В ожидании сердца
Шрифт:
ТАРАКАНУШКИН. А вот и мы! Я все боялся опоздать к ужину.
ПАРКИНСОН. Простите, вы заказывали номер?
ТАРАКАНУШКИН. Ну, конечно, моя фамилия – Тараканушкин.
ПАРКИНСОН. Ах, вы – супруги Тараканушкины!
ТАРАКАНУШКИНЫ. Нет, Тараканушкин – это я. А жена у меня – Иванова. Она почему-то не захотела взять мою фамилию. Может, передумаешь, дорогая?
ИВАНОВА. Не передумаю, дорогой!
ТАРАКАНУШКИН. Разрешите ключик от номера. Хочется отдохнуть с дороги.
ПАРКИНСОН. Здравствуйте, здравствуйте, дорогие мои! Сердечно рад приветствовать вас в отеле «Медовый месяц». Моя фамилия ПАРКИНСОН. Что означает…
ТАРАКАНУШКИН. Да, я знаю. Руки вытяните! Нормально. Болезнь Паркинсона возникает в результате поражения подкорковых узлов головного мозга. Сколько вам лет?
ПАРКИНСОН. Трудно сказать…
ТАРАКАНУШКИН. Атеросклероз. Ключ дайте!
ПАРКИНСОН. Паспорта, пожалуйста! (Берет у них паспорта, исследует, смотрит на Иванову.) У вас редкое имя – Калерия. Штампы ЗАГСА. Все в порядке…
ТАРАКАНУШКИН. А что, обманывают?
ПАРКИНСОН. Бывает. Но чаще обманываются… Заполните пока анкету заезжающих, а я оформлю договор и расскажу вам о нашем отеле.
ТАРАКАНУШКИН. Не надо. Вы мне высылали проспект, я прочитал и очень хотел бы взглянуть на грудь Афродиты…
ИВАНОВА. Зачем? Тебе моей мало?
ТАРАКАНУШКИН. Милая, ты же знаешь, я не могу пройти мимо женской груди. Это профессиональное.
Портье сочувственно смотрит на новобрачную и торжественно достает из сейфа шелковую подушечку с грудью.
ПАРКИНСОН. Вот она – грудь Афродиты Таврикийской. Есть такое поверье: если прикоснуться к ней правым безымянным пальцем…
ТАРАКАНУШКИН. Хм, левая грудь…
ПАРКИНСОН. Левая? Вы уверены? Вы археолог?
На лестнице появляется Олег с блокнотом. Увидев Калерию, замирает, изумленный.
ТАРАКАНУШКИН. Нет, я врач-маммолог и левую грудь от правой отличу с закрытыми глазами. Та-ак… Молочная железа явно не кормившей женщины. Можно пальпировать?
ПАРКИНСОН. Что?
ТАРАКАНУШКИН. Пощупать.
ПАРКИНСОН. Пожалуйста.
ТАРАКАНУШКИН. Та-ак. Уплотнений, новообразований, узелков не наблюдается. Идеальная грудь! Божественная! Калерия, хочешь потрогать?
КАЛЕРИЯ. Нет.
ТАРАКАНУШКИН. Ну. потрогай, я тебя прошу!
Калерия (сопротивляясь). Нет, я не хочу! Не хочу!
Олег, не отрывая взгляд от Калерии, спускается вниз.
ТАРАКАНУШКИН. Ну, в чем дело? Что за капризы?
Хватает ее руку и прижимает к мраморному осколку. Гаснет свет. В темноте раздаются голоса.
КАЛЕРИЯ. Пусти меня! Что ты делаешь?
ТАРАКАНУШКИН. Ничего я не делаю…
КАЛЕРИЯ. Я тебя ударю!
ОЛЕГ. Ударь!
Слышен звук пощечины.
ТАРАКАНУШКИН. За что?
ПАРКИНСОН. Не волнуйтесь, господа! Подстанция у нас старенькая. Иногда гаснет свет. Сейчас снова загорится. Лучше не двигайтесь, а то можно свалить пальму или удариться о перила…
Загорается свет. Немая сцена. Занавес.
Конец.
1997
Смотрины, или Контрольный выстрел
Семейная трагикомедия в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Иван Афанасьевич Кораблев, академик.
Вера Михайловна, его жена, профессор.
Иосиф Иванович, их сын, доктор наук.
Эдита Ивановна, их дочь, актриса.
Юрий Павлович, ее муж, полковник.
Дарья, их дочь, переводчица.
Виктор Кораблев, племянник из Ташкента.
Владимир Ильич Корзуб, олигарх.
Инна Константиновна, секретарь-референт.
Кабулов Нурали Худайназарович, участковый милиционер.
Светлана Петровна, дворничиха.
Галя, ее дочь, студентка.
Алексей, старший лейтенант, подводник.
1-й телохранитель.
2-й телохранитель.
Персей Лоидис, греческий миллионер.
Секвоев, кинорежиссер.
Марк Львович, издатель.
Солдатик.
Декорации в стиле 50-х годов. Двор большого «сталинского» дома. Доносится шум улицы. Виден один подъезд. Вдали шпиль Университета. Конец апреля. Цветут старые яблони. Дворничиха Светлана Петровна метет мостовую. На лавочке сидит участковый Кабулов и разгадывает кроссворд. Мимо идет Марк Львович.
СВЕТЛАНА ПЕТРОВНА. Гражданин, вы к кому? Ой, Марк Львович, извините, не узнала вас в шляпе-то.
МАРК ЛЬВОВИЧ… Здравствуйте! (Идет в подъезд.)
СВЕТЛАНА ПЕТРОВНА. Здравствуйте.
КАБУЛОВ. Петровна, Петровна! По горизонтали. Писатель, лауреат Нобелевской премии. Десять букв.
СВЕТЛАНА ПЕТРОВНА. Как ты меня достал! Солженицын (садится рядом с Кабуловым).
КАБУЛОВ. Правильно. Солженицын.
СВЕТЛАНА ПЕТРОВНА. Через «ы» пишется, грамотей! Иван Афанасьевич из 12-й квартиры с ним в одной шарашке работал.
КАБУЛОВ. Шарашке? Шарашка-чебурашка. И чего только в русском языке нет? Вот он мне и надо.