Чтение онлайн

Я не успел ответить Шону на его вопрос, потому что Билл уже занял своё место на сцене справа от меня. Он кивнул мне, дав понять, что пора начинать речь.

– Ещё раз поприветствую Вас, жители страны, - сказал я, глядя в толпу и ища в незнакомых лицах поддержку. Представляю, как зол на меня отец и рассержена мать, мои слова окончательно добьют их.
– Мы предоставим Вам последний аргумент, подтверждающий жестокость некоторых членов «Идеала». Мы не просим Вас верить Сопротивлению, просим лишь задуматься: какое будущее Вы видите для себя, своих детей и страны. Мы недавно оправились от Третьей мировой войны и в продолжении не нуждаемся, верно?! В наших руках судьба каждого из городов страны, как производственного, так и элитного. Пора прекратить проводить эту грань: элита и рабочие, богатые и бедные… Никто из Вас не знает, как на самом деле живут люди, например, в Далласе. Вы напрочь отказываетесь контактировать с ними, не считая экспортёров и импортёров готовой продукции, конечно. А зря! Они такие же достойные люди, как и мы. Многие из них занимают высокие должности на заводе, они умны и воспитаны. Нас объединяет ограничение свободы. Если Вы думаете, что свободны, то ошибаетесь! Наша свобода мнима и завуалирована. Мы находимся в плену славы и богатства, а жители производственных городов – в плену назначенного пути. «Идеал» навязал нам свои принципы и стереотипы. Пора учиться жить, полагаясь на своё мнение, на свой выбор. Уверен, некоторые из Вас в глубине души хотели бы стать, к примеру, фармацевтом в Детройте, а не каскадёром в Сансити. Список наших профессий заметно укоротился по сравнению с довоенным временем. Раньше род занятий не был присущ конкретному городу, потому что это глупо и неправильно. Вы знаете, что перемещение по элитным городам возможно, но, повторюсь, доступ к производственным городам для нас закрыт! Мне даже пришлось пойти на преступление, чтобы стать декоратором одежды, - на этих словах люди рассмеялись. Только сейчас они поверили, что Ник Миллер не виновен, как и Алиса Меллоу.
– Я, конечно, люблю свою издательскую работу, но и завод полон творческих возможностей. Только задумайтесь о том, что сегодня Вам открылся новый мир, который тщательно скрывали! Я рос, зная о существовании этой лжи, поэтому она не является для меня новостью. Но я рад быть одним из тех людей, который снимет шоры. Давайте же предоставим друг другу второй шанс и предотвратим назревающую войну. Будьте сильными, сопротивляйтесь!

Я закончил свою речь словами, написанными Мел для статьи. Люди запомнили их ещё тогда, а сейчас зааплодировали в знак согласия или чего-то ещё. Кровь прилила к моему лицу, и я первый раз пожалел, что сейчас вместо меня не голограмма. Она не может передать такие мелочи, как дрожь или смущение.

– Николас не преувеличил, когда сказал о войне, - обратился к публике Шон, как Билл, он собран и сдержан.
– Можно сказать, она уже началась. Подумайте о людях, которые недавно узнали, что незаслуженно провели долгие месяцы, а может, и годы в стенах ЭО. Особенно тяжело пришлось тем, у кого была стёрта память, но члены Сопротивления активно помогают им справиться с навалившимся потоком информации. Не забывайте, что фабрики – это одно, а ЭО – совсем другое. В Корпусах все похожи на зомби. Бесчувственны, неэмоциональны и подавлены. Таково действие сыворотки, которую еженедельно употребляют заключённые. Так прописано в специальной книге правил. Не хватит и дня, чтобы рассказать все те постановления и расписанный режим дня. Можно долго говорить, но лучше один раз всё увидеть собственными глазами. Пожалуйста, повернитесь в сторону плазмы, чтобы посмотреть прямой эфир из ЭО.

Люди немедленно сделали так, как попросил Шон. Мне тоже интересно посмотреть на то, как изменился Корпус за неделю нашего отсутствия. Этой ночью по приказу Билла были отключены все микрочипы, несколько человек в лаборатории трудились над подбором всех существующих комбинаций. Горжусь своей девочкой, ведь именно она сообразила, как нам сможет помочь идентификационный номер. За несколько часов люди вряд ли успели прийти в себя, но, по крайней мере, уже наслышаны о происходящем в стране. Они тоже видели выступление президента и всё, что за ним последовало. Благодаря команде А.

Включился экран, началась трансляция, и я узнал наш бывший Корпус по зелёным стенам. Вижу знакомое лицо. Это Кевин, парень, на которого обменял нас Билл. Он снимает на свой ноутскрин происходящие события. Людей словно подменили. Они больше не выглядят безжизненными и пустыми. Корпус ожил и перестал быть тюрьмой. Никто из собравшихся в зале общежития не одет в зелёную униформу. По идее, они сейчас должны сидеть в библиотеке, играть в домино или заниматься другими привычными делами, ведь сегодня воскресенье. Что-то мне подсказывает, что они не пошли бы на завод, будь это рабочий день. Знак протеста налицо, и это не может не радовать. Как только Кевин сообразил, что прямая трансляция по всем каналам уже началась, он поздоровался с жителями страны. Билл был прав, когда говорил, что парню пришлась по вкусу новая работа на фабрике не только в качестве дизайнера, но и репортёра, кем он является сейчас.

– Кевин, как обстановка в ЭО? – спросил Билл. Их переговоры напомнили мне передачу новостей по центральному телевидению, когда ведущий и репортёр находятся в разных городах. Нам крупно повезло, что в Сопротивлении есть такой хороший программист, как Адам. Благодаря его защитным паролям вся страна может лицезреть на главную площадь Префектума и Корпус Далласа.

– Боевая, - коротко ответил Кевин, и это слово послужило красной тряпкой для рабочих фабрики. Они стали кричать в камеру: «Свергнуть Идеал!».

Сначала эта бурная выходка повергла жителей Префектума в шок, но спустя несколько секунд они стали вторить «преступникам» из ЭО. Без всякого угрызения совести и стеснения. Полиция отреагировала мгновенно. Стражи порядка окружили вход в корпорацию, чтобы, не дай Бог, ничего не случилось. Толпа по своей природе страшна, а толпа, одержимая победой и агрессией, тем более. Готов поспорить, эти эрудиты не способны на жестокость, но меры безопасности в сложившейся ситуации логичны и необходимы. Впервые за историю создания Идеального Общества люди скандируют фразу против своей организации. После войны такого ещё никогда не случалось. Все думали, что жизнь стала идеальной и беззаботной, но глубоко заблуждались. Дед рассказывал, что в довоенное время бунты и протесты среди рабочих были распространены. По сути, мы не продвинулись ни на шаг вперёд в своём развитии.

– Это мы видим, - сказал Билл, когда гул немного стих, - означает ли это застой производства?

– Люди настроены серьёзно, - ответил Кевин, направляя камеру на себя. Он возбуждён и, боюсь, может взболтнуть лишнего.
– То же самое происходит и в четырёх остальных Корпусах. Около тысячи человек пришли в себя и готовы поддержать Сопротивление. Никому бы не понравилось, что кто-то свыше управляет его эмоциями и сознанием. Производство не будет прекращено, если невиновных людей оправдают и вернут им права.

– Мы не станем лишать страну пищи, медикаментов, одежды и ресурсов из-за придурка, возомнившего себя гением и владыкой мира! – парень, выкрикнувший из Корпуса, имел в виду Грега. И этот парень мне хорошо знаком. Джо. Он был нашим начальником на заводе. Подумать только! Раньше бы я сказал, что Джо и протест – понятия несовместимые. Он даже выглядит моложе, чем неделю назад. Мел тоже приятно удивится, когда узнает парня.

– Рад это слышать, - сказал Билл, не обращая внимания на остальные речи, иначе это могло бы занять весь день.
– Мы сделаем всё возможное, чтобы предотвратить плачевный исход для каждого из нас. Мы свяжемся с Вами позже, после дальнейших разбирательств. Оставайтесь сильными!

У Кевина не было возможности ответить, потому что трансляция из ЭО сменилась изображением вице-президента, сидящего в кресле своего кабинета. Он испугался, раз не появился на площади собственной персоной, и в этом его нельзя винить. Люди ничуть не удивились появлению на экране Пола Амри, подумав, что это запланированная часть митинга. Может, я ошибаюсь.

– Приветствую Вас, - начал вице-президент без тени улыбки на лице. Его редко можно было увидеть в новостях или на конференциях, потому что Ламберт Шарм всегда был в центре внимания. Любимец народа, ложно-признанный правитель. Амри живёт в Алиэнсе и занимается там политическими делами, не вмешиваясь в дела «Идеала», а, как оказалось, порой вмешиваться необходимо.
– Мне с трудом удалось попасть в эфир, и я уже собирался лично посетить главную площадь. Позвольте сказать пару слов, пока Судебный Совет не лишил меня этого права. Поверьте, я не был посвящён в тайну «Идеала», а хотел бы, чтобы предотвратить эксперименты! Раз уж Шарма больше нет, ответственность за страну временно лежит на моих плечах.

– Что случилось с бедными рабочими? – стал интересоваться народ, позабыв о рамках приличия. Мы с Биллом и Шоном переглянулись. Видимо, мы подумали об одном и том же: мистер Грин ещё на свободе.

– Вы специально прервали трансляцию, чтобы расправиться с ними? – выкрикнул кто-то ещё из толпы.

– Я ожидал подобных вопросов, - всё также серьёзно ответил Пол Амри. Он запросто может оказаться голограммой, которой управляют сообщники Грега Тиддла. Я бы уже ничему не удивился. Каждый играет по своим правилам, и неизвестно, чем закончится сегодняшний день.
– Они в полной безопасности. Я уже успел встретиться с Робертом Паркером, и он рассказал, что мэры каждого производственного города были заодно с Грегом. Сейчас все пять человек находятся под стражей, а Эдвард Грин даже свою дочь впутал в эту историю. «Идеал», если быть точным, некоторые его члены, уже доказали свою истинную сущность и жестокость. У них нет ни малейшего шанса на победу. Можете не волноваться за жизнь рабочих, больше им ничего не угрожает.