Чтение онлайн

Все время ее отсутствия я старалась настроиться на ауру дракониды, прочувствовать ее как можно полней. Я верила, что это поможет мне выбраться отсюда.

Дверь скрипнула, а вошедшая Тесса теперь казалась мне иной. Для меня она была больше ящерицей, чем человеком. Серая чешуя, белый гребешок, тусклое свечение слабого дара, обескровленного несколькими эликсирами. Кулеш, который она принесла, вкусно пах мясом и лавровым листом. Этот аромат отзывался в ауре Тессы удовольствием. Ей нравилось это блюдо.

Я успешно изобразила благодарность и даже дружелюбие. Аура дракониды откликнулась приязнью. Я уцепилась за это чувство, усилила, распространила. Аура вспыхивала разными огоньками, будто кнопки откликались на прикосновение.

Тесса поставила миску на стул, а когда выпрямилась, я взяла девушку за руку и посмотрела в глаза.

— Тесса, нужно приложить что-нибудь холодное к ноге, — я без удивления отметила, что слова будто завязали во времени, настолько медленной показалась мне собственная речь. — Так будет меньше болеть. А ты сможешь от меня отдохнуть.

Ее зрачки расширились, она кивнула, не отводя взгляда.

— Но что приложить?

— Пойдем вниз, посмотрим, — велела я.

Тесса не возражала, она даже помогла мне спуститься по лестнице. Сама с поломанной ногой я бы потратила на это час, наделала шуму, а так Тесса даже поблагодарила меня за то, что я не хочу будить ее отца.

Сердце билось медленно и гулко, я казалась себе кукловодом, дергающим безвольную Тессу за ниточки. Когда мы спустились на первый этаж, в ней проснулось ощущение неправильности ситуации. Быстрое поглаживание ауры, аккуратное надавливание на чувствительную точку — магический фон снова спокоен, а Тесса предупредительна и мила.

В небольшой, но чистой кухне у стола стояли стулья. Я тихонько отодвинула один и жестом предложила похитительнице сесть.

— У тебя был очень трудный день, — мои слова обнимали драконицу будто одеялом. — Ты так устала, Тесса.

— Так и есть, — она тяжело опустилась на стул. — После зелий такой откат жуткий. Я после трех пузырьков почувствовала… А сейчас, после пяти, это вообще кошмар. Голова болит, так холодно.

— Тебе нужно отдохнуть, Тесса, — погладив ее по плечу, я притупила головную боль, которую раньше не распознала, а эту энергию использовала на усиление усталости. — Нужно выспаться, Тесса. Это самое важное.

Она кивнула, зевнула и по-детски потерла кулаком глаз. Понадобилось всего несколько минут, чтобы Тесса уснула.

Транс, в который меня затащила незнакомая магия, о природе которой я даже задумываться сейчас не хотела, закончился. Я сама была в таком состоянии, что в пору было лечь поспать рядом с Тессой. Можно прямо на полу!

Цепляясь за деревянную обшивку стены, я ползла к выходу, приволакивая сломанную ногу. Она разболелась так, что я чудом сдерживала всхлипы. По щекам текли слезы, и я по-рабоче-крестьянски утирала их рукавом. Чуть легче стало, когда я прихватила в прихожей большой зонтик-трость и преодолела последнюю лестничку. Три ступеньки крыльца, которые чуть не стоили мне второй ноги!

Как оказалось, семейство Сьенги не могло позволить себе особняк, что значительно облегчало мне задачу. Не пришлось идти через сад, переживать о том, откроется ли калитка. Я просто сразу оказалась на улице. На незнакомой улице в чужом городе и без всяких гарантий того, что человек, к которому я обращусь за помощью, не решит проделать тот же фокус, что и Тесса с папашей. Тем более и у Дэрека отбивать не надо. Живые деньги сами в руки идут!

Сгущающиеся сумерки дополнительно усугубляли мое положение, и к решению искать стражника, а лучше отделение, я пришла, когда уже отползла от дома Тессы на квартал. Указателей как назло не было. Прохожих, на которых я спустя ещё два квартала мытарств уже была согласна, тоже. Я ковыляла, полагаясь на какое-то внутреннее чутье, на ощущения от поводка, который должен был подсказывать мне, где находится Дэрек.

На перекрестке тускло горел фонарь. Я стояла, смотрела на вьющуюся вокруг него крупную бабочку и прислушивалась к ощущениям. Мне отчего-то казалось, что Дэрек где-то рядом, но и далеко отсюда.

Поблизости распахнулась дверь, улицу залил золотистый теплый свет. Из дома, галдя и смеясь, вышли девочки, не меньше десятка, но я видела только одну. Черные волосы, заплетенные в косу, аккуратное голубое платье, лента в цвет. На вид не старше шести. Она протянула кому-то папку с рисунками и дала руку. Вокруг девочки что-то происходило, но для меня мир будто опустился под воду. Глухие звуки, медленное течение времени, вязкость воздуха, и только эта девочка казалась настоящей, живой на фоне тусклого, какого-то призрачного окружения.

Девочка подошла ближе, я протянула ей руку. Когда ребенок посмотрел мне в глаза, я услышала собственный голос:

— Отведи меня к своей маме, Дьелен.

Ее ладошка оказалась в моей, в серых глазах не было ни страха, ни удивления.

— Конечно, — звонко ответила девочка и крепче сжала мою руку.

Ощущение погружения под воду не прогнали ни усилившаяся боль в ноге, ни чьи-то попытки оторвать меня от ребенка. Меня даже ударили в плечо, но я не защищалась. Как ни странно, за меня заступилась Дьелен.

— Не обижай госпожу, Файна. Она хорошая, мы идем домой, — эти слова прозвучали с недоумением, будто девочка не понимала, как кому-то могла прийти в голову мысль навредить мне.

На меня перестали кричать, а через время даже помогли подняться по ступенькам. К тому моменту я уже едва переставляла ноги, а способность соображать очень давно отключилась. Мазнув взглядом по зеркалу, без всяких эмоций отметила свои растрепавшиеся волосы, потекшую и размазанную по щекам тушь, запекшуюся кровь на разбитой губе. Странно, что Дьелен меня не испугалась. О том, чтобы привести себя в порядок, рассматривать дом, в который меня привели, или окружающих людей уже речь не шла.

— Мама! Файна сказала тебе, что у нас гостья?

Голос девочки вывел меня из транса. Я вдруг поняла, что сижу на диване, рядом Дьелен по-прежнему держит меня за руку, кто-то подставил мне под больную ногу подставку, и теперь шину, замотанную моим любимым платком, больше не скрывали лоскуты юбки. Я подняла голову и увидела женщину, переводившую взгляд с девочки на мою ногу.

Мама Дьелен была красива. Черные волосы с легкой проседью уложены в аккуратную прическу из кос, точеная шея, целомудренный вырез украшенного вышивкой бежевого платья. Но приятней всего было осознание того, что удивленная хозяйка смотрела на меня не с брезгливостью или гадливостью, которые могла вызывать ободранная и грязная незнакомка. Женщина сострадала мне. Это чувство отражалось в ее глазах, когда наши взгляды встретились.