Шрифт:
Какой педагог есть хороший? Сложный вопрос, правда? Проще ответить, пересекаются ли две параллельные прямые. И то, смотря, какую геометрию изучаешь. А тут скорее вопрос наук гуманитарных, поэтому и вариантов ответа там будет огромное множество. Вроде бы ответить на него со своей колокольни просто, как и на многие. Хороший учитель, например, математики – это тот, кто скажет детям, что 2+2=4, и других ответов быть не может. Вы же не хотите, чтобы ваш ребёнок думал, что 2+2=3 или 5… А с другой стороны в интернете можно найти кучу примеров решений что 2+2=5! Да, это классический пример софизма в математике, но плох ли тот учитель, что сможет толково объяснить, что это такое и как математический софизм в жизни применить?
Но только лишь знание своего предмета и способность объяснить материал нужны хорошему педагогу? Разумеется, нет! Критериев на самом деле много: способный учитель должен и дисциплину поддержать, и конфликт пресечь, и подтянуть хотя бы чуть-чуть неуспевающего. Из своего личного опыта я этот список дополню ещё двумя критериями. Хороший педагог, во-первых, должен вселять в учеников уверенность в их силах и способностях, а не надеяться, что если он преподаёт предмет элите школы, то они как-нибудь сами на хорошие оценки да и выйдут. А, во-вторых, уделять время не только личным амбициям, но и работе.
И, как вы уже догадались, попался мне далеко не самый лучший учитель… Но обо всём по порядку.
***
Наш учитель математики – Тамара Максимовна считалась одним из самых способных педагогов школы. Так уж выходило, что из под её пера выходили т. н. «золотые» классы, в которых все ученики так или иначе добивались сравнительно больших успехов в жизни. Олигархом или президентом, конечно, никто не стал, но большие политики муниципального уровня, некогда учившиеся в таких классах нашей школы, потом к нам в класс приходили и рассказывали, какая Тамара Максимовна хорошая учительница, и как хорошо, что мы попали именно к ней.
Самое удивительное было то, как с самого первого класса она работала в тандеме с нашей первой учительницей Елизаветой Петровной Соколовой. Они не просто вместе сотрудничали, а буквально передавали друг другу классы как эстафетную палочку. Сначала первая выделяет среди учеников тех, кто более или менее способный, а Тамара Максимовна уже решала, кто продолжит с ней учёбу. Так наш класс в своё время покинула пара учеников – не дотягивали до общего уровня остальных.
А среди нас в свою очередь, перешедших в пятый класс, не было каких-то учеников заметно слабых. Все были или хорошисты, или отличники, а круглых двоечников или троечников из люмпенов у нас вообще не было, тогда как остальные классы с параллели были ими забиты. Вот из нас Тамара Максимовна «золотой» класс и делала.
Среди родителей она пользовалась уважением и авторитетом, притом ещё до школы. Только вдумайтесь, в течение всего августа перед зачислением в первый класс они с Соколовой сознательно ходили по квартирам будущих своих учеников, общаясь лично и с детьми и с их родителями! Потом также отличались активной работой и воспитанием в течение школьных лет. Правда, лично я не заметил этого, но большинство родителей были довольны. Что уж говорить, если в своё время именно она убедила большинство родителей оставить в качестве педагога по русскому и литературе Поскупову Лилию Александровну, несмотря на протесты многих родителей и почти всех учеников. В общем, запас доверия к Тамаре Максимовне был невероятный.
От себя вкратце добавлю, что для меня она как педагог ничего хорошего не сделала. До сих пор не могу ей простить того, что она всерьёз не разбиралась с теми, кто в школе занимался буллингом в отношении меня, хотя вроде бы должна была. Но тут ещё большой вопрос, что бы она смогла сделать? Не каждому же подзатыльник давай, кто выбросит в мусорное ведро мои учебники или поколотит в углу на перемене! Впрочем, за последнее можно в худшем случае и уголовку, знаете ли…
Но не будем именно на этом зацикливать внимание, потому как о своём опыте буллинга я расскажу позже.
А пока от экспозиции перейдём, собственно, к завязке.
***
О том, как меня – гуманитария до мозга костей угораздило попасть в физмат, расскажу опять же позже. Но это важно упомянуть в контексте этой истории. Я действительно учился в физмате, в самом элитном классе школы. И учителем математики и по совместительству классным руководителем у нас была именно Тамара Максимовна. Так решили наши родители, припоминая, какой большой авторитет у неё всегда был.
Но иногда бывает, что у подобных людей начинается головокружение от успехов… Особенно у президентов, правящих большими странами. Если что-то в течение некоторого времени хорошо получается, продолжая заниматься своим любимым делом, ты вскоре начнёшь делать его со спущенными рукавами, думая, что раз такой большой профессионал, то тебе можно дирижировать от балды – и так как-нибудь само собой сложится. Короче говоря, самое что ни на есть классическое головокружение от успехов. Так вышло и с Тамарой Максимовной.
Сидишь такой на уроке не понимаешь тригонометрию, либо интегралы… Хороший педагог, если какие сложности есть, сразу пояснит, что где непонятно. Хороший педагог с головокружением от успехов командным голосом рявкнет:
– Физмат-класс! Элита школы! Сидят тут, не могут простейший пример решить! Вы чё?! Тупые?! Или я за вас должна решать?! Простейшие формулы (прим. автора НА ПОЛ ДОСКИ) выучить не можете! И как вы ЕГЭ сдавать теперь будете?! Я за вас позориться не собираюсь! Просто не допущу вас до сдачи, и всё!
И тут один я, будучи закоренелым гуманитарием, что-то поскуливаю за задней парте, пока остальные с варёными мозгами пытаются с горем пополам что-то из нового материала понять.
А про сдачу ЕГЭ, пожалуйста, запомните. В конце этого рассказа аукнется сюрпризом.
***
Когда у Тамары Максимовны началось головокружение от успехов, сказать сложно. Она вела у меня математику с пятого по девятый класс и никогда не отличалась тем, чтобы так унижать своих учеников. Скорее нас Лилия Александровна на русском отчитает, или Наталья Ильинична на английском, но никак не Тамара Максимовна. А в десятом классе с самых первых уроков она буквально разбушевалась, видимо, каждый раз думая, что если рявкнет сильнее, то мы сразу всё поймём. Не понимали.