В ожидании Годо
Шрифт:
Э. – Понимаешь, все это…
В. – Я понимаю, в чем дело. Да, я понимаю, что произошло.
Э. – Все это…
В. – Проще пареной репы. Кто-то пришел, взял твои башмаки и оставил тебе свои.
Э. – Почему?
В. – Его башмаки ему не подходили. Тогда он взял твои.
Э. – Но мои слишком малы.
В. – Для тебя. Но не для него.
Э. – Я устал. (Пауза.) Пойдем.
В. – Мы не можем.
Э. – Почему?
В. – Мы ждем Годо.
Э. – Ах, да. (Пауза.) Тогда что делать?
В. – Ничего.
Э. – Но я так больше не могу.
В. – Хочешь редиску?
Э. – Это все, что есть?
В. – Есть редиски и репки.
Э. – Больше нет морковок?
В. – Нет. Кстати, ты слишком увлекаешься морковками.
Э. – Тогда дай мне редиску. (Владимир копается в карманах, находит только репки, вынимает наконец редиску, дает её Эстрагону, тот рассматривает её, принюхивается.) Она черная!
В. – Это редиска.
Э. – Ты прекрасно знаешь, что я люблю только белую!
В. – Так ты её не хочешь?
Э. – Я люблю только белую!
В. – Тогда отдай её мне.
Эстрагон отдает ему редиску.
Э. – Пойду поищу морковку.
Не двигается.
В. – Это действительно начинает становиться бессодержательным.
Э. – Все еще не до конца.
Молчание.
В. – А что если тебе их попробовать?
Э. – Я уже все перепробовал.
В. – Я хочу сказать, башмаки.
Э. – Ты думаешь?
В. – Это поможет убить время. (Эстрагон колеблется.) Я тебе говорю, для разнообразия.
Э. – Для удовольствия.
В. – Для развлечения.
Э. – Для удовольствия.
В. – Примерь.
Э. – Ты мне поможешь?
В. – Конечно.
Э. – У нас неплохо получается, а, Диди, когда мы вместе.
В. – Конечно, да. Давай сначала попробуем надеть левую.
Э. – Мы всегда что-нибудь придумываем, а, Диди, чтобы сделать вид, что мы живем.
В. – (нетерпеливо) Да, да. Мы волшебники. Мы не даем сбить себя с толку. (Поднимает башмак.) Ну же, дай ногу. (Эстрагон подходит к нему, поднимает ногу.) Другую, свинья! (Эстрагон поднимает другую ногу.) Выше! (Ухватившись друг за друга, они скачут по сцене. Владимиру наконец удается надеть ему башмак.) Попробуй пройтись. (Эстрагон идет.) Ну как?
Э. – Он мне идет.
В. – (вынимая веревку из кармана) Сейчас зашнуруем.
Э. – (неистово) Нет, нет, не надо зашнуровывать, не надо!
В. – Ты не прав. Примерим другой. (Сцена повторяется.) Ну как?
Э. – И этот мне тоже идет.
В. – Они тебе не жмут?
Э. – (внимательно делая несколько шагов) Пока нет.
В. – Тогда ты можешь оставить их себе.
Э. – Они слишком большие.
В. – Может, когда-нибудь у тебя будут носки.
Э. – Да, правда.
В. – Так ты их оставляешь себе?
Э. – Хватит говорить про башмаки.
В. – Да, но…
Э. – Хватит! (Молчание.) Пойду присяду.
Смотрит где сесть, затем идет сесть там, где он сидел в начале первого акта.
В. – Вот тут ты сидел вчера вечером.
Молчание.
Э. – Если бы я смог заснуть.
В. – Вчера ты спал.
Э. – Я попробую.
Свертывается в клубочек, голова между ног.
В. – Подожди. (Подходит к Эстрагону и начинает громко петь.) Баю-бай, баю-бай.
Э. – (поднимая голову) Не так громко.
В. – (тише) Баю-бай, баю-бай, Баю-баюшки-баю, Баю-бай, баю-бай, Баю-баю…
Эстрагон засыпает. Владимир снимает свой пиджак и накидывает ему на плечи, затем начинает ходить по сцене во всех направлениях, потирая руки, чтобы согреться. Эстрагон резко просыпается, поднимается, делает несколько растерянных шагов. Владимир бежит к нему, заключает в объятия.