Чтение онлайн

– Это ты так и не поняла: не музыка и группа были моей целью, а желание завести семью, чего с тобой никак бы и не вышло…

– Но, как видишь, у меня это вышло, Антоша. Как видишь, я тоже хотела семью – и получила её. А ты, значит, не так её и хотел, выходит.

– Я не хотел её с тобой. Слушай, откуда вообще у тебя время звонить мне?

– У меня перерыв между клиентками.

– И тебе больше нечем заняться?

– Ты зачем грубишь мне? Человек злится на кого-то, когда у него не всё в порядке, и когда он завидует успеху другого.

– Мне нечему завидовать: я ничего не смыслю в маникюре. И вообще я сейчас буду занят. Ты хочешь что-то конкретно меня спросить? Или можем потом поговорить?

– Ладно, беги, Антоша. Ты хочешь завершить разговор, потому что тебе тяжело признавать мою правду.

– Хорошо, пусть будет по-твоему. Пока.

Антон сжал в руке трубку, но немного выдохнул и вернулся к своему состоянию полного безразличия, тронувшись с места и покатив по улице к следующему месту назначения в новостройках Мурино.

С Анжелой они познакомились четыре года тому назад, когда она училась на последнем курсе Петербургского университета. Познакомились на концерте его группы. Не самого далёкого ума девушка, Анжела была в восторге начать встречаться с музыкантом крутой группы, пусть даже и не всемирно известной. Она вела беззаботную жизнь на деньги родителей, университет окончила с грехом пополам. А когда она решила переехать к Антону, встретиться с суровой бытовой реальностью и существованием на свои деньги оказалось испытанием для девушки, от которой фактически рады были избавиться её родители, более не желавшие её содержать. Но амбиции-то остались, жить хотелось, как раньше. А на зарплату монтажника ЛВС особо было не разгуляться. И это даже если учесть, что квартира была не съёмная – она досталась Антону по наследству от родителей – он был сиротой. Антон Анжелу любил и свято верил в семейную жизнь. Но к некоторым реалиям он сам был не готов. Например, к тому, что если зарплата мужчины не позволяет создать какой-то комфорт, то не всегда женщина захочет пойти работать. Анжела после окончания Университета на самом деле даже особо и не пыталась устроиться на работу. По своей специальности маркетолога в те времена она не смогла сразу и быстро найти подходящую вакансию, а пойти каким-нибудь кассиром работать – что вы, увольте! Видная и ухоженная барышня-брюнетка, Анжела явно искала другой жизни. И поняла это лишь через два года после совместной с Антоном жизни, которая превратилась со всем безденежьем и квартирными бытовыми реалиями в сущий ад. Для начала приняли решение просто разъехаться, будто бы это помогло спасти зашедшие в тупик отношения. Анжеле пришлось переступить через своё эго и помириться с родителями, чтобы вернуться к ним домой. Вернуться ей разрешили, но помогать материально отказались. И тут уже вариантов не было. Нужна была любая работа. Компромиссом оказалось занять денег у папы и мамы и окончить курсы мастера маникюра – не такая уж позорная профессия для девочки с принципами. Через месяц после того, как Анжела съехала от Антона, продолжая с ним формально встречаться, она познакомилась в контакте с видным молодым мужчиной Альфредом, старшим менеджером по продажам медицинского оборудования. Это был лощёный и высокомерный парень тридцати одного года со своей квартирой (купленной, правда, родителями) и машиной (купленной самим). Ходил в сшитых на заказ костюмах (что в рабочее, что во внерабочее время) и не убирал с лица постоянную улыбку на все случаи жизни (когда естественную, а когда лицемерную). Именно такой шик и нужен был Анжеле. Буквально через пару месяцев она переехала на квартиру к Альфреду, поставив Антона перед фактом, что у них «более ничего не получится». Это, конечно, и так было уже сразу понятно. Но так же было понятно, что у Анжелы никаких чувств к менеджеру по продажам не было, что, правда, не помешало ей ещё через месяц выскочить за него замуж. А Антона забыть она не смогла, продолжая в течение всего следующего года ему названивать без причины, пытаясь все время разговаривать с ним с изд"eвкой – желания лучшей материальной жизни одолели верх над духовными ценностями. Но удар, нанесённый ею Антону, заставил его быстрее задвинуть вглубь свои почти угасшие к ней чувства и поставил его окончательно на путь безразличия. Наивная доброта, с которой он упорно пытался всю жизнь что-то доказывать всему миру, сдала, наконец, позиции.

– Привет! А где родители?

Дверь следующей квартиры открыла миленькая школьница-брюнетка на вид лет шестнадцати, может, и больше. У неё была аккуратная причёска-каре, а одета она была не совсем по-домашнему: в джинсы с блёстками и розовую футболку. Одежда была обтягивающая, но сама девушка была стройная, невысокого роста, что совсем мешало понять, какого она возраста – особенно по тем частям тела, которые были обтянуты. Антон давно уже понял во время ежедневных наблюдений на улице, что перестал определять возрасты школьниц, которые в двенадцать лет уже могли выглядеть в своей молодёжной одежде и с косметикой на все шестнадцать. Здесь, конечно, было не двенадцать, но всё равно непонятно, разве что немного выдавало очень кукольное и детское личико с пронзительными глазами и длинными ресницами.

– А они нужны разве? Мама сказала, всё оплачено, договор через Интернет, – школьница захлопала в смятении этими ресницами, чем немного смутила Антона.

– Да всё в порядке, всё оплачено. У вас роутер?

– Да, вот сюда проводите, на эту полочку.

– Окей, – по-деловому ответил Антон и начал ковыряться в сетевой розетке, снимая с плеча моток кабеля.

– Меня Ксюша зовут, – произнесла минут через пять девочка, всё это время стоявшая рядом и внимательно следившая за работой Антона.

– Это здорово, – отрешённо ответил он, настраивая роутер.

– А я вас знаю, – внезапно смело и звонко произнесла Ксюша. – Вы же играли в группе «Восточный бриз». Я у вас на концерте даже автограф брала.

Антон остановился и обернулся к девочке, изобразив на лице подобие удивления.

– Знатоков нашей группы можно так запросто в городе найти? – усмехнулся он.

– Я тогда, правда, совсем ребёнком была, – рассмеялась Ксюша, поймав взгляд Антона.

«А сейчас ты очень взрослая, наверное?» – хотелось выпалить установщику Интернета, но он сдержался от сарказма.

– Ну что ж, это очень здорово, – Антон не хотел продолжать тему музыки и поставил роутер на полку. – Показывай компьютер, будем настраивать.

– Вон там, в моей комнате, ноутбук.

Комната как комната, школьная, на стенах плакаты поп-, рок- и рэп-идолов, на столе разбросаны тетрадки – опять возраст не определить.

– Так, смотри, вот это пароль, не теряй его! Потом сменишь его сама, чтобы я не смог увидеть! – Антон протянул Ксюше бумажку и едва заметно улыбнулся одним краем губ.

– Погодите! – девочка догнала монтажника в прихожей, когда он начал надевать ботинки. – А почему вы ушли из группы? У вас так всё хорошо получалось. Я так все ваши песни люблю.

– Группа продолжает существовать и без меня, – пожал плечами Антон, зашнуровывая ботинки, – у них и без меня всё хорошо.

– Но без вас и скрипача не то! Группа стала неживая совсем… Слишком электроники много появилось… – Ксюша поникла, было видно, что она говорила искренне и искренне была раздосадована.

Антон поднялся, кладя на плечо кабель, и более пристально посмотрел на Ксюшу, внаглую окинув её взглядом с ног до головы: все задатки будущей женщины были уже не задатками, а полноценными и сформировавшимися. Да сколько же ей лет?

– А сколько тебе лет, Ксюша? – прямо в лоб спросил Антон.

– Семнадцать недавно исполнилось, – девочка совсем не смутилась и рассмеялась в ответ. – А что?

– Да во сколько ж ты лет ходила на наши концерты, когда я там играл? Тебя не должны были пропускать.

– У меня были взрослые друзья. Да я и сама пролезу, куда захочу! Никто мне не помешает! – она ещё сильнее и заливистей расхохоталась, от чего у Антона прошёл какой-то небольшой электрический разряд внутри.

– Что ж, тебе с друзьями очень повезло! Но пока, я закончил! Привет родителям!

– И даже на чай не останетесь? – девочка внезапно переменилась в лице, на глаза будто бы навернулись слёзы.

– Прости, Ксюша, очень плотный график, – Антон покачал головой. – Как-нибудь в следующий раз.