Чтение онлайн

— Обезвоживание. Ее укусили.

Стефану повезло, что я прислонилась к Сэмюэлю. Вервольф начал вставать, но я застонала от этого неожиданного движениям и он остановился.

Ну хорошо. Я притворилась, но это помешало Сэмюэлю напасть. Пальцы его до боли сжали мою руку, но эта боль слилась с остальной. Я была не в той форме, чтобы разнимать их, поэтому продолжала изображать беспомощную. Хотелось бы только играть эту роль не так правдоподобно.

Сэмюэль снова сел и отвел с моей шеи волосы. Его пальцы коснулись больного места, которое раньше не чувствовалось за другими болями и ушибами. Но как только он до него дотронулся, начало жечь, и жжение распространилось до самой ключицы.

— Это не я, — сказал Стефан, хотя как-то неуверенно, словно сам в это не вполне верил. Я повернула голову, чтобы видеть его. Но неуверенность в голосе не отразилась на суровом лице.

— Кроме анемии, опасности для нее нет, — сказал Стефан Сэмюэлю. — Нужно гораздо больше, чем простой укус, чтобы превратить человека в вампира. И не знаю, можно ли вообще превратить Мерси. Будь она человеком, стоило бы опасаться, что он сможет призвать ее и она будет повиноваться его приказам, но ходячие не так уязвимы для нашей магии. Ей просто нужно ликвидировать обезвоживание и отдохнуть.

Сэмюэль бросил на вампира острый взгляд.

— Ты кладезь информации, верно? Если не ты ее укусил, то кто?

Стефан улыбнулся одними уголками губ, как будто во все этого не хотел, и протянул Сэмюэлю стакан апельсинового сока, который уже предлагал и раньше. Я знала, почему он протянул стакан не мне, а Сэмюэлю. Сэмюэль привык защищать свою территорию. И я удивилась тому, что вампир способен это понять.

— Думаю, Мерси расскажет гораздо лучше, — сказал Стефан. В его голосе звучала непривычная тревога, и это отвлекло меня от тревоги по поводу собственнического инстинкта Сэмюэля.

Почему Стефану так необходимо, чтобы рассказывала я? Он ведь тоже там был.

Я взяла у Сэмюэля стакан и села, чтобы больше не прислоняться к нему. И пока не начала пить, не сознавала, как меня мучает жажда. Я не люблю апельсиновый сок — обычно его пьет Сэмюэль. Но у этого был вкус амброзии.

Однако магия была не при чем. Когда я напилась, головная боль не прошла и мне хотелось только забраться в постель и с головой укрыться одеялом. Но пока Сэмюэль все не узнает, отдыха мне не видать, а Стефан, по-видимому, говорить не собирается.

— Несколько часов назад мне позвонил Стефан, — начала я. — Я перед ним в долгу — он помогал освобождать Джесси.

Оба внимательно слушали, Стефан иногда кивал. Когда я добралась до того, как мы входили в номер отеля, Стефан сел на пол ближе ко мне. Он прислонился спиной к дивану, отвернулся от меня и закрыл глаза рукой. Может, просто устал. В окнах уже брезжил рассвет, когда я закончила рассказ своей попыткой убить Литтлтона и последующим соприкосновением со стеной.

— Ты уверена, что все происходило именно так? — спросил Стефан, не отнимая руки от глаз.

Я нахмурилась и села прямее.

— Конечно, уверена.

Он ведь и сам там был. Почему же его голос звучит так, словно я выдумываю?

Он потер глаза и посмотрел на меня. В его голосе звучало облегчение.

— Не обижайся, Мерси. Твои воспоминания о смерти этой женщины очень отличаются от моих.

Я нахмурилась.

— Как это отличаются?

— Ты говоришь, что я просто стоял на коленях, пока Литтлтон убивал горничную?

— Верно.

— Я этого не помню, — сказал он еле слышно. — Помню, что колдун привел женщину, ее кровь позвала меня, и я ответил на этот зов. — Он облизнул губы, и смесь ужаса и голода в его взгляде заставила меня отвернуться. А он продолжил шепотом, словно говорил с собой; — Очень-очень давно я не испытывал жажды крови.

— Ну что ж, — сказала я, не уверенная, что мои слова ему помогут, — выглядел ты не очень красиво. Глаза сверкали, и ты выставил клыки. Но ты ничего ей не сделал.

На мгновение в его глазах сверкнул слабый отсвет рубинового огня, который я видела в отеле.

— Я помню, как наслаждался кровью этой женщины, размазывал ее по лицу и рукам. И кровь все еще была на мне, когда я привез тебя домой. Мне пришлось смывать ее. — Стефан закрыл глаза. — Это старая церемония, давным-давно запрещенная, но я ее помню. — Он покачал головой и посмотрел на руки, которыми плотно обхватил колени. — Я и сейчас чувствую этот вкус.

Слова неловко повисли. Немного погодя Стефан продолжил:

— Язатерялся в крови. — Он произнес это так, словно это означало нечто сверх буквального смысла. — А когда пришел в себя, второго вампира не было. Женщина лежала, как я ее оставил, а ты была без сознания.

Он посмотрел на светлеющее окно, и его голос опустился на октаву, как иногда у волков:

— Не могу вспомнить, что с тобой случилось.

Он протянул руку и коснулся моей ноги — ближайшей к нему части моего тела. А когда снова заговорил, его голос звучал нормально.

— Ложная память о жажде крови вполне возможна. — Он передвинул ладонь, так что обхватил пальцы моей ноги; его кожа была прохладной. — Но жажда крови обычно затмевает только незначительные вещи. Для меня ты очень важна, Мерседес. Но я подумал, что для Кори Литтлтона ты совсем не важна. И это давало мне надежду, пока я вез тебя сюда.

Я важна для Стефана? Я всего лишь его механик. Да, однажды он оказал мне услугу, но этой ночью я полностью с ним расплатилась. Мы могли бы стать друзьями, если бы я не считала, что у вампиров не бывает друзей. Я немного подумала и поняла, что и Стефан мне небезразличен. И если бы с ним сегодня ночью что-нибудь случилось — что-нибудь плохое — это причинило бы мне боль. Может, он чувствовал то же самое.

— Ты считаешь, он вмешался в твою память? — спросил Сэмюэль, пока я думала. Сэмюэль придвинулся и обнял меня за плечи. Это было приятно. Слишком приятно. Я отодвинулась от Сэмюэля, и Стефан убрал руку от моей ноги.

Он кивнул.

— Либо он изменил мои воспоминания, либо Мерседес ошибается. Не думаю, что он мог бы вмешаться в память Мерседес, хоть он и колдун. На ходячих такое не действует.

Сэмюэль произнес:

— Гм-м-м… Не понимаю, зачем ему внушать Мерси, что ты не виноват в убийстве. Тем более что он считал ее обычным койотом.