Чтение онлайн

То, что творилось в общине я бы назвал словосочетанием «военное положение». Шестерка Стражей на входе хоть и ничего не сказала, но внимательно проводила взглядом. Внутри охранителей сахема было меньше. Редкие патрули и еще три группы: у Синдиката, второго выхода и Врат. Мне даже показалось, что Стражей не особо и много. Всего несколько десятков, тогда как в прошлый раз, при разгроме Видящих, их было в разы больше.

И Охотника нигде не видно: ни у мастеров в их лавках, ни в Синдикате. Община сегодня вообще не отличалась многолюдностью. Те Игроки, которых я встречал, выделялись угрюмой подозрительностью и какой-то фанатичной решимостью во взгляде. Наблюдательность подсказала, что маршрут почти всех одинаков. Одни идут по направлению к сахему, другие напротив, в обратную сторону. Так, а вот это интересно!

Ноги сами понесли меня за Ищущими. Я обогнул знакомый дом и настала моя пора удивляться. Конечно, община пустая, когда все остальные тут. Парочка Стражей вместе с теми самыми Игроками-спецназовцами у дома сахема. Перед ними выстроенная очередь Ищущих, тех, кто, видимо, ожидал аудиенции. Чуть поодаль, уже возле меня, разброд и шатание.

Я отошел в сторону, делая вид, что заметил знакомого. Сам же внимательно стал наблюдать за домиком сахема. Заходили туда разные Игроки. Кто-то почти сразу возвращался, другие задерживались. Видимо, для них внутри шел допрос с пристрастием.

Разнились и эмоции посетителей сахема. Большинство, как ни старались, не могли скрыть довольной улыбки. Некоторые даже продемонстрировали другим ожидающим запястье, где красовалась странное изображение, точно нанесенное серебрянкой. В круге две линии соединены крест-накрест, а в середине, через них, проходит третья, длиннее предыдущих. Она разделяла изображение на равные части. Другие Ищущие, таких было, кстати, немного, выходили мрачные, ни с кем не разговаривали и спешно покидали общину.

– Сергей, – услышал я голос Охотника, – ты откуда тут вообще взялся?

Казалось, наставник был удивлен моему появлению. Он схватил меня за плечо и оттащил в сторону. Однако в его суетливых движениях я заметил самое главное – знакомое изображение на запястье. Только в отличие от остальных, у Охотника линии были жирнее.

– Может я решил вступить в ваш кружок по интересам?

– Не говори глупостей, – оборвал меня Охотник. – Идем.

Он почти что потащил меня в сторону Синдиката. Что интересно, Стражи видели как меня уводят насильно, но демонстративно отвернулись. Вот ведь полицейский произвол! Внутри Синдиката было почти пусто. Наставник отмахнулся от бармена, что метнулся к нам, увидев редких посетителей, и сел за столик. Все это время Охотник старался избегать моего взгляда.

– Я плохой учитель, – негромко сказал он.

– О чем ты? Ты многому меня научил.

– Но не успел еще большему. Теперь надо торопиться, необходимо подготовить Орден. Я думал, у нас больше времени.

– Орден это те ребята, которые красят руки серебряной краской?

– Это не просто краска, а сильное заклятие. Наша отличительная черта, связывающая всех. Если умрет один, мы все почувствуем. Если другой попросит помощи, мы придем.

– Так вы противостоите Всадникам?

– Не совсем. Наш Орден создавался с другой целью и распался, когда мы утратили цель. Осталось лишь несколько хранителей, взявших святыню. Но теперь и святыни нет.

– Тогда откуда столько народу?

– Несколько выживших членов Ордена привели своих учеников. Те своих учеников. Отстойник место тихое, опытные Ищущие, что ушли от своего Пути тут редко умирают. Но все же нас очень мало. К тому же, многих приходится отсеивать.

– Почему?

– Ты знаешь, что творили Всадники?

– Ну наслышан немного.

– Устроили нечто вроде соревнования, размениваясь жизнью людей, как пешками в шахматах. Неужели ты правда считаешь, что всего лишь четыре Игрока могли натворить такое? У них были приспешники, много Ищущих, решивших встать под крыло сильных. После заточения Всадников на них объявили охоту. Кого-то поймали, кто-то исчез.

– Думаешь, кто-то из них выжил и примкнет к Всадникам?

– Уже. Пойми одну простую вещь, грядущее противостояние это не борьба кучки выживших из ума полубогов с установившейся властью в Отстойнике. Противостояние двух разных по своей природе сил. И всегда будут те, кому не нравится существующий порядок вещей. Спящие до поры и способные резко пробудиться – это самые опасные люди.

– Поэтому вы решили собрать Орден?

Охотник грустно замотал головой.

– Наша цель другая. Но она, так или иначе, связана со Всадниками. Больше я не могу тебе ничего сказать. И боюсь, мы теперь не скоро увидимся. Жену я отправил к ее сестре, в Новосибирск, погостить. Надеюсь, там она будет в безопасности. Остался только ты. Пока удается, держись подальше от больших сражений. Хотя, боюсь, что они все равно найдут тебя. Если у тебя есть, что спросить, спрашивай.

Я немного растерялся от объема информации. Не каждый день Охотник решает поговорить, но все же взял себя в руки.

– Кому достаются Лики после смерти? Когда умер Морос, мне на выбор предложили три Лика. Я взял один. Куда делись еще два?

– Тебе вряд ли кто-нибудь скажет. Я называю этот процесс «зависанием». К примеру, когда с Игроком происходит несчастный случай, то Лик не всегда оказывается у ближайшего инициированного обывателя. Должна быть определенная предрасположенность Игрока к Лику. Поэтому на некоторое время он может уйти в небытие, чтобы дождаться своего Ищущего.

– Подожди, Спаситель оказался у меня потому, что был у хорула или дождался, когда найдется подходящий кандидат?

– Я не знаю. Но может быть и так, и эдак. Наверное, хорулы знают.

– Еще одно. Раз Лик нечто почти разумное, может он влиять на обладателя? Есть Лики, к которым у тебя предрасположенность. Это понятно. Но ведь бывают другие, захваченные.

– Что-то было? – оживился Охотник.

– Не знаю, можно ли это назвать чем-то… Будто внутренний голос. Только говорил он так явственно, словно сказанное и не мои мысли.

– Лики обладают определенным влиянием – это верно. Но пока тебе нечего бояться. Лучше быть самим Светом с маленьким пятнышком Тьмы, чем наоборот. В крайнем случае, ты всегда можешь отказаться от захваченных Ликов.

– Отказаться? – внутри родилось какое-то неприятное чувство, которое геймеры бы точно назвали «жабой».

– Тогда Лик уйдет в небытие в ожидании подходящего Игрока. Но подобное мало кто делает. Лики слишком дороги и редки, чтобы ими разбрасываться. Если уж у Мороса их было всего три… Кстати, покажи, что Всадник тебе подарил.