Чтение онлайн

А ведь за ее работу я также несла ответственность, она же одна из «моих солдат», «моих детей», моих подчиненных.

Как сейчас помню лицо таксиста, подвозившего меня из одного офиса компании в другой. Я ему рассказывала что-то про работу, про подготовку к празднику и произнесла:

– Сейчас проверю, что там мои двадцать детей делают.

– В садике работаете? – участливо спросил он, подруливая ко входу в офис.

– В садике не то слово, – засмеялась я. – Вон один из моих детсадовских стоит, покуривает, – и кивнула головой на Ваню, вышедшего на перекур.

Таксист ошалело посмотрел на здоровенного Ивана, на меня, на офис и захохотал.

Это был лучший период моей работы, как мне кажется сейчас. С одной стороны, я добилась признания и повышения, занимала одну из серьезных руководящих должностей. Мне было интересно и просто работать. Просто – по той причине, что я знала эту работу с самого низа. И никто из моих сотрудников не мог сказать, что я заняла его не по праву. Я всегда была одной из лучших, стремилась не только отлично справиться со своей работой, но и активно помогала другим. Найдя способ решить проблему, способ ускорить или упростить рабочий процесс, я внедряла его у всех остальных коллег. Да не жалко же. Пусть все знают и умеют.

А сейчас мне кажется, что я осталась одна. Одна на остром и холодном уступе. Даже те из коллег, кто был рядом, кто помогал советом, поддерживал, кто говорил: «Давай, дерзай, кто, если не ты» они все остались там, внизу, за границей перевала. А передо мной лишь холодные острые уступы, покрытые снегом. Острые настолько, что взгляд режется о них и рассыпается. Холодные и непроницаемые. Безжизненные и молчаливые. Враждебные.

Не сами уступы, а неподвижные фигуры, стоящие на них. Теперь это мой уровень: высокий, холодный, расчетливый, враждебный и покрытый тонким слоем корректности и вежливости. Очень тонким слоем, под которым часто скрывается желание воспользоваться твоей неопытностью или слабостью и свалить тебя. Не потому что ты хуже, а для того, чтобы продемонстрировать, что они – лучше, умнее, значительнее.

Они наблюдают за мной с непроницаемыми лицами, неподвижные и высокомерные. Мне, привыкшей к живому общению, к постоянному обмену мнениями, идеями, сложно их понять. Сложно оценить правильно ли я поступаю, то ли я говорю. Иногда я чувствую себя как первоклассница, попавшая на экзамен выпускного класса. Мне непонятны их разговоры, хотя в компании я проработала десять лет. Да я даже ряд выражений не понимаю! Такое ощущение, что они специально говорят на своем, птичьем языке.

Но я прорвусь, я справлюсь, стану одной из этих неподвижных и крепких фигур. Да, я сейчас чувствую каждое дуновение шепотка за спиной, каждый вздох новой сплетни, каждый взгляд прорезает мне спину. Я знаю, что любое мое решение, слово и поступок перемалываются и обсуждаются. Ну и что? Если «Генерал» решил, что я достойна, кто вы, чтобы меня остановить? Не хотите помочь? Не надо, справлюсь сама. В конце концов, я же справилась с отделом. Сейчас масштаб больше, но суть та же. Как говорила героиня в известном и любимом фильме: «Ты научись с тремя справляться, дальше количество не имеет значения». И она права.

Главное, найти и выделить тех людей, на кого ты сможешь положиться, кто будет тебе помогать, и кому ты сможешь делегировать часть задач.

Это просто. Но именно это и сложно. Легко ошибиться и сделать ставку не на тех людей. И последствия могут быть весьма плачевными: от невыполненных задач до отката к начальной точке.

И доверие. Это особая статья. Я не знаю, как чувствуют себя другие «небожительницы» компании, с кем они делятся личным, с кем обсуждают планы, удачи или неудачи, или они все держат в себе. Я не смогу держать в себе. Просто не смогу. Не потому что мне обязательно нужна поддержка в каждом шаге, хотя, конечно, нужна. Не потому, что я люблю поговорить. Но просто потому, что характер мой – открытый и прямой, я не умею и не люблю юлить, выгадывать, подстраиваться и лукавить. И не терплю этого в других. Когда я вижу, что человек пытается перехитрить всех, максимально выгодно для себя подстроить или даже прогнуть ситуацию. Когда на прямой вопрос начинает юлить и недоговаривать, мне становится противно. Противно, будто с размаху влетела в липкую паутину, и она пристала к лицу и каплями росы намочила лицо и шею. Хочется вытереться и уйти подальше.

Но, люди разные. Нравится мне это или нет, а придется общаться с каждым, искать подход, стараться найти нужные для работы качества и использовать их.

Каждый сотрудник – это фигура на шахматной доске. Кто-то годится для медленного и поступательного движения, кто-то для стремительных бросков. А если фигура вдруг сломалась, или решила, что правила не для нее писаны, то следует произвести замену. Что не менее сложно, чем поиск единомышленников.

Полгода гонки и стремления убедить всех, и в первую очередь себя, что я имею все основания занять эту должность, закончились. Испытательный срок пройден, но не закончен. Меня так и будут все время проверять на прочность, наблюдать, делать выводы. Мне все также будет одиноко и невыносимо страшно стоять одной на своем каменном утесе. Время лишь притупит чувства, сделает их привычными. А пока надо терпеть. День за днем.

***

Я чувствую, что мои глаза наливаются свинцом и невыносимо сильно хочется зевнуть. И спать. Вот и вся романтика.

Вечерняя прогулка по Москве, блестящей и звенящей так и не настроила меня на особый одухотворенный лад. Мне приятно твое внимание, нравится идти рядом с тобой. Держать под руку, смеяться шуткам. Но не более того. Нет ощущения полета, или дрожи в ногах, когда ты берешь меня за руку. Не екает сердце, когда входишь в комнату. И так было изначально. С того самого корпоратива, где ты вдруг признался, что влюблен в меня. Это было так мило, так забавно и так неожиданно.

– Девушка, у вас глаза такие необычные: голубые, а внутри желтые и светятся. – Громким шепотом, наклоняясь ко мне, произнес интересный молодой мужчина.

«Какой банальный способ знакомства» – пронеслось в моей голове.

– Да, – я улыбнулась в ответ, – как у кошки. А светятся, потому что уже темно!

– И вы такая высокая…

«Ну, теперь давай про губки, красоту волос и про то, что где-то ты меня видел…»

– Где-то я вас видел…

И тут меня осенило, что мы действительно встречались. Мельком, на общем собрании, куда съехались руководители всех отделов и мастей. Мы провели два часа, задавая вопросы руководству компании, отвечая сами на встречные вопросы и предложения. Точно. Он приехал из Московского филиала, новый сотрудник, активный и как мы, местные, тогда решили, дерзкий.

Дерзкие нам интересны, но не выживают в нашей флоре – фауне. Здесь скорее задержатся умеющие соблюдать правила игры и не мутящие воду. Насколько помню, тогда даже ставки сделали, как долго он продержится. Никак не могу вспомнить имя.

Пока я стояла и улыбалась, напряженно пытаясь вспомнить его имя, меня настиг следующий вопрос:

– Кто вы по гороскопу?

– Вот это самый неожиданный вопрос, который мне задавал мужчина, – рассмеялась я.

– Все просто. – Он доверительно взял меня за локоть и наклонился к моему уху. – Просто я всегда влюбляюсь в Овнов, Львов и Стрельцов.

– Надо же, я – Лев. Совпадение.

– Вот видите, я это чувствовал. Чувствовал, что влюбился!

Весь оставшийся корпоратив он не отходил от меня. Сел рядом за столом, сыпал шутками, рассказывал о себе, семье, брате. О забавных случаях на отдыхе.

Постепенно мы оба «вспомнили» про собрание, ну неприлично же если бы я ему напомнила, где мы действительно встречались. Еще зазнается, что девушка его помнит. Нет, пусть лучше потужится и напряжет память. Он рассказал, что приехал из Москвы, напомнил свое имя – Кирилл.