Шрифт:
1
Через каких-то несколько дней мне скажут о моем повышении. И я с нетерпением жду следующего понедельника. Я точно знаю, что повысят именно меня, потому что другого такого же трудоголика в нашей фирме начальству не найти. За последние несколько месяцев я заключила около десяти договоров по строительству многоэтажных домов и нашла покупателей будущих квартир. Я достойна должности заместителя президента строительной компании. Во мне есть все качества, присущие руководителю.
Все выходные прошли в нервном ожидании понедельника. От волнения все валилось из рук. В воскресенье я легла спать пораньше, но так и не смогла заснуть, проворочилась в постели всю ночь напролет. Навязчивые мысли не отпускали меня, нарезая круги в моем воспаленном мозге.
И теперь, смотрясь в зеркало, я видела свое уставшее, помятое, измученное бессонницей лицо. Никакой кофе, никакой макияж не спасут мое гиблое положение. Только сон, сладкий сон…Мои веки на мгновение сомкнулись, и я чуть не заснула. Ну же, Айгуль! Ты чего?! Раскрыв, как можно шире глаза, я попыталась привести себя в чувства. Холодная вода освежает моё лицо и заставляет наконец меня пробудиться. Заливаю в себя огромную кружку чёрного кофе с сахаром, проверяю все ли выключила и в конце концов выхожу из своей уютной квартиры, из своего крошечного мирка, так сильно оберегаемого ото всех.
Не помню, когда я стала такой закрытой, наверное, с тех пор как погибли мои родители в той авиакатастрофе, когда мне было 15 лет. Тогда я закрылась ото всех, даже от своих бабушки и дяди.
Невыносимая боль пожирала меня изнутри, ломая меня и подминая меня под себя, погружая все глубже и глубже в темноту. Я ненавидела мир, которому было наплевать на смерть моих родителей и ещё 148 человек, погибших вместе с ними из-за неисправности двигателей этого проклятого самолёта.
– Айгуль, кызым,(1) – бабушка, прижимая меня к себе, гладила по моим волосам своими шершавыми от работы руками, – жылама(2), – ее крупные слезы капали на мои волосы и тяжестью оседали на них. Именно тогда я поняла, что я эгоистка. Страдала, не думая о бабушке. Каково было ей пережить своего ребёнка?! Испытать такое горе?! Я подняла голову и будто впервые увидела ее. Ее светлое лицо, покрытое мелкими частыми морщинками, крепко сжатые губы и глубокие глаза, не утратившие за столько лет своей красоты смотрели на меня с большой любовью и неисчерпаемой нежностью.
– Нэнэй, борчылма! Барысы да эйбэт булачак! (3) – я поцеловала бабушку в ее мокрую от слез щеку и крепко обняла.
Мы остались в этом мире вдвоём. И, конечно, ещё дядя, но он никогда не внушал мне доверия, жил обособленно. Мы и до этого виделись с ним редко. Бабушка говорила, что он пошел по кривой дорожке…
"Брызги снега из-под колёс
В девушку разбитых витрин
Это не со мной
Это дежавю
Брызги снега из-под колёс
В девушку разбитых витрин
Это не со мной
Это дежавю"
Разрывается голос Земфиры по радио, болью отдаваясь в моем сердце. Когда-то я училась играть на гитаре, подражая ей, неповторимой Земфире, своему кумиру. Я часами сидела в своей комнате, разбивая руки в кровь, наигрывая эту песню. Тогда я ещё не знала, что можно было пользоваться медиатором, и усердно днем за днем резала свои нежные пальцы о жёсткие непослушные струны. Пока папа, однажды придя с работы, не принёс мне мой первый и единственный медиатор – блестящий маленький чёрный треугольник, который я храню до сих пор. Волна воспоминаний накатила на меня с новой силой, но я не должна раскисать, только не сегодня. Сегодня меня ждёт долгожданное повышение, которое я заслужила своим усердным трудом. Прикусив губу, я дослушала песню до конца и прибыла на место.
Высокое величественное здание из серого стекла и бетона – мой второй дом вот уже на протяжении двух лет. Каждый день в течение пяти лет по пути в архитектурный университет я проходила мимо этого красивого здания и мечтала работать здесь. Когда-то здесь работал мой отец. Он был главным архитектором, и большинство зданий и домов в нашем небольшом городишке, спроектированы моим отцом.
Часами просиживая в библиотеке и изучая пыльные, давно не открывавшиеся никем книги, я представляла, как буду там работать, и мной будет гордиться моя бабушка. К сожалению, бабушка не дожила до этого момента. Она умерла от инсульта через три дня после того, как я окончила университет. Перед сном мы как обычно болтали о том, о сем, вспоминая веселые моменты из жизни, а утром ее не стало…
– Здравствуйте, Айгуль Тагировна! – звонкий голос Гузель вернул меня к реальности.
– Здравствуй, Гузель, – я непринужденно улыбнулась. – Главный уже здесь?!
– Да, – понизив голос, ответила Гузель. – Кажется, сегодня он не в духе, – сообщила мне девушка и прибавила: – Просил вас зайти, как только придете.
– Спасибо, – я дрожащими руками взяла из ее рук документы по новому объекту.
Надо успокоиться! Я должна делать вид, что ничего не знаю. Показать, что новость о повышении для меня полная неожиданность, хоть и приятная, но неожиданность. Но мои чёртовы ноги перестали слушаться меня. Они стали ватными и отказывались идти. Мое тело онемело, словно приросло к стойке ресепшена. Страх сковал меня льдом. Я начала считать до десяти, чтобы успокоиться: один, два, три, четыре, пять, шесть…
В этот момент я заметила на себе наглый взгляд молодого человека, которого до этого дня ни разу не видела в компании. Он усмехнулся и подмигнул мне. Что?! Что он себе возомнил?! Нахал! Злость вывела меня из ступора, и я наконец смогла сдвинуться со своего места. Твёрдыми широкими шагами я воинственно направилась к лифту. Повышение не будет ждать.
________________________
1 – доченька (тат.)
2 – не плачь (тат.)
3 – Не переживай, бабушка! Все будет хорошо! (тат.)
2
Стою перед широкой дверью тёмного цвета, не решаясь войти. Где она?! Ну же?! Я делаю глубокий вдох и медленно выдыхаю воздух, закрыв глаза. Нашла. Моя маска ответственного, рассчетливого и рассудительного человека. Робко постучавшись в дверь и услышав "войдите", я вошла и уверенной походкой сделала несколько шагов.
– Здравствуйте, Рустам Закирович, – я нашла глазами своего начальника, сидевшего за столом с серьезным лицом. Глядя на него, я всегда представляла, будто он мой дедушка. Такой он был уютный и свой.
– Здравствуйте, Айгуль Тагировна. Присаживайтесь, – Рустам Закирович улыбнулся и показал рукой на свободное кресло.
Я бросила взгляд в сторону кресел и увидела того самоуверенного и наглого парня, который разглядывал меня в вестибюле пару минут назад. Какого черта он здесь делает?! Парень сидел расслабленно и не обращал на меня никакого внимания.
Я скованно села в мягкое кресло песочного цвета, положив папку с документами на трясущиеся колени.
– Итак, вы знаете, что место заместителя президента свободно. Человек, занимавший эту должность, не оправдал моих ожиданий, поэтому мне пришлось с ним попрощаться, – говоря это, Рустам Закирович все время смотрел на меня. – Айгуль Тагировна, я наблюдал за вашей работой, и могу с полной уверенностью сказать, что вы отлично справились бы с этой должностью, – произнес он, и у меня засосало под ложечкой от радостных предчувствий. – Вы зарекомендовали себя как ответственного, трудолюбивого человека, но возникло одно обстоятельство. Помимо вас есть ещё один человек, который так же подходит на эту должность, – Рустам Закирович перевёл свой взгляд на парня, сидевшего со мной по соседству. – Айдар Алмазович зарекомендовал себя как профессионал, знающий свое дело.