Чтение онлайн

– По-навски, – добавил Шкварка.

– По-каковски? – вытаращился на Шапок Урбек.

– О каких следах ты говоришь? – потребовал ответа Кортес.

– Вы планировали отправить спутник на орбиту, – выдал заготовленный ответ Вилар. – Серьёзное преступление, между прочим.

– Ерунда. – Кортес приятно улыбнулся и легко махнул рукой. – Отправка спутника – не сокрытие следов, а их профессиональное заметание в рамках соблюдения режима секретности. Мы возвращаем аппарат туда, где ему положено быть.

– Но если захочешь, мы выставим счёт не Кумару, а Службе утилизации, – вставил Артём.

Молодой наёмник сообразил, куда дует ветер, и высветил финансовую сторону вопроса – чтобы шасам стало понятнее.

– А так можно? – насторожился Урбек.

– Аванс не возвращается, – строго сообщил Кортес.

– Какой ещё счёт Службе? – удивился Вилар.

– Сам посуди. – Наёмник стал загибать пальцы: – Кто-то должен вернуть спутник на орбиту и кто-то должен оплатить возвращение. А поскольку аппарат ещё на земле, запустить сейчас, а оплатить потом не получится – дураков не найдешь. Варианты такие: или платит Урбек, или Служба. Что же касается возвращения спутника на орбиту, то с ним тоже всё просто: если тебя не устраивает кандидатура Яны – отыщи кого-нибудь другого, например Сантьягу.

– Комиссар, правда, сейчас немного занят, но он наверняка оценит твое предложение, – не удержался Артём.

Присутствующие с интересом уставились на Вилара.

А тот пошевелил губами, словно повторяя про себя речь наёмника, затем медленно вытащил из кармана мобильный телефон, со всего размаха швырнул его на бетонный пол и принялся судорожно топтать ногами.

– Учитесь вести переговоры, – предложил окружающим Кортес. И покосился на полуоткрытые ворота: – А что это за крики на улице?

– Папа, у тебя снова есть поддержка, – почти выкрикнула в телефон Ива.

– Хо-ро-шо…

И на каждый слог – движение или удар.

Явление свежих фей Тыца не порадовало: начали они с «Навских арканов» и почти пробили магический блок прежде, чем хван перевел встречу в рукопашную. В сквере полно прохожих, неподалеку детская площадка, поэтому колдуньи поостереглись использовать мощные заклинания вроде «Эльфийской стрелы» или «Шаровой молнии», подпустили четырехрукого и приняли бой, полагаясь на численное преимущество. Не зря, впрочем.

– Папа, у тебя сбито дыхание.

Дубинка в солнечное сплетение. Шест в это время блокировал выпад длинного кинжала, в голову целилась чья-то пятка, вот и не углядел…

– Папа!

– Сделай чо-нить… – выдохнул Тыц, откатываясь от довольных собой зелёных.

– Уже. – Ива активизировала первый переход. – Сейчас вам будет весело.

Появление на Краснопресненской заставе грифона не сразу вызвало панику, поскольку монстр сидел на монументе: и далековато, и высоковато. Публика таращилась на невиданную зверушку из безопасности тротуарного партера и возбудилась лишь после того, как грифон попытался спикировать в зрительный зал. Пока монстры не рядом, они не страшные.

А на Девичьем Поле камелопард вывалился непосредственно на идущую через сквер дорожку и несколько секунд изумленно таращился на чудную московскую жизнь: торопящиеся прохожие, старушки на скамеечках, медленно прогуливающиеся парочки, дети на площадке, ведьмы, пытающиеся завалить четырехрукого… Переход от полутемного вольера к свободе залитой солнцем улицы ошеломил монстра. И даже первый визг не заставил его действовать.

Зато подстегнул Тыца.

– Камелопард! – рявкнул он, делая ещё один шаг назад.

– Врешь!

Но левая ведьма всё же обернулась на человский вопль и ругнулась:

– Проклятье!

А из вихря вывалилась ещё одна тварь.

– Спасайте челов!

Родители хватают детей, парочки стремглав несутся через дорогу, прохожие шарахаются, старушки и старики ковыляют прочь. Кто-то держится за сердце. Колдуньи бросаются к камелопардам, а хван прыгает в наспех созданный портал.

Который приводит его в туалет Курского вокзала. Тыц сносит дверь, грубо толкает зазевавшегося чела, забегает в соседнюю кабинку и совершает «тройной прыжок» в отчаянной попытке вырваться из-под наблюдения.

Противный скрип в телефоне, затем тишина и вопрос:

– Ты ещё в деле? – хрипит четырехрукий.

– Да, – подтверждает девочка. Видеокамера показывает холл перед внешней дверью в Бестиарий: гвардейцы пытаются её взломать. – У меня есть немного времени.

– Где машина?!

– Позывные маяка: 19-ОХ-192719.

Тыц создает следующий портал и приказывает:

– Через минуту начинай кидать в кузов зверушек.

Он настолько вымотан, что забывает добавить «Пожалуйста».

Визг повторился, но Кортес понял, что зрителей не прибавилось: вопила одна и та же женщина. Лет пятидесяти. В красном сарафане и босоножках. Вопила и тыкала рукой в хвана.

– Идиот, – прошипел наёмник.

Мало того что четырехрукий вывалился из портала, не посмотрев по сторонам, и едва не сбил дамочку с ног, так у него ещё и артефакт морока заглючил, что и привело к очередному проколу режима секретности. Вихрь портала и две дополнительные хванские лапы повергли неожиданную свидетельницу в хтонический ужас.

– Это же Тыц… – прошептал Артём.

– Знаю.

Когда наёмники выскочили из ангара, хван как раз направлялся к заднему борту «М35», не обращая никакого внимания на продолжающую верещать гражданку. Одежда испачкана и порвана в нескольких местах, рюкзак надрезан, на лысой голове царапины и кровоподтеки, едва заметная хромота на левую ногу, но… Но Кортес понял, что Тыц в прекрасной форме, и рисковать не стал.

– Мог бы сообразить, что морок свалился, – громко произнес наёмник, вставая за спиной четырехрукого.