Шрифт:
вторник
Машину нашли, потому что Рыжий завидовал своему приятелю Джимми.
В рощу они в то утро двинули на великах вчетвером. Февраль, в школе короткие каникулы. Велосипеды мальчишки оставили там, где уже не проедешь, где корни и завалившие землю сучья образовали стихийную полосу препятствий. Одиннадцатилетки Рыжий, Алан, Рик и Джимми – одноклассники. У Джимми самый дорогой велосипед. У него все самое дорогое. Одежда, рюкзак, велосипед. Его родители покупали только лучшее. Комната у него была набита игровыми консолями и самыми новыми играми. Вот почему Рыжий дождался, пока Джимми, потея и отдуваясь – они от души набегались и напрыгались, – остановится на самом краю глубокого оврага, и толкнул его. Несильно толкнул. Рыжий рассчитывал, что Джимми испугается или, может, съедет по склону на несколько футов, но сумеет вылезти из оврага сам, пока остальные будут со смехом снимать его на телефоны. Однако склоны оказались слишком крутыми, и Джимми кубарем скатился на дно, в заросли папоротника-орляка, каких-то колючек и крапивы.
– Это не я, – сказал Рыжий. “Это не я” было его обычной позицией, он прибегал к ней в классе, на детской площадке и дома, где жил с родителями и сестрами.
Алан, ругаясь сквозь зубы, стоял на краю оврага и вглядывался в то, что происходит на дне. Рик придерживал его сзади за толстовку, словно боялся, что Рыжему покажется мало.
– Это не я, – повторил Рыжий уже громче.
Все трое смотрели, как Джимми поднимается на ноги. Он оглядел руки, красные от крапивы, потер лицо и нагнулся за веткой.
– Сейчас он тебе устроит, – с издевкой пообещал Рыжему Алан.
Но Джимми стал тыкать палкой в заросли орляка и старательно раздвигать папоротники. Наконец мальчишки увидели, что скрывает высокая трава.
– Кто-то загнал машину в овраг и бросил тут, – крикнул им Джимми.
– Да машины все время где-нибудь бросают, – прокомментировал Рик. – Ты как, сам вылезешь?
Джимми оставил его слова без внимания. Он копошился у машины, старательно расчищая ее. Стекла были целы, но заросли мхом. Джимми натянул рукава на кулаки и принялся тереть стекло.
Мальчишки переглянулись. Первым вниз по склону полез Алан. Рик и Рыжий – за ним.
– Ну чего там, клевое есть? – крикнул Алан.
Джимми прижался носом к стеклу. Попытался открыть водительскую дверь, но ее заклинило.
– По-моему, это “поло”, – пробормотал Рыжий. И пояснил: – Машина, “фольксваген-поло”.
Рик обтер ладони пучком мха.
– Крапивой обстрекался, – пожаловался он.
Алан обошел машину и рванул пассажирскую дверцу. Петли скрипом выразили неодобрение.
– Вроде пусто, – сказал Алан, забираясь внутрь. Он повернул торчавший из зажигания ключ, но безрезультатно. – Глухо.
– Кто-то ее запер и бросил здесь, – заключил Рыжий. Ему уже стало скучно, он пнул крыло машины.
Рик расстегнул штаны и принялся поливать папоротники.
– Если поссать на ожоги от крапивы, все пройдет, – сообщил ему Алан, ответом ему был выставленный средний палец.
Джимми подошел к багажнику и нажал кнопку. Крышка на дюйм приподнялась и на этом застопорилась.
– Помоги-ка, – велел Джимми Рыжему.
Заднее стекло вдруг разлетелось вдребезги. Оба отскочили и обернулись. Оказалось, камень бросил Рик – он ухмылялся, счищая грязь с рук.
– Охренел! – заорал Джимми.
– Пошли отсюда, – ответил Рик.
Рыжий вглядывался внутрь через разбитое окно.
– В багажнике что-то есть, – сказал он и подождал, когда подтянутся остальные.
– Скелет, что ли? – предположил Алан.
– Схохмил кто-нибудь, – сказал Рик. – По-моему, он ненастоящий. Как считаешь?
– И как же, профессор, выглядит настоящий скелет? – огрызнулся Джимми, снимая машину на телефон.
Остальные тоже взялись за телефоны.
– У него волосы, – сказал Рыжий. – Волосы и рубашка.
– Валим отсюда, – предложил Рик и полез вверх по склону. – Пускай его еще кто-нибудь найдет. – Обернулся на ходу: – Ну, чего ждете?
Рыжий и Алан в замешательстве смотрели друг на друга. Услышав голос Джимми, глянули на него. Джимми прижимал телефон к уху. Он звонил в полицию.
Шивон Кларк оставила свою “воксхолл-астру” на подъездной дороге, в самом конце вереницы полицейских машин. Патрульный проверил ее удостоверение и показал, как дойти до рощи. Шивон открыла багажник и переобулась в резиновые сапоги.
– Разумно, – одобрил патрульный, изучая свои облепленные грязью ботинки.
– Я не новичок.
Задние дверцы микроавтобуса экспертов были открыты настежь, один из криминалистов что-то искал в машине.
– Кто распоряжается? Хедж? – спросила Шивон и получила в ответ утвердительный кивок.
Хедж Этуол, звезда шотландской криминалистики. В руке у Кларк завибрировал телефон. Звонили с номера 0131. Телефон не умолкал, и она ответила.
– Алло?
Тишина. Кларк взглянула на экран. “Конец вызова”. Номер ей ни о чем не говорил, но звонок не стал для нее неожиданностью: вчера с этого номера звонили трижды и еще два раза – позавчера. Поначалу Кларк решила, что кто-то ошибся, но теперь ее одолели сомнения. Кларк прошла мимо четырех велосипедов – в полицию, давать показания, мальчиков увезли на машине. Велосипеды доставят потом, когда о них кто-нибудь вспомнит.
До оврага Кларк добиралась минут пять. Сначала она услышала голоса, потом показались люди. Ближайшие деревья были обвязаны веревками. Один из экспертов с трудом карабкался вверх по склону, второй спускался, хватаясь за соседнюю веревку, чтобы сменить его.
– Выживает сильнейший, – пробормотал полицейский рядом с Кларк.
Кларк посмотрела вниз и увидела машину, с которой убрали большую часть всего, что ее скрывало. Техники фотографировали машину, обследовали почву рядом с ней. С переносного генератора свисали дуговые лампы: был еще день, но свет уже начинал меркнуть.