Чтение онлайн

Бетти, резко. На звезды полюбоваться.

Отшельник. А зачем же костер?

Бетти. Холодные они. Греться надо.

Отшельник. Но не любой же ценой. Отсюда, от костра, звезды видны куда хуже, чем из степи.

Бетти. Но, тем не менее, вы здесь.

Отшельник. Но не потому, что я хотел смотреть на звезды. Простите. Вы, я слышал, говорили о полетах? В степи звуки разносятся далеко.

Константин. Да.

Отшельник. Как это похоже на нынешний мир. Вы иногда рассуждаете о звездах, но не отходите от костра. Если бы вы их видели ясно, у вас бы не возникало вопросов, нужны они или нет.

Константин. Вы, стало быть, считаете, что в космос необходимо лететь?

Отшельник. Вам - нет.

Константин. Почему?

Отшельник. Долететь дотуда - не самоцель. Ценность в свершениях. Если вы решите тратить свои излишки на это, то вы лишь будете расширять ваше сытое общество в космос. Как будто присутствие там само по себе чего-то стоит. Насколько я знаю, спор у вас ведется между теми, кто хочет жить в комфорте на Земле, "самосовершенствуясь", и теми, кто хочет того же, но на другой планете.

Бетти. Откуда вы знаете?

Отшельник, усмехаясь. Ну ведь информация общедоступна, не так ли?

Словом, все тянутся к высокому, кто внутрь, кто наружу, но от кровати и четырехразового питания отказаться не согласны. В итоге вы заняты таким вот перетягиванием кровати.

Бетти. Ошибаетесь. Сторонники космоса как раз считают, что нужно пустить на него все доступные ресурсы.

Отшельник. То есть вы надеетесь, что незначительное урезание пайка породит титанов духа?

Бетти. При чем тут это? Нам не нужны герои, мы считаем лишь, что нам нужно поставить своей задачей выход в космос. Методично и планомерно осваивать, выделяя на это львиную долю ресурсов.

Отшельник. Вот. Вы хотите методично и планомерно, рутинно, совершать подвиг. Ведь речь идет о величайшем деянии. Но, по вашим словам, оно не должно включать никакого героизма, лишь план и график. Я даже верю в то, что может и выйти. Я только не понимаю - зачем? Для галочки, выполнить очередной пункт плана. А ведь просто дойти хоть докуда вряд ли само по себе полезно. Полезно получить этот опыт, чтобы стать лучше. Вы не хотите развить лучшие качества в человеке, вы лишь хотите занять место получше, не обращая внимания, по вам ли это место.

Бетти. Это уже эзотерика. Смысл жизни - в ее распространении.

Отшельник. Верно. Но вы ведь хотите распространять не всякую, а именно вашу, не самую лучшую. Ведь не людей же вообще вы хотите распространить, а свое общество. Скорей общество нынче есть форма жизни, не человек. Вот ответьте себе, как у вас можно быть хорошим человеком? Не "хорошим" в смысле "нормальным", а именно выдающимся, лучше среднего? Ведь остался только профессионализм, никаких личных качеств. Все, чем гордились раньше - самопожертвование в интересах ближних и дальних, бескорыстие и работа на общее благо - стало у вас обычным и даже обязательным. Выбора нет. Во всех с детства закладывается такая программа. А где нет выбора, нет заслуги.

И вот сейчас вы хотите лишить людей нынешних и будущих гигантского поля для проявления лучших качеств - просто проголосовать и дальше воспитывать всех в этом ключе. Все будут железно уверены в том, что надо осваивать другие планеты. Методично и планомерно.

Константин. Вы мне напоминаете мое детство. Я тогда читал книгу, где главный герой, ученый, уничтожает созданный им микроорганизм, способный в считаные месяцы превращать безжизненную атмосферу во вполне землеподобную. И делает он это по сходным причинам - получая новые планеты без усилий, люди утрачивают возможность к совершенствованию через преодоление препятствий. Да, ты права, хоть и без малого тысяча лет прошла, но вы все еще стоите на той же развилке, на которой стояли мы.

Бетти. Опять. Мы откатывались назад, но теперь мы вернулись на эти рубежи с новыми силами и средствами.

Отшельник. Тысячу лет? Как так?

Константин. О, вы же не знаете. Я, сидящий тут рядом с вами - робот, по воле этих дам и господ (кивает на Бетти), воссоздан по моему нежеланному жизнеописанию. А жил я еще во время оно и даже, быть может, принимал участие в первой космической экспансии.

Отшельник. И вы никогда при жизни... прошу прощения...

Константин. Ничего.

Отшельник. Вы никогда не выражали желания быть воскрешенным?

Константин. Насколько мне известно, нет. И знаешь что, Бетти? Помнишь тут, фразу, что мне приписывается? Я все больше верю, что я такое говорил. Но не про жизнь на Земле под всеобщим наблюдением. Я, скорей всего, сказал это уже на Марсе, имея в виду, что нам придется научится жить в марсианской пустыне, потому что оставшись на Земле мы создадим общество тотального контроля. Как оно и вышло.

Отшельник. Эх... Близок час Апокалипсиса.

Бетти. Бросьте. Жить лучше, чем не жить. С допустимостью воскрешения согласилось огромное количество людей.

Константин. Вот мы здесь втроем, отрезаны от всех других людей, может, их и нет уже. Чем мы не модель общества? Хочешь, мы проголосуем, допустимо ли воскрешать людей для каких-либо своих нужд? Переглядывается с Отшельником.

Бетти. Нет. (Константин и Отшельник улыбаются) Из нас не выйдет модели общества, разве что во времени. Ты (Константину) - прошлое, господин Финнеган - настоящее, он вроде как и живет при нейросоце, но одновременно он человек твоего, прошедшего, времени.

Константин. Ну а ты - будущее?

Бетти. Да. Потому что я понимаю, что у прошлого стоит перенимать цели, но никак не способы их достижения. От старых средств нужно отказываться, иначе будущее так никогда и не наступит.

Отшельник. Я бы поспорил, кто же из нас будущее. Это вы - настоящее, это ваш мир, с этим бессмысленно спорить. Общество тех, кого вы называете отшельниками, с нашей малочисленностью и кустарной индустрией, оно тем не менее - росток будущего мира. И завтрашний день вырастет из этого ростка. Просто потому, что из вашего общества не может вырасти ничего.