Чтение онлайн

– Но мы ничего не можем поделать с этим, – сказала она с отчаянием. – Ничего! После того как Джордж говорил со мной, я не спала всю ночь, пытаясь найти какой-нибудь выход. Но его не существует, Дрого.

– Убежим со мной!

Эти слова прозвучали настойчиво, даже грубо, хоть герцог и повторял эту фразу, он понимал, что его уговоры тщетны. Лили едва ли была способна на героический поступок. Она не пережила бы изгнания из общества, и он знал это так же хорошо, как и то, что общество, к которому они оба принадлежали, способно проявить снисходительность к оступившемуся мужчине, но к женщине – никогда.

И даже если бы Лили стала герцогиней, двери гостиных по-прежнему были бы закрытыми для нее, друзья отвернулись бы от нее, а имя стало бы добычей для злых языков. Это могло принести нестерпимые страдания любому, кто принадлежал к их миру, тем более Лили, привыкшей к всеобщему вниманию и поклонению. Возможно, впервые герцог ясно осознал, что их чувства никогда не смогут противостоять холодному взрыву общественного осуждения. На мгновение им овладела горечь, вызвавшая злость и возмущение.

Избалованный жизнью, он не знал отказа своим желаниям, а сейчас он желал Лили более, чем чего-либо в целом мире.

Его губы неожиданно сжались в прямую, твердую линию, означавшую для всех, кто хорошо знал герцога, непреклонную решимость.

– Я не отдам тебя!

Лили легонько дотронулась пальцами до своих белых висков.

– Джордж непреклонен! – проговорила она. – Сначала он заявил, что увезет меня в деревню, но затем решил, что это будет неудобно.

Сюда приезжает его племянница, и я должна выводить ее в свет. Да, я буду сурово наказана за наше счастье, Джордж уж проследит за этим. – Лили внезапно заломила руки театральным жестом и с горечью вскричала:

– Боже мой! Вывозить в свет молодых девиц! И это в тридцать четыре года!

Лили было тридцать восемь, и они оба знали об этом, но стоило ли сейчас обращать внимание на подобные пустяки.

– Я не знал, что у Джорджа есть племянница, – заметил герцог.

– Я знала об этом, но никогда не предполагала, что она сюда приедет. Она – дочь Берта, – пояснила Лили. – Ты помнишь Берта, младшего брата Джорджа? Впрочем, нет, ты слишком молод. Берт всегда был надоедливым, безответственным созданием. Хотя и очень обаятельным.

Он был заядлым игроком, никто не мог остановить его. Джордж оплачивал его проигрыши снова и снова, до тех пор, пока Берт не уехал в Ирландию разводить лошадей, а мы наконец с облегчением вздохнули. Берт женился на Эдит Виттингтон-Блаф – дочери маркиза Лангхолма. Ее семья была в ярости, но ничего не могла поделать, потому что Эдит убежала с ним. Я никогда не видела их обоих после того, как они покинули Англию и переселились в Ирландию. Около двух лет тому назад они погибли – какой-то несчастный случай в дороге. Джордж ездил на похороны. Он рассказал мне потом, что у Эдит и Берта остался ребенок, девочка, и Джордж все устроил так что она осталась с двоюродной сестрой Эдит, которая до этого жила с ними как экономка.

– И теперь, я полагаю, кузина умерла? – спросил герцог.

Он слушал Лили рассеянно, только из вежливости. Гораздо важнее ему казалось наблюдать за выражением ее лица, подмечать плавные жесты рук, движения головы. Скоро это все будет отнято у него, он сможет любоваться ею только издали – в ложе оперы, на балу в Лондондерри-Хаус, на приеме в Букингемском дворце. Лили будет чужой и чопорной, такой же холодной и бесстрастной, как ее имя; и только он один будет знать, как она может вспыхивать страстью в ответ на полыхающий внутри его огонь. Но теперь Джордж Бедлингтон неотвратимо встал между ними.

– Да, кузина умерла, – подтвердила Лили. – И что ты думаешь? Случилось так, что девица получила наследство – сказочное наследство! Никто и не знал, что у нее была крестная в Америке – подруга Эдит. Когда у Эдит родилась девочка, эта американка вложила деньги на ее имя в нефтяные разработки и забыла об этом. И вот одна из этих компаний… или как их там правильно назвать… Словом, спустя несколько лет американские юристы сообщили этой девице, что она сказочно богата. Немногие осмеливаются даже мечтать о таком богатстве «

– Силы небесные! Какая невероятная история!

Внимание герцога к рассказу невольно обострилось.

– Невероятно, правда? – воскликнула Лили. – Конечно, Джорджу сразу сообщили обо всем, но старая кузина была тяжело больна, ее нельзя было беспокоить, решено было ничего не менять, но теперь, когда она умерла, Джордж пригласил эту девушку в Англию, а я… я буду вывозить ее в свет и представлять в обществе в этом сезоне.

– Значит, ты будешь в Лондоне? И мы сможем видеться. – Глаза Дрого внезапно загорелись надеждой. – Мы должны видеться!

– Это невозможно, Дрого. После сегодняшнего разговора мы не сможем встречаться с глазу на глаз. Джордж предупредил меня, что дозволяет встретиться нам только один раз, чтобы я тебе сообщила о его решении и мы могли бы попрощаться. Он не хочет скандала, конечно. Он согласен, чтобы мы виделись как обычно – у друзей, на приемах, и сюда ты можешь прийти с официальным визитом. Но если он узнает, что мы встречались помимо этого, тайком и наедине, он живо отправит меня в деревню. А я не смогу вынести этого, не смогу! Я ненавижу деревню. Меня пугает жизнь в Веллингтонском замке, унылая, монотонная, с бесконечными разговорами об этих варварских лисьих охотах. Нет, я там сойду с ума!

– Но я не позволю так жестоко поступить с тобой!

– Ты ничего не сможешь сделать, – сказала Лили. – Отныне мы будем видеться только в переполненных залах. Ты будешь танцевать с юными дебютантками, а я сидеть на стуле у стены… вместе с почтенными матронами… О, Дрого!

Последний вскрик Лили был полон горести.

Не помня себя, она протянула герцогу обе руки, и несколько секунд они стояли, прижавшись друг к другу, как испуганные, заблудившиеся в темноте дети. Губы Лили потянулись к губам герцога, его руки обняли ее тонкий стан. Его поцелуй был полон отчаянной яростной страсти, и через мгновение Лили обвила шею герцога руками.