В четыре руки
Шрифт:
Октябрь
Листва ещё сознанием живёт,
колышет ветер гребни ирокезов
и в луже птичьей дали антитеза,
и, как у Крёза, полон солнца рот.
***
–Нет ли билетика лишнего?
Съели билетики.
У смерти не выпросишь жизни,
у жизни смерти.
***
Стол, стул, стакан, хлеб да селёдка,
скорбь мировая меж бровей.
Читатель ждёт уж рифму водка,
я наливаю, пей скорей!
***
Да будь хоть арабом преклонных годов,
хоть солнцем, встающим с приветом,
сперва стань читателем собственных слов,
чтоб завтра проснуться поэтом.
***
Давай-ка, жизнь, чуток притормозим,
о свете том и сём поговорим.
И потечёт, рыдая и шурша,
в той пустоте, которая душа.
***
"Где же ты?" – воззвал к Адаму Бог, –
тот скрывался меж деревьев рая.
И воззвал я у земного края:
–Где ж ты, Бог?
***
Что, червь мой, человек?
Тебе всегда всё мало.
Смерти, бессмертия,
окурка, одеяла.
***
Но чьими руками был выращен райский сад?
И первые чувства придумали первые сами ли?
И кто-то, за деревом прячась, печалил свой взгляд
во имя Адама и Евы и Падшего Ангела.
***
Вот и дождик прошёл,
вот и память вернулась опять.
Если нет ничего за душой,
зачем умирать?
***
Рай заселялся,
и первым был фраер с креста,
с лёгкой подачи Христа
нарисовался.
Зима Рильке
Сорвётся старым снегом с крыш домов,
в седой горячке на тропе забьётся.
Наестся мёртвых яблок и вернётся
остановить сознание часов.
***
Отпущу журавля в небо,
на ветку птицу,
напишут на сайте: “Не было
такого автора” или:
"Автор закрыл страницу".
***
Синий снег, тишина, воскресенье,
хорошо до отчаянья,
ни луча под небом, ни под богом тени
не сотрёшь, ибо нет случайного.
Древний мудрец
Ему снился сон, в котором
бабочке снился Чжоу,
которому снилась бабочка,
наколотая на булавку.
***
Забавен в начале
и страшен в итоге
придумавший женщину,
собственность, бога.
***
Любовь и вздохи на скамейке,
и (да!) прогулки при луне –
не труд до гроба на узкоколейке,
не жизнь без жизни на гнилой спине.
***
Слушаем воду, ветер, стих,
шёпот времён.
С точки зрения вечности,
мы не уходим –
идём.
***
Бойся женщины с красным носом,
мужичка с голубым глазком,
воскрешения слова "партком"
и сопливых микробов мороза.
***
Как января серебряная тень,
как память Пушкину у школы,
как самый первый
в самый первый день,
в последний самый стану – голым.
Уроки русского
Я не проснусь от слов на франсе или инглише,
не гнусавь, дорогая, и не томи,
я не пойму откровенное гоу ту ми,
разорви мои вены спокойным "подвинься поближе…"
***
Стихи без ух ты! не стихи,
как будто кама – но без сутры.
Поэт, отмалчивай грехи
или пиши, но только – с ух ты!
***
На родине всё глаже, тише,
где ж ё-моё, ядрёна мать?!
Земляк такую хрень напишет,
что некогда и почитать.
***
Стирает время лица. Но не зря
рыдает Пётр, застыла тень Иуды.
И пробивается сознание оттуда:
–Попробуйте начать с нуля…
Ночные бабочки
Штопор, штрафная рота,
выживи или умри…
Как на фашистские дзоты,
падают на фонари.
***
Двуедино: башмаки и путь,
женская раздвоенная грудь,
свет и тень на старческом лице
и начало нового в конце.
***
Откройте бутылку и пейте
за смерть, за стихи, за отчизну.
Возможно, что там, после смерти,
не помнят стихи о жизни.
***
В грозовой темноте звёздный крест,
кто-то снялся, свалился, воскрес.
Крест, проклятьем ли, взглядом забит
в пуп Вселенной… Пускай поболит.
***
Да Винчи безбожник
да праведник Босх…
Мир, в сущности, множат
секс, зеркало, бог.
***
Себе, рождённому в 45-м
С войны вернулся командир,
посмертный орден у соседа.
Страна тиха, как монастырь.
Рожайте, женщины. Победа.
***
Сон жизнью, жизнь была войной,
был сладок спирт перед атакой,
и мы блевали под стеной