Чтение онлайн

Кому террорист, а кому — борец за свободу.

Слишком волосатые.

Следы этого опроса именно с такой формулировкой до сих пор можно обнаружить по всему Яндексу.

Караваева.

Ирина. Олимпийская чемпионка по прыжкам на батуте. Родом из Краснодара. Если она вдруг читает — то большой ей привет:)

Пуловские.

Журналисты в составе чьего-нибудь пула. Чаще всего — президентского. Президент куда-нибудь ездит, а пуловские ездят с ним и рассказывают, что он там делал.

Главный редактор телеканалов Russia Today, вещающих на английском, арабском и испанском языках. Член Общественной Палаты РФ. Родилась в 1980 году. Окончила среднюю школу в Краснодаре, училась в США. Закончила Кубанский Госуниверситет, факультет журналистики. С восемнадцати лет работала репортером на телевидении, в том числе освещала боевые действия в Чечне. В девятнадцать лет стала лауреатом премии Союза журналистов Кубани «За профессиональное мужество». Освещала захват школы в Беслане, работала в президентском пуле. Возглавляет Russia Today с момента его основания. В октябре 2009 года в докладе Еврокомиссии Russia Today был назван в числе телеканалов, имеющих наибольшее международное влияние, наряду с BBC World News и CNN International. Награждена Орденом Дружбы, медалью Минобороны «За боевое содружество». Ведет кулинарную колонку в журнале «Русский пионер».

Маргарита, вы известный тележурналист, руководитель телеканала Russia Today. Сейчас вы являетесь лицом страны для всего мира. С чего началась ваша карьера?

Стоп-стоп, лицо страны — это вы прямо космически загнули Три наших канала, главным редактором которых я работаю, — вот они в каком-то смысле лицо страны, а не я. И вообще лиц у нашей страны достаточно, и мы знаем их имена Меня в этом списке точно нет.

Карьера моя была безоблачнее и стремительнее, чем я себе представляла в самых диких мечтах. Я родилась в Краснодаре, училась в США по бесплатной программе обмена, после школы поступила на факультет журналистики. В 18 лет вышел сборник моих стихов — его напечатал человек, которому они очень нравились. Этим заинтересовался наш местный телеканал. Ко мне домой приехала съемочная группа и во время интервью меня спросили: «О чем ты мечтаешь?» Я тогда искала работу — любую — и сказала: «О том, чтобы работать у вас». На следующий день меня пригласили на собеседование и взяли на стажировку, потом в штат репортером.

В 19 лет я поехала снимать репортажи в Чечню, где началась вторая война. Было очень страшно. Но зато увидела войну своими глазами. Те репортажи я послала на несколько центральных каналов. Их показали, один из них победил в какой-то внутриканальной номинации. Так я стала стрингером для больших каналов. А через год один из них — РТР — предложил мне стать их штатным собкором на юге страны. Счастью моему не было предела. Мне было 20 лет. Мне стали платить тысячу долларов в месяц — ровно в десять раз больше, чем я зарабатывала до этого. Помню, я долго не понимала, на что можно тратить такие бешеные деньги. Я жила с родителями, купила сразу домой стиральную машину, новый холодильник взамен нашего столетнего, смесители в ванную, шкаф в прихожую, о котором мы 10 лет мечтали. Короче, в семье началось финансовое счастье

Я вспоминаю это время как одну нескончаемую командировку: поехали снимать десятилетие Адыгеи, а тут самолет упал в Сочи, и мы уехали туда, не заезжая домой, а тут гелаевцы зашли в Абхазию, и мы застряли там еще на неделю — без сменной одежды, без ничего. Веселая была жизнь Часто работали в Сочи на визитах Путина — я была на подхвате у пуловских корреспондентов. А в 2002 году меня саму позвали в Москву, в президентский пул журналистов. В основном, я работала на президентских мероприятиях и визитах, но и на других темах тоже.

1 сентября 2004 года наша съемочная группа снимала на Кавказе первый звонок в одной из школ. Там мы узнали о захвате бесланской школы. Съемка звонка отменилась, нам предложили вернуться в Москву. Но мы сказали начальству, что можем быть в Беслане раньше московских групп, потому что мы совсем рядом, поймали такси и поехали в Осетию. Попали в Беслан одними из первых. Я не люблю об этом вспоминать. Могу только сказать, что это было чудовищно. Помню, как я не могла дописать сюжет, потому что просто рыдала — от всего, что мы там видели. Сидела в машине с блокнотом — напишу строчку, реву и не могу успокоиться. До сих пор, когда вижу фильмы про Беслан или даже просто архивы, рыдаю, не могу смотреть. И еще — я с тех пор просто восхищаюсь осетинским народом. Сказать, что это мужественные люди — ничего не сказать.

В 2005 году я стала главредом нового телеканала Russia Today, которого тогда, собственно, не было. Мы строили его с нуля, с каких-то листочков с полубредовыми концепциями. А теперь это три международных телеканала — английский, арабский и испанский, видеоагентство, три Интернетпортала, свой канал в Youtube и т. п. Всем, кто у нас работает, есть чем гордиться, правда.

В последние годы многие журналисты опубликовали свои книги. Как у вас возникла эта идея?

Писать я начала задолго до того, как стала журналистом. И кто меня знает давно и близко, помнят, что я с детства писала — стихи, полурассказы, какие-то беспомощные эссе в тринадцать лет — и всегда говорила, даже в детстве, что когда-нибудь напишу роман. В Америке я много писала, однажды мой рассказ победил в местном конкурсе, чем я страшно гордилась, потому что английский — не родной мой язык. Потом началась работа, и писать стало некогда — только урывками.

Идея этой книги возникла десять лет назад. Тогда же я начала писать некоторые эпизоды, которые, в итоге, вошли в роман. Я пыталась заниматься книжкой в отпусках, по воскресеньям. В прошлом году дала почитать отрывки людям, чье мнение для меня важно. Эти люди меня очень ободрили и одобрили В результате, летом я решила, наконец, взять три недели отпуска и засела за книгу. И после отпуска по ночам продолжала писать. Все лето ложилась спать только с рассветом — на пару часов, а потом опять на работу. Писать книгу, кстати, оказалось намного легче, чем работать на телевидении. Гораздо больше удовольствия и гораздо меньше ответственности. На телевидении если ты провалишься, ты подставишь людей, которые с тобой в команде. А с книжкой — можно подставить только себя. Это не так страшно.

История, рассказанная в книге, была реальной?

Основной сюжет — выдуманный. Но в нем нет ничего такого, чего не могло бы быть в реальности в нашей стране, и довольно много историй, которые действительно были, поворотов судьбы реальных людей. Просто, скажем, они художественно обработаны. А уж атмосфера описанных городов, все детали, характеры героев, образы — все это списано со знакомых мне мест, настоящих людей и ситуаций.

Кто был прототипом героев?

У каждого героя было несколько прототипов, все они — собирательные образы. Я использовала истории, биографии, характеры, фразы, внешность знакомых мне людей, а в силу работы я знакома с бесчисленным количеством самых разных людей. Впрочем, мне кажется, так делают все, кто пишет. Манеру речи моей любимой героини — Лианы — я, к примеру, писала со своей старшей сестры — она живет в Сочи, как и большая часть моей огромной семьи. Когда я приезжаю в Сочи, хожу за сестрой, за ее детьми и подружками с коммуникатором и записываю все, что она говорит. С таким фантастическим природным чувством юмора я больше никогда не сталкивалась.