Чтение онлайн

Меня словно стегнули плетью, зажав рот ладонью, я, прихрамывая, побежала, к двери. Только бы успеть. Вдогонку прозвучал комментарий Сабы.

— Не пыли, старшина. Сейчас эта моль всем аппетит испортит.

Я вылетела на лестницу, стремительно сбежала по ней. Вдалеке из будок выскочили две лохматые дворняги на цепи и громко залаяли. Вид бегущего человека заставил их огласить округу злобным лаем.

Меня, действительно, вывернуло под кустами в нескольких шагах от лестницы. Сидевшая на ступеньках Софа подскочила ко мне, глядя, как я содрогаюсь в спазмах.

— Боже, что они сделали, твари?

Сплюнув тягучую слюну, сорвала листки с кустарников, вытерла рот.

— Ничего…

Обходительный Инструктор оказался монстром. Лучше бы его убили. Ужас, гнев, разочарование наотмашь ударили по моей израненной психике. Боже, какая же я легковерная! Меня элементарно обмануть, проявив минимум заботы. От ночного облегчения остались обугленные остывшие угли и те рассыпались в прах. Опустошение и боль, стали моими постоянными спутниками. Что я себе надумала? Просто хотела увидеть рядом человека.

Софа стояла рядом, когда я попыталась подняться, опираясь руками в колени.

— Тебе этот мужик понравился что ли?

— Уже разонравился. Не парься.

Я мучительно выблевала доверие к очередному лжецу. Хорошо, что он так быстро сменил маску. Теперь можно спокойно плевать ему вслед, а лучше держаться от него подальше. Всё это я уже проходила. Небольшая подстройка, капля участия, бла-бла-бла, и жертва на верёвочке. Бах, и уже на цепи в ошейнике на коленях, безропотно кивающая головой, что она никто, и звать её никак.

Инструктор оказался двойником моего мужа. Только и всего. И тот, и другой были внешне привлекательными, спортивными, приятными в общении, и непонятно, кто из них хуже. Пусть бы они исчезли. Пусть оба исчезнут из моей головы. Из моей реальности.

Надёргав травы, я забросала рисовую кашу, отторгнутую моим организмом. Собаки успокоились, перестали лаять и звенеть цепью. Вспыхнула неконтролируемая злость. Может, охранники ещё и собак жрут! Любимая шутка мужа была, увидев собаку, назвать её шашлыком. Он знал, что я любила животных.

— Надо бы собак прикормить, — задумчиво произнесла Софа.

Неприятно царапнула мысль о том, что собаки ночью свободно могут бегать по территории.

Из столовой выкатился Арнольд Анатольевич, подошёл к нам. Софья опять закашляла. Лысый оптимист сразу же отскочил на пару шагов.

— Сейчас дождёмся всех девочек и пойдём. Сегодня мы будем воздействовать на собственное тело в плане физики. Инструктор по йоге ещё не приехал, поэтому начнём с дыхательных практик.

Растерянный вид, который Арнольд пытался маскировать улыбкой, меня не обманул. Суетливая нервозность в движениях и словах не укрылась ни от меня, ни от Софы. Что же всё-таки произошло в лагере? Шума вроде не было. Или его никто не слышал?

— Куда делась Галина Ивановна?

— Она ушла рано утром, — быстро ответил Арнольд, как будто ждал этого вопроса.

Мы с Софой переглянулись.

— У нас же сегодня только первый день тренинга.

— Ах, девочки. Причина достаточно прозаична. Галина Ивановна не заплатила. У неё не оказалось денег. Мы договорились, что отдаст наличкой, но, увы. Не знаю, на что она рассчитывала. Конечно, любой человек может попасть в лапы мошенников, я всё понимаю и очень сочувствую. Но Галочка сделала свой выбор, и это её ответственность. Не поймите неправильно, мы готовы помочь, но аренда лагеря, обслуживание, питание, зарплата сотрудников стоят денег. Мы не благотворительная организация.

Арнольд говорил убедительно, с паузами, со скорбью и придыханием в голосе. Я любила театр с детства. Прекрасно чувствовала наигрыш актёров, их заученные жесты и штампы, но иногда проваливалась в сценическую реальность с головой, испытывая невероятный катарсис. Сейчас Арнольд говорил, как актёр, выучивший текст. Его проникновенный монолог требовал проверки.

— Во сколько идёт утренний катер?

— Самый первый где-то в семь. К восьми многим дачникам на работу, и они успевают.

Похоже на правду. Если честно, беспокоиться о Галине Ивановне в свете нынешних событий, у меня не было ни сил, ни желания. Арнольд вроде не врал. Его волновала скорее упущенная выгода, чем сама Галя, и неприязни к ней в его словах я не почувствовала.

Мы дождались, пока наша группа вышла из столовой. Следом появились охранники. Я даже не взглянула на Инструктора, а он не сделал попытки приблизиться. Смотрел, наверное, на меня, как на пустое место. Ночью изображал участие, спрашивал, сильно ли болит нога. Сейчас особенно бесил его игнор и близкое присутствие. Муж постоянно игнорировал меня. Я могла подойти к нему, смотревшему телевизор, что-то спросить, сказать, а он так же естественно, как дышал, не замечал меня рядом и не отвечал.

Ни одна из девчонок не стала прогуливаться под луной, слушая бредни мужиков. Ирочка, вообще, со страху сбежала, увидев острые зубы Акулы. И Нина быстро с корейцем рассталась, только я единственная развесила уши, наслаждаясь компанией Оборотня.

— Не разбегаемся. Строем идём к корпусу, — крикнул Бур. — Что там у вас по плану, Череп, — обратился он к Арнольду.

Тот злобно глянул на Бура, а Ирочка хихикнула.

— Дыхательные практики, — сквозь зубы буркнул Арнольд.

— Ну, тогда вперёд…просветлённые.

Мужики дружно заржали. Я саркастически усмехнулась над кличкой Арнольда…свет Шварценеггера.

Нас осталось восемь без Галины Ивановны. Мы встали в пары. Статная высокая Жанна с черноволосой Софьей (Умой Турман) впереди, Ирочка рядом с добрейшей Викой за ними, две красавицы Нина и Мила следом, Лиза в платье мешке и я хромая, бесцветная моль — замыкающие. Против пятерых охранников у нас было небольшое численное преимущество. Если и Арнольда включить в нашу команду, то всё не так и плохо.

Собаки, увидев, интенсивное движение около столовой, снова выскочили из будок и подняли лай.

— У меня каша осталась, — сказала Нина, глядя огромными серыми глазами на брехавших собак.

— У меня омлет. Зря не взяла, — тихо откликнулась Мила, поправив карамельные волосы, густой волной, спадавшие на плечи.

Стройные, симпатичные девчонки словно были из модельного бизнеса. Миле очень шли очки в дизайнерской оправе, а Нине рваные обтягивающие джинсы. Взгляды мужчин с трудом отлипали от их точёных фигур. На мгновение охранники показались мне обычными похотливыми самцами. Но это был самообман, мы находились в их власти, и желание доминировать со всеми вытекающими никуда не делось.