Чтение онлайн

— Несколько раз. Мейсон ценит то, что я могу ходить по магазинам, ничего при этом не покупая.

Я смеюсь и хлопаю по ее руке.

— Да, это о той единственной вещи, что ты никогда не покупаешь.

Она смотрит в сторону и фыркает.

— Осторожнее. Не уходи от темы. Я видела, как ты поедаешь его живьем.

— Нет, я даже близко к этому не готова. Давай сменим тему, хорошо?

— Нет, пока ты не признаешь, что он горяч.

— Почему это так важно, даже если я и думаю, что он горяч? — усмехаюсь я.

Ри улыбается и кладет руки на бедра.

— Признай это!

— Хорошо, не буду это отрицать. Он горяч.

— Я знала, что ты так думаешь, — она усмехается. Я закатываю глаза и подавляю желание задушить ее. — К тому же, если бы ты это отрицала, я бы начала волноваться, — она рассмеялась. — Как насчет того, чтобы разгрести пару дел здесь, пока Арабелла спит?

Я смотрю на каминную полку, и мое сердцебиение ускоряется. Я могу чувствовать Аарона везде, и я не готова потерять это. Еще одним напоминанием будет отсутствие его машины на подъездной дорожке. Чувства потери и злости находятся в состоянии войны внутри меня. Я злюсь на всех и все, но должна продолжать жить. У меня просто нет времени хандрить и грустить, потому что есть крошечная малышка, которую мы создали вместе. Я закрываю глаза и думаю о нем.

— Конечно, — вырывается у меня.

Следующие несколько часов мы проводим, убирая бумаги и вещи по дому. Я вспотела и раздражена от поднимания и опускания коробок вверх и вниз по лестнице. Это был долгий день. Я выгляжу ужасно, но чувствую себя чуть-чуть легче. Мы разобрались с некоторыми вещами. И также сильно, как хочу остановиться, я хочу продолжать. Я боюсь, что силы, которых я набралась сегодня, завтра исчезнут.

До того, как я говорю Ри о моих намерениях продолжить, она оглядывается и хмурит брови.

— Мне нужно домой. Мейсон хочет обед пораньше, а я — новую сумочку.

Она сумасшедшая.

— Как это взаимосвязано?

— Он любит поесть. Я люблю Майкла Корса (Примеч. американский модный дизайнер). Если я не получаю сумочку, он может поголодать, — она подмигивает и хватает свою сумочку.

— Звучит абсолютно разумно, — отвечаю я раздраженно. — Я собираюсь закончить здесь. Спасибо за сегодняшний день.

Ринель целует меня в щеку.

— Я горжусь тобой. Я знаю, что это нелегко, но пора было уже это сделать.

— Спасибо. Ты знала, что сегодня ровно семь месяцев?

— Со дня смерти Аарона?

— Да. Безумие, правда? Арабелла такая крошечная для меня, что я и забыла.

Ринель садится на диван, держа в руках свою сумочку.

— Мне кажется, что мы все забыли. Ты была беременна, когда он умер, а потом Ара как будто сместила время. Хотя, это хорошо. Она дает тебе возможность идти вперед.

— Возможно.

— И то, что Лиам рядом и помогает с мелочами, тоже. Правда?

— Он очень сильно помог.

— Мне нужно идти, но я рада, что ты справляешься. Ты гораздо лучше выглядишь.

— Спасибо.

— Не делай ничего из того, чего бы не сделала я.

Я киваю, и она уходит. У Арабеллы сейчас послеобеденный сон. Она покушала и поиграла немного, и сейчас у меня есть где-то час, прежде чем она снова проголодается. Я решаю повесить в гостиной шторы, которые месяцами лежали в шкафу.

Достав все необходимое, я хватаюсь за лестницу и помечаю точки на стене, где нужно сделать новые дырки. Я могу это сделать. Получай, Марта Стюарт. Как только все подготовлено, я беру саморез, но что-то идет не так. Я пытаюсь снова, и саморез падает. Я неуклюже обращаюсь с дрелью.

— Черт! — восклицаю я, когда дрель падает на пол. Хватая дрель, я слышу смех позади себя. — Я удивляю тебя, Красавчик? — спрашиваю я и пытаюсь установить саморез в нужном месте. Чтобы вывести его из себя, я называю его Красавчиком. Аарон терял контроль, когда я звала его Папа Смурф.

— Мне кажется, ты хочешь ранить меня.

— Никогда. Я просто… — я борюсь с дурацким саморезом, который не хочет крепиться. — Дурацкая дрель сломалась.

— Тебе нужно поменять ход, — говорит Лиам, усмехаясь, и забирается на лестницу позади меня.

— Спустись! — кричу я, когда из-за его веса лестница немного наклоняется.

— Нажми на эту кнопку, — говорит он мне в шею. — Ты не упадешь. Я сломаю свою шею, если что.

Я подавляю дрожь, когда он поднимает мою руку и надавливает на дрель.

— Прекрасно. Возможно, я спихну тебя, — шучу я, пытаясь выбросить из головы тот факт, что его тело прижимается очень близко к моему. Тело, на которое я пялилась и которым восхищалась. Он всего лишь помогает, Натали.

— Я прихвачу тебя с собой. Теперь надави и толкай!

Я отпускаю дрель.

— Это прозвучало так ужасно! — я наклоняю голову вперед, и мы оба истерически смеемся. — Ооо! — вздыхаю я, когда от смеха болит живот.

— Ты это опошлила!

— Ты сказал мне надавить и толкать.

Лиам наклоняется ко мне, и мы оба пытаемся перевести дыхание.

— Хорошо, — он снова вздыхает. — Теперь давай убедимся, что он вставлен в дырку.

— О, Боже. Спускайся. Я не могу это сделать! — я хихикаю и хрюкаю.

— Ты хрюкнула! — говорит он, хватаясь за мои бедра и помогая мне слезть с лестницы.

— Ты заставил меня! — отвечаю я.

— Хорошо, затолкни его в дырку и толкай.

— Прекрати! — я хватаюсь за лестницу от того, что из моих глаз текут слезы от смеха. Мы оба смеемся, и я слышу, как плачет Арабелла.

— Теперь ты это сделал! — мой голос полон смеха.

Лиам хватает дрель.

— Ты иди к Аре, а я удостоверюсь, что тебе не придется заново штукатурить стены.

Я хватаюсь за грудь и драматично отвечаю: