В бою обретёшь ты право своё...
Шрифт:
— Вот-вот умрёт, молодой барин сидит у ложа с самого утра…
— Поспешим, парни! — капитан двинулся в темноту, время, от времени подсвечивая себе фонарём на минимальном накале. Местная женщина шла рядом с ним, указывая повороты подземного лабиринта. Через некоторое время под ногами стало сухо.
Возле одной из окованных железом дверей женщина остановилась, — Это здесь! — она прикоснулась рукой к металлу, — За этой дверью замковая темница. Из неё есть выход на чёрную лестницу. Лестница поднимается до самой крыши и проходит рядом с барскими покоями. По ней обычно поднимают ужин господам…
Снова в ход пошла плазменная горелка. Не тратя лишнего времени, десантник просто срезал петли… засов заскрежетал под весом двери, кракнул и выскочил из паза. Массивное полотнище с грохотом рухнуло на пол.
— Вперёд! — Алексей скользнул вперёд, настороженно поводя стволом автомата. Длинный коридор со стенами из решёток, был освещен несколькими тусклыми факелами. Не успел капитан сделать нескольких шагов, как на противоположном конце коридора, из-за поворота, появилась фигура тюремщика. Негромко хлопнул автомат и охранник, сложившись пополам, рухнул на грязный каменный пол.
— Интересно, где же второй? — вслух подумал Алексей, подходя к телу.
— За выпивкой пошел, наверное? — как эхо отозвалась крестьянка.
— Выпивка, милая, это хорошо! — Алексей отцепил от пояса охранника связку ключей и передал их женщине, — Держи, голубушка, можешь выпустить всех, кого сочтёшь нужным, только учти — с собой забрать мы сможем только тебя и твоего мужа, наша рабочая ночь только начинается…! — в этот момент до них едва слышно донеслись гулкие удары.
— Граф умер! — прошептала женщина, — Это был сигнал!
Змеей, скользнув мимо Алексея, Эслин лицом к лицу столкнулась в дверях со вторым тюремщиком.
— Встречай! — приклад автомата с размаха врезался в челюсть, отбросив охранника с дороги. Двигающийся следом, «Янус» добил его выстрелом в упор.
— «Роджер», останетесь у лестницы! — бросил он на ходу, устремляясь следом за Эслин. Десять бойцов птицами взлетели на третий этаж.
— Ломайте дверь! — Эслин, тяжело дыша, прислонилась к стене, — Обходить слишком далеко, а комната горничных имеет второй выход в парадный коридор…
«Янус» с капитаном синхронно ударили сапогами по двери. Засов застонал, но выдержал, но зато не устоял косяк, и дверь с грохотом рухнула вовнутрь.
— Молчать! Не шевелиться! — Алексей ворвался внутрь, мимоходом увидев четыре двухъярусные койки и освещённые тусклой масляной лампой, побелевшие от ужаса, девичьи лица. Откинуть засов со второй двери и выскочить в широкий, ярко освещённый коридор, было делом одной секунды. Цель была совсем рядом — метрах в десяти справа, двое охранников в кольчугах лениво прислонились к стене. Длинная очередь от бедра отправила их души в ад. Чувствуя за плечами горячее дыхания Эслин, Алексей подбежал к богато украшенной двухстворчатой двери. Не долго думая, капитан дёрнул за ручку, и дверь настежь распахнулась. Большая комната была ярко освещена множеством свечей. В центре её стояла большая кровать, накрытая чёрным балдахином, сидевший возле неё воин в богато украшенных доспехах потянул из ножен меч… Несколько выстрелов и он растянулся на полу в луже собственной крови…
— Перекрыть коридоры! — донеслась команда «Януса», а Эслин сорвала с кровати чёрный шёлковый полог.
— Это она! — в воздухе сверкнула сталь — обнажённая кудрявая шатенка лет двадцати-трёх, двадцати-пяти была распята на кровати при помощи четырёх кожаных ремней. На правом бедре ярко горел штамп Храма. Перерезав ремни, Эслин лихорадочно пыталась поднять шатенку на ноги, но её руки и ноги мотались как у марионетки, а тёмно-карие глаза смотрели бессмысленным младенческим взглядом.
— Не мучайся! — Алексей приложил к плечу шатенки датчик меданализатора, — Это наркотик! — резюмировал он, взглянув на дисплей, — Придётся нести! — он перевалил тело через левое плечо и тут за стеной захлопали выстрелы, сначала по одному, потом очередями.
— Лихо! — капитан мимоходом взглянул на часы, — Опередили всего на минуту!
— Уходим! — крикнула Эслин «Янусу», перебежав через коридор. В каморке горничных она с разбегу уткнулась в спину Алексея. Дорогу ему преградили восемь девушек в длинных ночных рубашках.
— Жить надоело? — Павленко взмахнул автоматом, — С дороги!
— Лучше убейте нас сами, хуже, чем молодой граф вы не сделаете! — бледные лица девушек были решительны.
— Бегом вниз! Уходите вместе с нами, — Алексей двинулся вперёд, — но ради всего святого ШЕВЕЛИТЕСЬ!
Горничных, в момент, как ветром сдуло. За спиной капитана одна за другой разорвались две гранаты и на лестницу один за другим стали выскакивать десантники. Последний, обернувшись, полоснул длинной очередью вдоль коридора, добавив к боевому счёту ещё два-три трупа. Внезапно на первом этаже тоже вспыхнула стрельба, но после трёх-четырёх длинных очередей снова всё стихло…
В подземелье было тесно, шумно и душно… топот ног сливался с хриплым дыханием десятков людей — молодая крестьянка выпустила всех заключённых. Глухо хлопали выстрелы и метались по стенам тени и лучи фонарей. Алексей поправил висящее на плече тело и шагнул в воду… в этот момент темнота за спиной хрипло вздохнула, рядом истошно завизжали горничные, с потолка посыпался песок вперемешку с мелкими камешками — взрывом мощного фугаса пришлось закупорить туннель.
— Всё в порядке! — громовой голос Алексея перекрыл шум, — так и должно быть! Всем успокоиться! — равномерно переставляя ноги, он двинулся дальше.
На пол дороге его догнала Эслин, — Как она?
— Пока дышит! — Алексей оглянулся, — Как там наши?
— Всё нормально, отход проходит успешно…
— Если они пойдут через ворота, у нас будет фора минут в десять-пятнадцать, — Алексей прибавил шаг, — надо двигаться побыстрее!
Когда он уже подходил к выходу из тоннеля, воздух содрогнулся от ещё одного мощного взрыва — зарядом взрывчатки обрушили крутую стенку рва, образовав пологий подъём.
— Сюда! — указал он стволом автомата на осыпь стайке горничных, рубашки которых белели в полутьме неподалёку, — Бегом!
Уже в шаттле, когда он опустил обнажённое тело в кресло и вытер рукой мокрый лоб, его настигло запоздавшее чувство страха от того, что всё пошло кувырком… Один за другим внутрь вбегали десантники, последним, появились «Янус» и местная женщина, на руках у них повисло окровавленное тело молодого мужчины.
— Повоевать решил?! — Алексей разорвал на нём рубаху, — успокойся милая, будет жить твой муженёк, лезвие только скользнуло по рёбрам… — говоря это, он умело перематывал окровавленную грудь бинтом, — крови он, конечно, много потерял, но это не опасно, — как будто опровергая его слова, кровь проступала через один слой бинтов за другим.