Узник Гуантанамо
Шрифт:
Фигуры в камуфляже рассредоточились по застывшему в ожидании рынку. Тарасов опытным взглядом обвел прилегающую территорию: провокация вроде не готовилась. Хотя хрен их знает, местных… Тем более что направляется колонна не куда-нибудь, а в российское посольство, в пригород Конгомбе…
Артем и неотступно следующий за ним капитан Белорыбин выбрали китайскую лавочку: вход в нее был вроде почище, да и товары, вывешенные под соломенной кровлей, выглядели попривлекательнее.
Тарасов толкнул хлипкую дверь и под трезвон колокольчика приветствовал узкоглазого хозяина:
– Hi! What about cоlonial goods? [7]
– Длястейте! Совет Союз! Сталин! Мао! Друзба! Ка-ра-се! – разулыбался желтозубый китаеза, раскладывая на прилавке переливающиеся золотом куски ткани.
– You’re wrong. United Nations military [8] , – на своем сносном английском возразил Тарасов.
– Нет-нет! Совьет Союз! – еще шире разъехался в улыбке китаец, не переставая выметывать на прилавок свои колониальные товары.
7
Привет! Как насчет колониальных товаров? (англ.)
8
Вы ошиблись. Военнослужащие Объединенных Наций.
– Вот и рассекретили нас! – хлопнул Артем по плечу капитана Белорыбина. – Твою рязанскую морду за километр видно!
В память о покойной советско-китайской дружбе хозяин лавки прилично сбросил цену. Белорыбин с видом знатока полистал штуки тяжелых тканей и выбрал невероятную, малинового цвета златотканую парчу.
– На хрена тебе такая тряпка? – удивился Тарасов. – Кто в Москве в таком ходит?!
– На машину, на сиденья себе чехлы сошью, – принимая покупку, пояснил капитан. – Сами посудите: двадцать долларов – разве это деньги?!
Артем глянул на радостного китайца и указал пальцем на лоток, где лежало золото.
«Когда я в последний раз рыжье-то покупал? – подумал Тарасов, перебирая витые цепочки и причудливой формы кольца-перстни. – Лет пять назад, когда к свадьбе готовился… Слава богу, та свадьба так и не состоялась…» Он выбрал колечко, понравившееся своим глубоким смыслом: золотая змейка кусала себя за хвост. «Первой попавшейся россиянке подарю, если живыми домой вернемся, – пообещал себе Артем мысленно. – Или последней…»
Тарасов вышел из лавочки и грохнул по броне ближнего бэтээра – эхо разлетелось на куски.
– Сирену включай! – рявкнул он. – Пускай собираются заблудшие товарищи офицеры!..
Рявкнул и завибрировал в воздухе истошный звук. Шарахнулись приблудные собаки, с интересом обнюхивавшие колеса машин. Заторопились от греха подальше прохожие-покупатели. Миротворцы торопились к бэтээрам, кто с коробкой, кто с набитыми карманами. Загудели моторы, плюнули чадом выхлопные трубы. Тронулась колонна…
До дипломатического квартала оставалось километров пять. Чаще стали встречаться красно-белые полосатые шлагбаумы, охраняемые черномазыми автоматчиками в рубашках-хаки. Впрочем, завидев колонну под дружественным ооновским флагом, бойцы поспешно поднимали свои шлагбаумы и пытались откозырять.
«Охранять их там, в посольстве, что ли, надо?» – гадал Артем.
Его раздражало, что приказ о проводке войсковой колонны, по сути, отдал гражданский. Еще больше злило то, что цели и задачи операции он до сих пор не знал.
«За лейтенанта меня тут держат или как?! – психовал Артем, до боли в ладони стискивая край воняющего резиной и краской люка. – Придется показать кое-кому, кто тут рулит!»
Бурая лента покрытой выбоинами асфальтовой дороги плавно выгнулась, перебежав через холмы, поросшие какими-то мохнатыми и тоже бурыми дрянными кустарниками. Тарасов мельком глянул в створ люка, где колыхались плечи механика-водителя с мокрым пятном пота на спине. Там, в брюхе бронированной машины, жара покруче, чем в Афгане. Но ничего: пацаны нормально держатся…
Посольский блок охранялся куда лучше, чем блокпосты на дороге. Артем приказал снизить скорость: чернокожие коллеги могли сослепу шмальнуть по колонне. Машины обогнули купы раскидистых деревьев со стволами толщиной в дом и покатились между двумя рядами колючей проволоки. Торчали там дощатые хлипкие вышки с неприлично оттопыренными пулеметными стволами. От дальнего шлагбаума отделилась фигура белого офицера в кителе-хаки и пилотке. Он поднял руку.
– Стой! – скомандовал Тарасов, легко спрыгнул с брони и пошел навстречу, с наслаждением разминая ноги.
– Russes? Le convoi? Oщ allez? [9]– хрипло спросил офицер. У него был красный нос и заплывшие от беспробудного пьянства глазки.
– Куда-куда… на кудыкину гору… – проворчал Артем, тем не менее улыбаясь. – Оn an important matter! [10]
– Qu’est-ce que c’est?! [11]– напрягся офицер.
Из караулки вышли двое чернокожих бойцов с автоматами наперевес, настороженно глядя на пришельцев.
9
Русские? Конвой? Куда направляетесь? (франц.)
10
По важному делу! (англ.)
11
Что-что?! (франц.)
– Capitaine, nous allons а l’ambassade de Russie! [12]– услышал Тарасов за спиной голос Белорыбина.
– Oui, j’ai appelй … Bon voyage! [13]– махнул рукой алкаш и потопал к своей будке. Аборигены уже поднимали свой шлагбаум.
– Спасибо, полиглот! – хлопнул Артем Белорыбина по плечу. – В школе учил?
– Я же обещал быть полезным… – скромно отозвался капитан. – Нет, учил не в школе: сам…
Бэтээры тронулись с места, гудя моторами будто обижаясь на задержку.
12
Капитан, мы направляемся в русское посольство! (франц.)
13
Да, мне звонили… Счастливого пути! (франц.)