Чтение онлайн

Другой вариант — соратники этого самого Лешего, сами и обеспечили «трансфер» сюда нужного объекта. Заранее зная, что тот потеряет часть памяти и им получится манипулировать.

На ходу дотрагиваюсь пальцами до рукояти стилета, который я тоже вытащил из тела и засунул за пояс. Оружие прикончило того, кто по идее, был сложно уязвим для пуль и гранат. Если это не одноразовый расходник, то ещё может пригодиться в будущем.

— Толб отправится наверх? Все отправятся наверх? А что там будет, Кельт? Что нас там ждёт?

Не останавливаясь, бросаю взгляд на зеленокожего, что бежит рядом. Сейчас, когда мы несёмся почти во весь опор, ему приходится особенно тяжело. Короткие ноги вынуждают делать куда больше шагов, чтобы держать одну скорость с остальными.

— Я не знаю. Но мы уберёмся и это радует.

Тот скалится в довольной ухмылке.

— Толба вот там точно ждут сочные женские жопы. Остальных может что-то ещё, а Толба жопы. И пусть весь мир подождёт.

Последняя фраза заставляет губы расплыться в усмешке, а у Рамира вовсе вырывается нервный смешок. Порой ушастый выдаёт занятные фразы. То ли у него случайно так получается, то ли какие-то осколки памяти всё-таки имеются и время от времени, дают о себе знать.

Добежав до дома, останавливаюсь. Пересекать заминированный и набитый взрывчаткой вестибюль, мне совсем не хочется. Никто не мешал Лешему установить, например, датчики движения. Чтобы нас разнесло в клочья, когда доберёмся до оставшихся бойцов и побежим, чтобы им всё рассказать.

Поэтому, я кричу снаружи. Надрываю глотку, пока в одно из окон не выглядывает настороженный Георг. Коротко обрисовываю ему ситуацию и приказываю спуститься через окно. Цокольный этаж в этом здании нежилой, так что приходится связывать две простыни и фиксировать их за что-то внутри, но в итоге вся команда оказывается на асфальте.

Сразу же даю команду выдвигаться. Времени не так много, а нам ещё нужно добраться до Города, вооружиться, отправить кого-то за Таффой и прикинуть план действий. По идее, оставшихся ста семи минут будет вполне достаточно. Но чем быстрее, мы будем на месте, тем больше времени останется на проработку действий. А значит, и шансы выжить, окажутся на порядок выше.

Пока мы лёгкой трусцой бежим по туманным улицам, кратко рассказываю о произошедшем. Сначала лица бойцов мрачнеют. Аннет вспоминает своё любимое выражение, а Георг от души матерится.

Зато, когда они слышат про полученный коллективный билет, то разом веселеют. Чтобы снова посуроветь, когда я озвучиваю информацию о временном ограничении.

Впрочем, эта проблема техническая и вполне решаемая. Всё, что нам требуется — вовремя добраться до нужной точки и вооружиться. Не идёт ни в какое сравнение с задачей по поиску и получению самого билета наверх.

В моей голове всё ещё крутится множество вопросов по поводу Библиотекаря, его предсмертного подарка и всех остальных моментов, но все эти размышления приходится отложить на потом.

Единственное, что я сразу же фиксирую в памяти — факт того, что Леший знал, где находится. И специально отправился сюда. Добровольно оказался в этом месте, чтобы подловить другого человека и получить коридор во внутренности этой Библиотеки. Что приводит к простой мысли — он считал это важным. Настолько, что риск того стоил.

А ещё дети. Те самые, которые рождаются и в Библиотеке, чтобы исчезнуть после двенадцати лет. В отличие от Города, там всё это обставляется несколько иначе. Чтобы не смущать население и не провоцировать сопротивление. По крайней мере, именно такой вывод можно сделать из его слов.

Когда оказываемся на опушке леса, что выходит к Городу, проверяю время. Неплохо. Осталось ещё почти полтора часа. Выходит мы промчались через лес меньше, чем за двадцать минут.

К границе идём пусть и быстро, но не срываясь на бег. Сложно сдерживаться, зная, что сейчас ценна каждая секунда, но иначе нельзя.

Крофф и его бойцы встречают нас всё на том же месте. Правда, диалог в этот раз получается куда короче — у нас нет никакой приметной добычи или новых членов группы.

Судьбой Лешего они интересуются, но вскользь — слова о том, что лавочник решил остаться в Руинах и подождать, их вполне устраивает. Скорее всего, не верят, конечно. Но и не считают, что настолько прожжёный тип мог запросто сдохнуть от наших рук. Скорее уж предполагают, что торговец грамотно разводит новеньких, по какой-то запутанной схеме.

Если так, то в чём-то они, на самом деле правы. Он действительно нас разводил. И более чем успешно.

Дальше всё просто. По пути к лавке Лешего, Рамир находит какого-то пацана, который за обещание подарить ему нож, сразу же несётся к Таффе, чтобы передать той послание. А мы добираемся до здания и обступив крыльцо, прикрываем Георга, который выламывает замок двери.

Прикрытие так себе. Уверен, если кто-то из местных сейчас наблюдает за этой картиной, то прекрасно всё понимает. Другое дело, что среди версий, которые родятся в его голове, вряд-ли будет иметься банальное ограбление. К тому же, все живущие рядом, видели, как я несколько раз заходил к Лешему и мы проводили сделки.

Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы они хотя бы какое-то время подождали. Скажем, минут тридцать. А потом будет уже поздно.

Дверь поддаётся почти сразу — как выяснилось, вход открывается неожиданно легко. Я до самого последнего момента опасаюсь взрывоопасного сюрприза, который мог бы оставить хозяин лавки. Но ничего подобного нет — видимо сохранность заведения и судьба всех, кто здесь остаётся, торговца заботили совсем мало. Что отчасти логично — зачем ему переживать о тех, кто остаётся гнить в непонятном месте, если сам он уже выполнил задачу и сюда никогда не вернётся.

Оставив Рамира на входе, принимаемся обшаривать помещение лавки. Остальные перемещаются в две задние комнаты, которые набиты оружием, экипировкой и боеприпасами, а я рассматриваю то, что хранится под стойкой.

Обнаружив там странного вида обрез, который явно сделан из винтовки крупного калибра, выпрямляюсь, собираясь задать вопрос Рамиру. Не успеваю открыть рот, как обнаруживаю, что действующих лиц здесь прибавилось. Если быть более точным, то появилось всего одно. Но зато какое — та самая Эмми. Всё с тем же пулемётом в руках. И недобрым взглядом, что устремлён прямо на меня.