. Хоть Мелоди и молчит, я знаю, что она вспоминает. Ведь то же самое я рассказывал ей полгода назад на нашем последнем романтическом ужине…

– Они не хотели в это верить и запрещали мне выходить из дома. После окончания школы я должен был поступить в институт при «Идеале» и получить одну из востребованных специальностей. Мама хотела, чтобы я стал врачом или психологом. Только не тем врачом, который лечит людей, а тем, который проводит эксперименты над ними. Например, нужно выяснять как будет действовать сыворотка на сознание, какие воспоминания необходимо стереть, чтобы человек не хотел возвращаться домой из ЭО и заниматься многими другими вещами, которые приводили меня в ужас. Я не хотел становиться чудовищем. Я осознанно отказался от «Идеала» и вместе с ним – от высокого положения в Обществе. Я выбрал нормальную жизнь, вдали от алчности и жестокости, если её можно назвать нормальной.

Когда я ушёл из семьи, со мной перестали делиться политическими новостями. Мне пришлось подписать договор о неразглашении тайны «Идеала». Я раскрываю её второй раз, но всё ещё жив. Так вот, первое время родители со мной даже не общались, только брат спрашивал, всё ли у меня в порядке, и как я устроился на новом месте. Сначала я переехал на съёмную квартиру, стал работать в издательстве, совмещая с учёбой. Когда меня повысили до должности редактора, я смог позволить себе купить квартиру. Я полностью отдалился от семьи и стал независим от них. Мне жаль Адама, он вынужден работать на дядю, ведь однажды тот спас его от детского дома... Я пообещал себе вытащить друга из проклятого «Идеала», если выберусь отсюда живым.

Я ненадолго замолчал, ловя на себе понимающие взгляды. Каждому из них пришлось чем-то пожертвовать ради Сопротивления. Пора рассказать основную часть истории.

– Вы, наверняка, знали, что раньше преступники сидели в тюрьмах, отбывая своё наказание. По истечению срока их отпускали на свободу. Кто-то исправлялся и становился на верный путь, а кто-то снова и снова возвращался в пустые стены. Так было всегда, сколько себя помнит человечество. С приходом «Идеала» изменилось и это. Грег Тиддл решил создать новую тюрьму под названием Экспериментальное Общество. Люди поверили в его слова. Он пообещал избавить страну от преступности, и он избавил, только не теми методами, к которым все привыкли. Ловцы стали охотиться за убийцами и всеми мелкими преступниками, а потом отправляли в один из пяти городков. Официально новые тюрьмы стали называться исправительными лагерями, где провинившийся будет отрабатывать своё наказание. Лозунг «Идеала» гласит: «Приноси Обществу пользу, если ему навредил!». Люди наконец зажили спокойно, но мало кого волновало, что произошло с теми, кто попал в некий лагерь. Грег настолько запудрил всем мозги, что даже близкие родственники не стали интересоваться дальнейшей судьбой преступников. Никто не знает, где находятся лагеря, что там делают, и на какой срок туда увозят человека. Если раньше невиновного человека жалели и пытались отбелить его репутацию, то сейчас на него повесили клеймо позора. Всем наплевать, виноват человек или нет. Все стараются забыть о нём, если вдруг он попал в список преступников, в чёрный список Базы Данных.

– То, о чём ты рассказал, по сути ничего не меняет. Примерно ту же историю мы и знали, - неожиданно сказала Нора и села на край кровати, - так что же тогда плохого в методах Грега? Сейчас большая редкость – встретить свободного преступника. Это большой прогресс. И что, что его позорят на всю округу? Поделом ему.

Я не верю своим ушам, а Нору, похоже, забавляет собственный протест.

– Ты, вообще, на чьей стороне? – произнёс мою мысль Шон. Он даже не пытается скрыть, что зол.
– С такими темпами в городах останутся лишь члены «Идеала». Ты не думала, сколько ещё в Корпусе невиновных, как Алиса? Ты думаешь, только родители Ника воспользовались своим положением? Сомневаюсь… Прости, Ник.

Я кивнул Шону, но ничего не сказал, потому что все ждут ответа от Норы.

– На вашей, - ответила она. Больше ничего.

Вспыхнула дискуссия. Действительно, за что мы боремся?

– Ты забыла, зачем здесь находишься? – спросила Пэрис у Норы. Я ещё не видел, чтоб она так сердилась, тем более на подругу. Может, они никогда и не были близки, как я предполагал.

– Нет, я просто высказала своё мнение, - спокойно ответила Нора, чем ещё больше завела Пэрис. Тим положил руки девушки, накрыв своими, себе на колени, удерживая её от порыва броситься в бой.