Уроборос
Шрифт:
– Погоди! Ты хочешь сказать, что он не пялился на попку Куроки-чан, потому что она женская? Бедный Альбион!
– Бедный я!
***
– Победа! Ещё одна сокрушительная победа!
– Вознесём Богу за это благодарность!
– Аминь!
– Эй, я тут пытаюсь сосредоточиться!
– А мы устраиваем тебе реальные условия! Сколько я видел тех, кто терялся на поле боя, потому что привык тренироваться в тихом спокойном додзё!
– Спасибо, ангел-сама, что помогаете Исе-куну с тренировкой!
Я зарычал и вновь собрал ауру и пытался сформировать из неё круг. Пока Азазель-сенсей играл с Ассией-чан в гонки (и, в отличие от меня, ей-то он поддавался, позволяя выигрывать один раз из пяти), я пытался освоить магию перемещения.
К сожалению, мне не подходили способы дьяволов, пусть и к концу своей жизни я их освоил. И даже если кто-то будет смеяться, что подобное в Преисподней сможет провернуть даже двухлетний ребёнок, но для меня это было большим достижением.
Но обычный способ низших дьяволов мне не подходил. Там телепортация происходила из магического круга к печати призыва и обратно, совершался прыжок от маяка к маяку, требовавший мизерного количества силы. Умение, которое я осваивал в данный момент – это перенос себя в воображаемую точку, без какой-либо привязки и координат. Та самая телепортация, с помощью которой Грэфия-сан помешала нашему сексу с моей Риас. Та самая, которой ублюдок Райзер не только появился в Оккультном Клубе, но и притащил туда весь свой гарем. Та самая, которой пользовались высшие ангелы, дьяволы и Падшие, обладали некоторые экзорцисты и маги.
Мне было страшновато, я думал, что придётся обучаться всем этим жутким формулам и расчётам, про которые когда-то говорила Россвайс, но, к счастью, Азазель-сенсей меня успокоил, а заодно и прояснил, каким образом работают мои магические техники.
Магия, которой обладала Россвайс, западная магия, была не единственной. Помимо неё существовала магия восточная, под названием Волшебство. И если западной магии был свойственен порядок – все эти формулы, чертежи, расчёты и схемы, то Волшебство было другим. Оно основывалось на заклинаниях дьяволов и чудесах ангелов, подчинялось воле и воображению. А значит, мне не нужна была демоническая энергия реинкарнированного дьявола, чтобы использовать заклинания.
Я было обрадовался, ведь моё воображение не знало границ! Я без проблем мог представить обнажённые тела Риас, Ассии, или Конеко, мог вообразить любые сиськи, которые когда-либо видел в жизни, мог представить такие пикантные ситуации, что кровь сама брызгала из ноздрей! Вот только в телепортации это не помогало.
– Итак, Иссей-кун, попробуй заново. Представляешь место отправления, держишь в голове место назначения, соединяешь их вместе, охватываешь аурой себя и объект транспортировки и переносишься. Проще простого!
– Да, проще простого, Исе-кун! Делаешь вот так!
Ассия-чан взяла фигурку Райче-куна, которую я вновь выиграл ей в автомате, после чего положила её на возникший перед ней магический круг со струящимся узором ангельской магии. Игрушку окутало белое сияние, и она в мгновение ока оказалась прямо передо мной. Ну прости, прости Ассия-чан, что я не настолько талантлив, как ты!
Я вновь закрыл глаза и сосредоточился. Представить место отправления. Представить место назначения. Соединить.
– Ассия-чан, пока Иссей-кун занят, давай я кое-что покажу!
Я настороженно приоткрыл один глаз. У сенсея в руках был какой-то очень толстый журнал. Надеюсь он не научит невинную Ассию-чан чему-нибудь плохому?
– Что это, Азазель-сама?
– Это каталог хорошего женского белья. Ведь негоже такой красавице ходить в чём попало!
– Сенсей, вы не можете… – не выдержал я.
– Иссей, тебе нужно заниматься! Нужно сосредоточиться на магии! – отрезал Падший.
Я ненавижу вас! Ненавижу вас, учитель!
***
То, что настал день, которого я очень боялся, стало известно не по календарю телефона. Лучшим индикатором, что «что-то пошло не так» стали мрачные лица Юто и Конеко-чан, а также то, что прошедшая мимо Риас была настолько погружена в себя, что даже не удостоила меня (подлеца и подозрительного типа!) даже мимолётного взгляда. Было понятно, что встреча с Райзером состоялась, и результат её ничем не отличался от памятного мне события.
Нет, было бы лестно считать себя пупом земли, главным героем сённен-манги или там центральным персонажем ранобе, вокруг которого крутится весь мир. Но я отлично помнил, что мои действия во время встречи привели только к тому, что ублюдок Райзер начал целоваться со своими фигурами прямо на глазах у будущей невесты. Провести рейтинговую игру предложила Грэфия-сан, а значит это останется неизменным.
Меня так и подмывало вновь показаться на глаза Риас, вновь предложить ей себя, обеспечить возможность выиграть этот бой. Это могло бы решить все проблемы – с силой восьми Пешек, со знанием силы Райзера и его фигур, мы бы непременно победили. Но я боялся. Сейчас, в данную минуту, я наладил хрупкий мостик взаимопонимания, пусть не с ней, но хотя бы с двумя бывшими друзьями. И любое неосторожное движение могло всё разрушить. Как, к примеру, такое, что я собирался совершить сейчас.
Увидав низенькую беловолосую фигурку, идущую мимо бейсбольного поля, я вышел из-за дерева и встал перед ней.
– Чего тебе надо, Хёдо, – невозмутимо спросила меня Конеко-чан.
– Как я понимаю, встреча с Райзером произошла, и вы отправляетесь на десятидневную тренировку?
– Верно, – в её голосе так и не прозвучало удивления.
– И ты хочешь стать сильнее, чтобы защитить Риас-чан!
– Не произноси её имени так фамильярно, – холодным голосом сказала Конеко.
– Так да?
– Да.
– У тебя есть сила. У тебя есть огромная сила, но ты боишься ей пользоваться!
– Замолчи.
– У тебя есть сендзюцу и ёдзюцу! Ты можешь стать гораздо сильнее! Просто тебе нужно на время перестать быть Конеко и вновь стать Широной!
Я заметил её удар – всё же старый опыт и новые тренировки не проходят зря. Но не стал уклоняться. Маленький кулачок мелькнул в воздухе и с силой пневматического забивателя свай обрушился мне на грудь. Я отлетел прочь и покатился по земле. Плевать! Ассия-чан исцелит любые раны, а для Конеко-чан, моего дорогого кохая, я вытерплю что угодно. Мои ноги слегка дрожали, но я поднялся и вновь подошёл к ней.