Чтение онлайн

Из истории известно, что начали битву два витязя. Я не ошибся назвав инока Александра Пересвета витязем. Бывший княжеский тысячский боярин Дмитрий Брянский при позорной резне русских татарами на реке Пьяне, пообещал богу, что если он выживет, то отдаст себя ему. Бог сохранил жизнь храброму боярину и тот ушел в монахи, получив новое имя, Александра Пересвета. Умел держать и меч и копье монах и не мог в это поверить гигант Челобей, хоть он еще и бился в агонии на земле, но в затуманивающемся мозгу, плыло изумление, что за сила скинула его с седла, ведь монах худосочней его, кольчуги даже не имел. Челобей встретил достойного противника, оба погибли, дав сигнал к началу битвы.

Тимофей уже сотский. После битвы на Воже, назначили сообразительного паренька обучать воинскому делу и командовать сотней молодых ребят. Две с половиной тысячи воинов с самострелами в один ряд стояли за щитоносцами. Сзади разместилось прикрытие - литовцы и русские. Тысячский Винволд по-прежнему дает команды, которые дублируют сотские.

– Самострелы приготовить.

Дружно взметнулся строй самострельльшиков. Сзади стоящие воины, прикрывают щитами самострельшиков от несущихся с неба стрел. Тимоха не видел как Пересвет дрался с Челобеем, нельзя щитоносцам раскрывать секрет войска.

– Всем внимание.

Дрожит земля от размерного шага тяжелой пехоты, медленно скачущих одетых в железо лошадей и всадников на них.

– Щиты откло- нить. Спустить курки.

Только ушли железные стрелы, щиты встали на свое место. Среди самострельщиков первые потери. Смертоносные стрелки все таки ужалили некоторых.

Строй копошиться, натягивая воловьи жилы на крючки.

– Всем внимание.

Спешно поднимаются самострелы.

– Щиты откло- нить. Спустить курки.

В метрах пятидесяти качаются железные башни на конях. Тимоха чуть доворачивает самострел и нажимает на крючок. Чавкнула тетива. Щиты опять подняты и уже ничего не видно. Рядом с Тимохой стоит молодой воин. Курчавая бородка пробивается из под шлема. Воин прикрывает Тимоху, от супящихся сверху стрел, щитом.

– Давай, сотский, заряжай быстрей.

Откуда он меня знает мелькнула мысль. Тимоха уже не слышит команд Винволда, он как автомат орет сам.

– Всем внимание. Щиты откло- нить. Спустить курки.

Уже выпущено семь стрелок. Но ряды самострельщиков с каждым залпом редеют. Стоящие сзади воины, пытаются заполнить места павших и как то спасти стрелков.

– Всем внимание, - как автомат орет Тимоха.

Перед ним падает щитовой, от метко пущенного дротика. Какой то воин, выскакивает из-за спины и прикрывает своим щитом дыру.

– Щиты откло- нить. Спустить курки.

Вот еще одна качающаяся железная башня. Стрела из самострела попадает в лоб коню и тот вместе с всадником валится в гущу тел. И тут стрельба из луков прекращается. Воины оттесняют Тимоху.

– Сотский, - орет опять курчавый воин, - бей через головы по всадникам.

Да это же князь Дмитрий, - мелькнула мысль. Теперь команд нет, идет бой по всей линии. Тимоха зарядил самострел. Мелькнула голова железного всадника с рогами. Выстрел и только ноги мелькнули в воздухе, но тут раздался дикий рев. На передовой полк неслась орда. Тимоха отбросил самострел, вырвал длинный меч из рук лежащего воина и пошел в перед.

Центральный полк видел, как героически погибает передовой полк, выполнив свою важную задачу, выбить рыцарей и... не сдвинулся с места, строго выдерживая линию по фронту. Сминая остатки передового полка, конники орды наткнулись на гряду копий русского строя."

Меня пригласили на партийный комитет, срочно собранный по требованию Дмитрия Константиновича. Суровые лица, рассаженные по обеим сторонам стола, смотрели на меня.

– Мы пригласили сюда уважаемого Михаила Ивановича, - начал парторг кафедры, - для того чтобы обсудить методы его преподавания и если нужно вовремя поправить. Я не хочу казаться ретроградом и гонителем молодежи, поэтому пока помолчу, но я хочу чтобы коммунисты высказались и дали принципиальную оценку его деятельности.

– А разве у Михаил Ивановича что-нибудь не так с методами преподавания и потом, я не понимаю о какой деятельности здесь говорят?
– отец Гюльнары, Писемский, вставший на мою защиту.

Старший преподаватель марксизма-ленинизма Андрейченко вскочил.

– Как это нет ни какой деятельности, а то что нам пытаются подсунуть Дмитрия Донского идиотом и тупым бараном, разве это не видно из его лекций. В то время как мы боремся за патриотизм молодежи, Михаил Иванович просто, одним росчерком пера, разрушает ее коммунистическое мировоззрение.

– Но в его лекция подчеркивается победа русского оружия.

– Все это бредни. Не было столько самострелов в русском войске.

– Может быть и рыцарей не было?

– Были, и генуэзские, и наемные. В этом я уверен.

– В этом уверены Ключевский и Соловьев. Я рад. что у них есть союзник. Так кто же тогда остановил рыцарей, каким оружием?

– Это я не знаю.

– А вот Михаил Иванович знает. Все историки понимают, что европейский рыцарь на том уровне, весьма сильный воин и противостоять ему могли только равные. Поэтому русичи и применили этот вид вооружения, уже признанный всеми народами Европы.

Тут поднялась доцент Караваева, весьма интересная женщина. Ее студенты боялись как огня и одновременно уважали за справедливость и принципиальность.

– Конечно, мне кажется лекция очень интересна, многие вещи просто необычны и пока я не вижу криминала. Разве Дмитрий Донской не сражался в передовом полку? Сражался. То есть от исторической линии Михаил Иванович не оторвался.

– А кто по вашему руководил сражением?

– Не мог руководитель бросить свой пост и идти в передовой полк погибать, всем ясно, что таким предводитель быть не может. Вот Мамай предводитель - сидел на холме и руководил боем. И Боброк тоже, выжидал момент для решающего броска, он командовал русичами здесь. Всем ясно, что Дмитрий же не мог орать из-под кучи тел передового полка, чтобы Боброк шел в атаку.