Unknown
Шрифт:
м2 некуда было ступить ногой. Люди подпрыгивали, вставали на
лежаки и падали, затем с шумом поднимались и опять падали. Это
всё повторялось из раза в раз до тех пор, пока русские не закончили
своё издевательство над бедным животным, который попытался
вскочить и убежать прочь от садистов. Вскочить-то Федя вскочил,
но тут же потерял равновесие, споткнулся и завалился набок. При
этом он ещё успел как следует испражниться и обмочить одного из
своих обидчиков, на которого случайно попала верблюжья моча.
Лерик с Владом недолго думая, схватили верблюда за веревку
и поволокли животное в бассейн, куда под улюлюканье остальных
пьяных русских и маленькой части немцев, наблюдавших за жесто-
кими выходками питерской братвы, в конце-концов спихнули. Хо-
397
лодная вода и приличная глубина бассейна вконец напугали живот-
ное, которое стало дико кричать, плеваться и носиться с большими
брызгами по глубокой части бассейна.
Мухмуд, видя издевательства над своим любимцем, начал ка-
таться из стороны в сторону по раскаленному от солнца цементно-
му полу, с жадностью взирая на спины зевак, наблюдавших за су-
дорожными движениями пьяного взбесившегося верблюда, тщетно
пытавшегося выбраться из воды. Бассейн, обложенный турецкой
облицовочной плиткой, на глазах терял свой лоск и блеск. Плитка
крошилась и разлеталась в стороны от яростных ударов верблюжь-
их копыт. Прозрачная сине-голубая вода в считанные секунды по-
мутнела. Верблюд метался по всему периметру глубокой части бас-
сейна, не догадываясь о том, что есть нормальный выход на мелко-
водье и что его спасение лежит мимо стойки бара, примыкающей к
серединной части бассейна. Бар был сделан таким образом, что
внутри него можно было посидеть за обычной стойкой, которая
сливалась с бортом бассейна, являвшимся одновременно стойкой
для тех, кто не хотел покидать воды и готов был остограммливаться
прямо сидя на подводных стульях в воде.
Какая-то сердобольная литовка вдруг заметила тщетные поту-
ги Мухмуда и помогла ему освободиться от кляпа и веревки. Араб
не стал тратить зря времени на благодарность, а, не раздумывая, бросился что было сил к своему кормильцу и любимцу – верблюду,
разъяренному и уже почти выбившемуся из сил от безуспешного
топтания и брыкания вдоль одной из стенок бассейна, успешно об-
бивавшего разноцветную облицовочную плитку.
Упав в своей бедуинской одежде в холодную мутную воду,
бедный араб сразу же попал под удар в пах заднего правого копыта
Феди, не узнавшего своего спасителя. От дикой боли араб потерял
сознания и начал тонуть. В это время верблюд опять, совершенно
случайно, задевает копытом правое плечо своего хозяина, отчего
тот приходит в себя и начинает борьбу с Федей за уздечку. Поймав
через какое-то время уздечку, араб начинает верблюда выводить на
мелководье бассейна и это ему удается.
За 15 минут купания верблюда в бассейне 1/3 плиток разби-
лась и потрескалась. Толпа отдыхающих с ужасом смотрела на то,
что ещё совсем недавно радовало глаз и приятно освежало от па-
лящего августовского солнца северной Африки.
398
Когда к бандюганам протиснулись сквозь ещё не разошед-
шуюся толпу зевак, general manedger отеля Тарек Аббас с Рамси За-
гданом –– топ-менеджером, сорокатрехлетним арабом атлетическо-
го телосложения и ростом под метр восемьдесят, питерская братва
со своими девками стала расходиться, поскольку верблюда увели к
морю, где он жил в загоне из плетеных прутьев камыша.
Тарек и Рамси молча смотрели на то, что совсем ещё недавно
называлось бассейном. Первым заговорил Тарек.
– Слушай, Рамси! А давай русских отправим в море на яхте…,
– сказал Тарек и загадочно посмотрел на своего коллегу по бизнесу.
– Тебе не жалко своей яхты для этих уродов? Да спаси тебя и
твою душу, Аллах! – Рамси сложил ладони вместе и артистично за-
драл вверх свою голову.
– Надо собрать надежных бойцов, готовых замочить всех рус-
ских и сделать так, чтобы их никто не смог найти, - с нескрываемой
злобой выпалил Тарек. Лицо его перекосилось. От былой улыбчи-
вости и радушия не осталось и следа.
– Я за вечер соберу своих нубиков, а ты тем временем догово-
рись с ними о завтрашней прогулке. Сейчас с ними говорить беспо-
лезно, а вот за ужином мы с тобой к ним подойдем, поздороваемся,
угостим нашим вискарём, мороженным, то-сё, тары-бары, и при-
гласим всю банду на … хи-хи-ха-ха, - спокойно Рамси договорить
не успел, т.к. начал ехидно посмеиваться, потирая от предвкушения
скорого расставания навсегда с ненавистными ему русскими.
А тем временем Монзиков с интересом рассматривал реклам-
ный буклет, который ему протянули два пляжных араба. Оба были
специалистами по пирсингу, е и релаксирующему массажу. Как ни
странно, но по-русски никто из них не лепетал. А английским или
немецким ни Александр Васильевич, ни тем более пацаны, не вла-
дели.
– А сколько стоит эта хрень? – спросил адвокат у низкоросло-
го араба, ткнув пальцем в картинку, где был нарисован человек с