Усмиритель душ
Шрифт:
Чанчэн словно половину супермаркета волок на своей спине.
Толкнувший его человек, торопившийся поскорее выбраться с запруженного людьми вокзала, стоял над ним, скривившись от омерзения. Взглянув на старую одежду Чанчэна, он принял его за рабочего-эмигранта и разом почувствовал себя правым. Схватив за руку торговку кукурузой, он принялся громко жаловаться:
— Ты разве не видишь, что здесь вокруг люди? Зачем тащишь с собой всё это барахло? Совсем ума нет? Что будешь делать, если испортишь кому-нибудь багаж, а?
Го Чанчэн принялся извиняться, негнущимися руками собирая свои пожитки в кучу: из мешка теперь сыпалось с двух сторон, и Чанчэн в отчаянии вцепился себе в волосы.
Над его головой вдруг протянулась рука и ловко завязала порванный мешок на два узла.
— Братец Чу! — с облегчением выдохнул Го Чанчэн, пока Чу Шучжи собирал его барахло и закидывал в мешок, словно оно ничего не весило.
Будь у него хвост, и Чанчэн вилял бы им так сильно, что сошёл бы за вентилятор. Он и думать забыл, что перед ним стоит король зомби. Для Го Чанчэна Чу Шучжи сейчас был прекрасным спасителем, ниспосланным небесами.
Чу Шучжи не обратил на него внимания. С мешком в руках он обернулся к возмутителю спокойствия, который, на свою беду, не успел сбежать.
— Ты, — прорычал он, скорчив жуткую рожу, — быстро подошёл и извинился.
Обычно лицо Чу Шучжи не отличалось выразительностью, но когда он скалил зубы, выходило прямо-таки угрожающе. Смутьян, которого только что полыхал возмущением, вдруг как-то резко сник.
— Чего тебе от меня надо?
Чу Шучжи шагнул было ему навстречу, но Го Чанчэн схватил его за руку:
— Братец Чу, это я виноват. Прости меня, не нужно переживать, пойдём в офис? — Его руки обняли ледяные пальцы Чу Шучжи. — Это всё моя вина, только моя.
Мужчина и девушка с руганью убрались прочь, не подозревая, что только что избежали страшной кончины.
Глядя на Го Чанчэна, Чу Шучжи отрешённо отметил, что парень не просто святой — он чокнутый. У него не было ни характера, ни решительности: Чанчэн совсем не был похож на молодых людей своих лет.
Можно сказать, что он вовсе не был похож на человека.
Чу Шучжи стряхнул его руку и ткнул пальцем в сторону мешка:
— Твоя семья что, настолько обеднела, что тебе теперь приходится торговать собственными пожитками?
— Нет, просто мешок порвался, — невпопад отозвался Го Чанчэн, ковыляя вслед за ним. — Я… Я… Давай я понесу? Тут недалеко.
— Веди, — хмуро приказал Чу Шучжи, отпихнув его слабые лапки.
Го Чанчэн не посмел больше возражать и послушно двинулся вперёд.
Обогнув вокзал, они спустились вниз по улице и прошли несколько узких переулков, оказавшись в одном из не слишком хороших районов города Дракона. Го Чанчэн остановился у ветхого домишки: рядом с ним какая-то студентка подметала двор, заделав волосы в хвост. Увидев Чанчэна, она радостно ему помахала, и карточка волонтёра на её шее качнулась на шнурке взад и вперёд.
— Привет, — почти шёпотом произнёс Го Чанчэн, втянув голову в плечи.
Завидев мешок в руках Чу Шучжи, девчонка немедленно бросила метлу, чтобы открыть ему дверь.
— Ты достал разрешения? — затараторила она, глядя на Чанчэна. — Распечатал? Нужно всех поблагодарить.
Го Чанчэн был медлительным и не самым разумным работником. В спецотделе Юньлань нередко его за это распекал. Однако его отчёты неизменно отличались аккуратностью и вниманием к деталям: несмотря на время, которое требовалось Чанчэну для подготовки, и количество бумаги, которое он упорно переводил, в его записях невозможно было найти ни одной ошибки. И даже их строгому шефу не находилось, к чему придраться.
Кивнув, Го Чанчэн вытащил из кармана пачку исписанных листов, где в подробностях значилось, кто и что пожертвовал, а также номера телефонов, адреса почты и прочее. Среди денежных пожертвований в том числе значился, например, вилок капусты, и прочие странности.
Оказалось, что Го Чанчэн состоит в волонтёрской организации, которую возглавляли самые крупные колледжи и университеты города Дракона и поддерживали несколько крупных спонсоров. Называлась она «Уважай стариков и детей» [1]. Го Чанчэн занимался пожилыми людьми, неспособными позаботиться о себе: каждый из волонтёров отвечал за заботу об определённом количестве стариков.
Будучи откровенным олухом, когда дело касалось взаимодействия с людьми, Го Чанчэн ни за что бы не справился с тем, чтобы развлекать своих подопечных или обходить спонсоров, а потому он, оставив это девушкам-волонтёрам, взял на себя задачи обыкновенного грузчика: развозил и доставлял пожертвования.
Чу Шучжи помог им разгрузить мешок, а затем уселся в машину Го Чанчэна. Тот так сильно натёр ладони своим несчастным мешком, что послушно плюхнулся на пассажирское сидение и принялся молча протирать мозоли влажной салфеткой.