Чтение онлайн

«Ага, про секс и про компьютерные игры. Ну что у трезвого на уме, то пьяный Эл несет в массы :))))»

«Ладно, забыли. В субботу рейд как и планировали?»

«Да, как обычно»

Ну вот и хорошо. А то я уже напугалась, что мне придется уходить из нравящейся мне гильдии только потому, что меня решил домогаться ее лидер.

Так-то Эл обычно очень сдержанный и разумный, а, когда выпил, оказался таким невыносимо болтливым и навязчивым, что это даже было забавно.

Интересно, сколько ему лет? Лет 30-40? Почему-то кажется, что он не врал насчет полного шкафа секс-игрушек, а это значит, что точно не студент. У студентов и без всяких приспособлений нормально стоит. А у некоторых даже слишком хорошо.

Я непроизвольно поморщилась, вспомнив свою последнюю попытку подружиться с сексом через пятикурсника, с которым мы очень понравились друг другу на посвящении в студенты. Он был почему-то убеждён, что трахнуться обязательно надо два раза подряд. Только тогда девушка будет удовлетворена и довольна. И ведь смог, что характерно.

Вот только мне и первый раз был не очень, поэтому второй раз ощущался наказанием, а не наградой. Но он так старался, что мне пришлось изобразить оргазм, чтобы не дай бог не случилось еще и третьего захода. Я бы этого не пережила, честное слово.

С тех пор я завязала с попытками разбудить в себе страстную тигрицу. Мне и так нормально. Есть же такие люди, асексуалы вроде? Вот, видимо, это я. У меня на онлайн-игры гораздо больше стоит, чем на этот хваленый секс. Так и зачем над собой издеваться?

Вряд ли родители думали о том, каково мне будет учиться на факультете, где есть две касты, почти не пересекающиеся друг с другом: очень умные и очень богатые. Очень умные смотрят свысока на тех, кого сюда «поступили родители», готовы к семинарам на месяц вперед, выигрывают всероссийские олимпиады и ездят на международные студенческие конференции, а от их результатов ЕГЭ комплекс разовьется даже у отличника. Нет, я не дура, но прекрасно отдаю себе отчет, что сама бы я ни за что не поступила на эту специальность. Так что в компанию умников меня бы точно не приняли, интеллектом не вышла. Там у нас плотно сбитая группка из юного гения Эдика, которому всего шестнадцать, почти одинаковых с виду Вити и Вовы, которые зимой и летом носят белую рубашку под свитер, и обаятельного толстячка Кирилла, а к ним в нагрузку идут четыре девчонки. Две страшненькие, две вполне симпатичные, но смотрят они на меня с одинаково презрительным выражением лица. Как будто я не их одногруппница, а портовая блядь.

В общем, сюда мне вход заказан. Остается вторая каста – очень богатые. Ну, по крайней мере в моем понимании. Потому что для меня те, кто способен, не моргнув глазом, отдать полмиллиона в год за обучение, это очень и очень небедные люди. Самое смешное, что я ведь тоже учусь на коммере, но просто так сложились звезды: к обеспеченности моих родителей это не имеет никакого отношения. Но ведь не будешь всем подряд это объяснять? Вот и получается, что приходится тусоваться с богатыми девочками, делая вид, что я вроде как их социального уровня. Ключевое слово – вроде как.

Красивая внешность и популярность у парней мне на руку, а еще абсолютная незамутненнось в ответе на неловкие вопросы. Почему у меня нет машины? Потому что я боюсь водить, вот и езжу на такси (а еще на трамвае и метро, когда меня никто не видит). Почему я ношу брендовые вещи (купленные в секонде, но это тайна!) вместе с одеждой из масс-маркета? А вот такой у меня стиль, и вообще это сейчас модно! Почему ездила летом в Турцию, а не на Сейшелы? Да просто не выношу долгих перелетов.

Да, врать, конечно, нехорошо, но я ведь и не вру. Просто создаю образ, а они уже сами додумывают остальное.

***

Утро в универе, как всегда, начинается со встречи с девочками и с расцеловывания друг друга в пахнущие дорогим тональником щеки.

– Привееетики!

– Привет, дорогая!

– Оу, новая сумочка? Красивая! Жаль, что из старой коллекции.

– А ты затонировалась – тебе так хорошо! Гораздо лучше, чем раньше! И щеки не такими пухлыми кажутся.

Дружба с моими одногруппницами – это как прогулка по террариуму. Красиво и познавательно, но ядом все вокруг так и брызжет. Правда, я за полтора года к этому уже привыкла.

В столовой у нас свой отдельный столик, где мы не столько едим, сколько обсуждаем всех, проходящих мимо. Особенно парней.

– Этот на троечку, – прищурилась Полина, глядя на проходящего мимо старшекурсника.

Я его знала: подкатывал ко мне еще на первом курсе. Его как-то на М зовут, если я правильно помню. То ли Максим, то ли Матвей.

– Почему это «на троечку»? – вступилась за него Соня и эффектным отработанным жестом отбросила за спину длинные высветленные волосы. – Твердая четверочка, как по мне. Высокий, на лицо не страшный, одет нормально.

– Да ну, дрищ какой-то, – скривилась Полина. – Мне нравятся накачанные парни.

– Это Бессонов-то дрищ? – возмутилась молчавшая до этого Лиза. – Ты дрищей не видела, на Кашнова младшего посмотри. Вон он, в углу с телефоном сидит.

– Ну по сравнению с ним да, – заржала Полина. – Этот прям троечка, переходящая в двоечку.

Я тоже из любопытства глянула на того, кого так низко оценили, и хмыкнула. Пожалуй, тут я соглашусь! Какой-то он весь тощий, сутулый, взъерошенный, еще и в очках. И в идиотской толстовке, как подросток.

– Чисто для интереса, девочки, а кто-нибудь у вас на «пятерочку» тянет?

– Из свободных никто, – вздохнула Соня, а Лиза с Полиной поддержали ее такими же разочарованными вздохами.

Размышляя о том, поставила бы я сама кому-то такую высокую оценку, пошла взять себе еще морса и булочку, но тут вдруг завибрировал телефон от входящего сообщения. Я вытащила его из кармана, увидела, что от Юльки, открыла, начала читать…

Бам!

Меня окатило чем-то холодным, и блузка моментально стала мокрой.