Уровень
Шрифт:
Обычно после этих слов Виртуоз чувствовал легкое раздражение: девушка отлично знала ответ на вопрос и все равно упрямо задавала его время от времени. Сейчас же ему остро, до боли в груди захотелось, чтобы Штучки здесь не было. Чтобы произошло нечто в недавнем прошлом, из-за чего она не смогла бы отправиться в этот заброс. Виртуоз отвернулся, на миг представив, что ее нет за спиной. Ему стало легче.
Когда спецназовец повернул голову, девушка по-прежнему стояла между двумя вентиляционными шахтами и смотрела на него, ожидая ответа. Она осунулась, постарела. Верхняя часть ее лица была скрыта за очками, но все равно бросались в глаза обтянутые кожей высокие скулы, потрескавшиеся губы. Виртуоз опять почувствовал укол и разозлился сам на себя.
– Я ничего не слышу, - зло сказал он.
– Что ты имеешь в виду?
– Свист… или вой. Не пойму.
– Сквозняк.
– Сквозняк, - легко согласилась она.
– Только у меня от него мурашки по спине бегут.
“Плевать я хотел на твои мурашки”, - собрался сказать он и передумал. Им не выбраться с уровня. Простая мысль пришла как спасение в час Страшного Суда и вместо страха принесла спокойствие. Так к чему делать последние часы - минуты?
– хуже, чем они есть на самом деле.
Путь назад, к подъемнику был закрыт. Все понимали это и поэтому вопросов не возникло. Мутанты упрямы и настойчивы. Если они начали охоту - будьте спокойны, выжидать сутками напролет в засаде для них обычное дело.
Вопреки всему Виртуоз прошел через заваленный трупами зал к шахте для того, чтобы убедиться еще раз: тут мутанты, никуда не делись. Шорох, шум, осторожный лязг оружия - звуки прижились в вертикальном столбе шахты. Подниматься по лестнице, закованной в решетку, не имея возможности для маневра, рискуя в любой момент получить пулю - сродни путешествию новичка по канату без страховки. Конечно, запас патронов у мутантов не вечен, но и того что имелось, наверняка с лихвой хватит не на одну человеческую жизнь.
Виртуоз не знал, чем занимались и что исследовали десятилетья назад в секретной лаборатории, но размах помещений, спрятанных на глубине в сотню метров под землей поражал. Более того, имелась странность, исходя из которой выводы делать спецназовец не спешил. Залы с современным, путь и давно пришедшим в негодность оборудованием чередовались с помещениями вовсе непонятного назначения.
Зачем, к примеру, был нужен этот зал, в котором они сейчас находились? Если огромные цистерны еще можно было объяснить запасами питьевой воды, рассчитанными на то, чтобы существовать под землей долгое время, а решетчатый настил на полу, под которым текла подземная река - временным сооружением, то как объяснить металлические сваи с заостренными концами, словно ввинченные в потолок на круглых, стеклянных гнездах? Как оружие возмездия, готовое в любой момент обрушиться на головы противника?
Кроме того, некоторые детали в помещениях были очень ветхими, словно их вписали в современный антураж, как старинный папирус, вставленный в металлическую рамку. Серебристый металл почти сдался под напором коррозии. Только решетка под ногами выглядела сносно. Под хрупким полотном тяжело, как больное животное ворочалась темная толща воды, вздыхала, заполняя щели в частой решетке.
– Все в порядке. Тут что-то вроде автономной подстанции. Спускайтесь, мы вас ждем.
– Отрешенный, заполненный усталостью голос, неприятно задел Виртуоза. Он не первый раз работал с Коллайдером и привык к тому, что тон его оставался бесстрастным даже в самые отчаянные моменты.
Виртуоз махнул рукой Штучке и первым ступил на решетку.
Все здесь было пропитано смертью. Она гнездилась в траурных пятнах коррозии, покрывающей вздутые бока цистерн, витала в воздухе, наполненным смрадом гнилостных испарений, оставляла на бетонных стенах глубокие царапины, стыла грязными лужами на пути к черным дырам стоков.
Виртуоз ступил на решетку как космонавт на неизведанную планету. Ржавое полотно пружинило под ногами, с шипением выбрасывая между звеньями клочья пены. Впереди, закольцованное пятном света, тянулось бетонное полотно очередного тюбинга.
Тюбинг двоился. Два луча расходились по сторонам и каждый обещал свою дорогу. Виртуозу казалось, что он катится в пропасть по наклонной поверхности, покрытой льдом. Оставалась хрупкая надежда приостановить падение, но минута, другая, отвоеванная у смерти ничего не меняла.
Временами у Виртуоза возникало стойкое ощущение, что уже не Штучка идет за ним, а та неведомая тварь, что превратила уровень в кладбище. Тогда он нервно оглядывался. Однако облегчения от того, что видит спортивную фигуру девушки не испытывал. Они вместе катились в пропасть и единственное, что могли изменить - сделать смерть быстрой.
Острыми иглами под кожей ворочался страх. В какой-то момент Виртуоз поймал себя на мысли, что ему всерьез хочется, чтобы все закончилось быстрее.
Пятно света резвым зайцем метнулось в глубину обширного помещения. Хозяину луча последние пять шагов дались как пять тяжелых вздохов перед погружением на глубину - так хотелось растянуть их на целую жизнь.
Он долго стоял, рассматривая помещение, где они оказались. До тех пор, пока Штучка не просочилась между ним и стеной, слегка толкнув его плечом. Потом он двинулся вперед по покрытию, блестевшему в луче фонаря, так и не придя к выводу: что такое этот зал, куда занесло их волею судьбы?
Спецназовец шел, не глядя по сторонам, держа в памяти все странности внушительного помещения. Интересные ассоциации вызывали стены - нечто сродни стоп-кадру расходящихся по воде кругов. Отполированные, гладкие волны вызывали сомнение в реальности происходящего. Кому понадобилось создавать на такой глубине достойное какого-нибудь египетского храма доисторических времен украшение, которое за последнюю сотню лет видели единицы?
У самого пола, где от кругов оставались полукружья отливали металлом ступени, покрытые значками. Да и сам пол казался толстым стеклом, покрытым морозным узором.
Виртуоз старался не смотреть на стены. И все равно, у него возникало чувство, что стоило ему отвернуться, как круги начинали плавное движение. Постепенно потолок опускался, стены сужались. Отчетливо представилась форма помещения, которую невозможно охватить взглядом: гигантских размеров сосуд. И они двое - он и Штучка, двигались теперь прямиком к узкому горлышку туннеля.
Туда спецназовец и вошел. Устало привалившись к стене, он ждал Штучку. Девушка подошла, с трудом переставляя ноги. Наверняка сказывалась усталость от постоянного применения допинга.