Чтение онлайн

Наперерез "Газели" метнулся патрульный "Форд", следовавший впереди вереницы ведомственных автомобилей. Сидевший за рулем милицейской машины сержант понял, что намерен делать свихнувшейся водитель, управлявший "скорой помощью", и принял единственно возможное решение. Он резко крутанул руль, развернув свой "Форд" поперек дороги, и создав на пути сидевшего за рулем микроавтобуса смертника хоть какое-то препятствие, но сам выбраться из машины не успел. Бампер "Газели" вмял борт патрульного автомобиля, который под воздействием помноженной на высокую скорость массы микроавтобуса подался назад, а затем прогремел мощный взрыв.

Один из наблюдавших за происходящим на проспекте боевиков Аль Захири, устроившийся на чердаке десятиэтажного дома, понял, что момент настал, и плавно нажал на клавишу пульта дистанционного управления, пославшего на радиоуправляемый детонатор короткий сигнал. Автомобиль, внутри которого вместо подобающего "скорой помощи" медицинского оборудования, призванного спасать жизни, находилось несколько сот килограммов мощной взрывчатки, мгновенно превратился в огненный шар.

Подброшенный силой взрыва на десять метров вверх, микроавтобус перевернулся в воздухе, упав на один из автомобилей президентского кортежа. Взрывная волна, кольцом разошедшаяся от "Газели", смела всех, кто находился на расстоянии двухсот метров от взрыва, выбивая стекла в близлежащих домах и заставляя срабатывать автомобильные сигнализации в радиусе десяти кварталов. Несколько десятков случайных прохожих, остановившихся поглазеть на редкое зрелище, были убиты или искалечены за считанные мгновения.

Швецов, находившийся в звукоизолированном салоне лимузина, не успел понять, что происходит на дороге. Он услышал грохот сильнейшего взрыва, а затем его автомобиль резко затормозил, разворачиваясь поперек дороги. Водитель президента видел, что впереди возник затор, объехать который было невозможно, и начал действовать. Он едва уберег ЗИЛ и его пассажира от столкновения с грудой искореженного, оплавившегося металла, в который превратилась "скорая" и один из джипов с охраной. Водитель, настоящий профессионал, управлявший к тому же отличным автомобилем, сработал четко и быстро. Но тот, кто сидел за рулем следовавшего за лимузином микроавтобуса с телохранителями главы государства, среагировал чуть медленнее, и "Фольксваген" на полном ходу врезался в борт ЗИЛа.

Сильный удар, промявший бронированный борт, сбросил Швецова с сидения. Президент едва не разбил голову, кое-как, вспомнив армейские навыки, и сумев сгруппироваться. Он не понимал, что происходит, пребывая в состоянии шока. Снаружи выли сирены, ревели автомобильные клаксоны, и звуки проникали даже сквозь прочный панцирь из титановой брони, в который был заключен глава государства.

Со всех сторон к неподвижно замершему ЗИЛу бежали милиционеры и президентские телохранители, на ходу выхватывая свои "Векторы" и "Верески". Из двух микроавтобусов, как горох, выкатились вооруженные компактными автоматами "Гроза" бойцы группы быстрого реагирования, этакие неповоротливые крепыши в тяжелых шлемах и бронежилетах. Они были профессионалами, и сейчас, действуя на одних рефлексах, поспешно занимали вокруг помятого лимузина круговую оборону, готовые встретить любую атаку шквалом огня.

Увидев, что кортеж замер, а охрана и обычные милиционеры стали сбегаться к длинному лимузину, Ибрагим Шарафи, внимательно следивший за суетой на проспекте из квартиры на последнем этаже девятиэтажки, фасад которой выходил на дорогу, понял, что его час настал. Он сорвал брезентовый чехол с крупнокалиберной винтовки "Выхлоп", установленной перед окном на журнальном столике, прильнув к мощному прицелу.

Оружие, созданное специально для русских спецслужб, и неведомыми путями попавшее в руки чеченских бандитов, а от них уже доставшееся наемникам-арабам, одним своим видом внушало уважение и подспудный страх.

Мощный цилиндрический глушитель, почти полностью скрывавший ствол, настолько снижал звук выстрела, что жильцы соседних квартир едва ли могли бы понять истинную природу странных хлопков, раздававшихся из-за стен, если вообще смогли бы их услышать. Отличная оптика позволяла отчетливо различать лица людей, бестолково метавшихся сейчас возле ЗИЛа, в котором находился не то живой, не то уже мертвый русский лидер. Это было грозное оружие, а в руках мастера оно становилось поистине абсолютным. Ибрагим Шарафи был таким мастером.

Ибрагим касался оружия нежно, как можно прикасаться только к любимой женщине. Он сжал идеально ложившееся в ладонь, словно то была часть его самого, цевье, ощутив под пальцами шероховатый, теплый пластик. Поводя стволом, стрелок спокойно выбирал цель среди людской сутолоки. Рука иракца, сражавшегося еще с элитными подразделениями морской пехоты США, и записавшего на свой счет немало побед, была тверда, сердце билось ровно. Он был готов к бою.

Шарафи, опытному снайперу, стреляя из винтовки калибром двенадцать целых и семь десятых миллиметра утяжеленными пулями на расстояние не более трехсот метров, не требовалось учитывать поправку на ветер. Сейчас он вполне мог обойтись и без встроенного лазерного дальномера, которым был снабжен оптический прицел его чудовищного оружия. Стрелок ощущал себя, будто в тире, ловя в перекрестие прицела голову первой своей жертвы, коротко стриженого крепыша, грозно потрясавшего тяжелым пистолетом.

– Иди ко мне, – бритый затылок затянутого в строгий черный костюм телохранителя, как раз подбежавшего в этот миг к дверце искореженного лимузина, оказался точно в центре прицельной сетки. – Ну же, давай!

Русский на мгновение замер, и Шарафи не стал медлить. Указательный палец шевельнулся, выбирая свободный ход спускового крючка, затем еще одно движение, громкий хлопок и едва ощутимый толчок в плечо.

Голова телохранителя, едва успевшего схватиться за ручку дверцы автомобиля, внезапно взорвалась фонтаном кровавых брызг. А тяжелая пуля, легко сокрушив человеческую плоть и кости, на излете ударила в бронированный борт ЗИЛа. Безвольной куклой, окровавленной и почти обезглавленной, телохранитель упал на асфальт, а вокруг, еще ничего не замечая, суетились его коллеги. Ибрагим Шарафи, действуя как живой автомат, выбрал следующую цель, и вновь нажал на спуск.

Абдула Аль Захири выскочил из переулка на тротуар, перепрыгивая через жутко искореженные тела тех несчастных, кто на свою беду оказался слишком близко от места взрыва. Мостовая впереди была усеяна трупами, лежавшими в самых причудливых позах. Но наемник не обращал на это внимания, ведь за годы почти непрерывных войн ему довелось увидеть в десятки раз больше мертвецов, пребывавших подчас в еще более ужасном состоянии.

Араб кинулся к припаркованной в сотне метров от места взрыва "Ладе", стекла которой были выбиты ударной волной. С другой стороны к машине бежал один из его бойцов. Наемники распахнули багажник "девятки", вытащив оттуда два гранатомета РПГ-7Д, привычное и безотказное оружие. Сноровисто присоединив к казенникам стволы и вставив в раструбы удлиненные снаряды с тандемной боевой частью, перед которой не устояла бы броня самого современного танка, террористы присели на колени, прицелившись и нажав на спуск.

На гранатометчиков обратили внимание только тогда, когда в сторону скопления машин с проблесковыми маячками устремились два похожих на кометы снаряда. Кто-то из президентских охранников указал своим товарищам на арабов, что-то крича, а затем уже многочисленным телохранителям стало не до этого.

Первая граната ПГ-7ВР, способная прожечь шестисотмиллиметровый лист стальной брони, попала в джип с распахнутыми дверцами, стоявший в нескольких метрах от лимузина. Мощный взрыв подбросил его вверх, обрушивая затем на сгрудившихся рядом людей в форме и строгих костюмах.