Чтение онлайн

Он тянется в карман, чтобы достать ручку, и я наблюдаю, как его пальцы задерживаются на кончике красной ручки.

Черт! Я так и знал. Неужели я действительно думаю, что смогу справиться с этим? Вся эта зубрежка в Гарварде, а в итоге ты окажешься в сточной канаве. Какая пустая трата моей гребаной жизни.

— Мистер Бейкер, должен сказать вам, что ваша рукопись произвела на меня большое впечатление, — он тепло улыбается. Возможно, я слишком много думаю. Он сдвигает очки на переносицу, его лицо смотрит на мое, явно ожидая ответа.

Веди себя уверенно. Не доказывай слабость.

— Спасибо, мистер Гриммер. Для меня большая честь, что вы видите мое видение. Как вы знаете, это моя первая попытка опубликовать собственную работу.

— Ну, все мы должны с чего-то начинать, мистер Бейкер, и у вас определенно есть талант, чтобы сделать карьеру. Теперь я хочу видеть готовую рукопись. Представьте ее мне к первому сентября, и если она будет соответствовать тому, что я читал до сих пор, вы заключите сделку с издательством.

Первого сентября?

Через восемь недель?

Как, блядь, я собираюсь это провернуть?

— Спасибо за возможность, мистер Гриммер, — я встаю и вежливо пожимаю ему руку.

Правой рукой он похлопывает меня по спине: — Мистер Бейкер, я верю в вас и вашу работу. У вас есть то, что я не часто встречаю… сострадание. Ты сможешь это сделать, сынок. Не отвлекайся и смотри на приз.

***

Я слышу громкие звуки волн, разбивающихся о берег, когда иду по пляжу, пытаясь очистить свои мысли. Восемь недель, чтобы закончить рукопись, на написание которой у меня ушло шесть месяцев. Большая гребаная проблема в том, что она была написана, когда я был на высоте, как воздушный змей. В те дни, когда я почти не спал, когда я уединялся в своей квартире с закрытыми жалюзи, глубоко в темноте, только мои мысли и я.

Но я не прикасался к этому дерьму так долго.

Не с тех пор, как я обнаружил, что Чарли — гораздо лучшая зависимость.

Только без Чарли у меня нет вдохновения, что оставляет мне только один вариант — вернуться к преследованию.

Она бы так чертовски гордилась тобой, если бы знала, что ты пишешь, и это делает все это нормальным. Верно? У Чарли есть сердце, самое большое сердце, которое я знаю. Чертовски жаль, что она тратит его на таких подонков, как Эдвардс.

«Глаза на приз». Когда это будет сделано и опубликовано, возможно, Чарли поймет, чего ей не хватало все это время — мужчины, который искренне любит ее и только ее. Мужчина, который перевернет небо и землю и даст ей все, чего она заслуживает.

Я закрываю глаза, желая увидеть лицо Чарли, но вместо него в голове проносится образ мертвого тела Челси, заставляя мое сердце на время остановиться. Я хватаюсь за грудь, боль пронизывает меня насквозь.

Что это было, черт возьми?

Демоны возвращаются, те же самые, которые держали меня в ловушке все эти годы. Те же самые, что скрываются в тенях и мучают меня своим призрачным присутствием.

Мне нужен побег, что угодно, лишь бы унять боль.

Демоны дразнят меня, их глаза жаждут белой кислоты.

Бежать, блядь. Сейчас же.

Я мчусь обратно к машине, зная, что должен использовать все свои силы, чтобы отвлечься. Единственное, что я могу сейчас сделать, это вернуться в свой «офис» и погрузиться в работу. Мне просто нужно пережить сегодняшний день. Выжить.

Отвлечься на работу, повторяю я про себя.

Мое рабочее место стало домом вдали от дома. Здание находится в центре Лос-Анджелеса и является довольно новым. Как и в любом отделе новостей, здесь царит атмосфера постоянного хаоса. Сотрудники бегают, как индюки за неделю до Дня благодарения, другие сидят за своими перегородками и громко разговаривают по телефону. Звук клавиатур, щелкающих с рекордной скоростью, разносится по всему офису — отчаянная попытка уложиться в желанный срок.

Я вхожу в главное фойе, где меня встречает наша секретарша Найри. Она новенькая в нашем офисе, и у меня почти не было возможности поговорить с ней. Наши телефоны разрываются от звонков, и она постоянно занята. Сегодня она спокойно сидит за компьютером и печатает.

— Доброе утро, мистер Бейкер, — радостно приветствует она.

— Найри, зови меня Джулиан, пожалуйста, — игриво ругаю я.

— Извини, Джулиан, — выпрямляется она, — У меня для тебя куча сообщений. Возможно, ты сейчас самый разыскиваемый человек.

— Смотря для кого…, — мои глаза пляшут, когда я наблюдаю за ней, ожидая ее кокетливой реакции на мой комментарий.

Найри — невероятно красивая женщина, высокая и стройная, с идеальным количеством изгибов во всех нужных местах. Ее пронзительные голубые глаза и непокорные светлые волосы выделяются на фоне остальных. Она широко улыбается и протягивает мне сообщения. Наши пальцы на мгновение соприкасаются.

Хм, разве она не была бы хорошей девушкой для секса? Ладно, серьезно, не стоит смешивать бизнес с удовольствием, но все, о чем мой член сейчас может думать, это удовольствие. Вот что бывает, когда твой племянник переезжает к тебе, и у тебя нет личного времени, чтобы подрочить. Я подмигиваю ей и направляюсь в свой кабинет, пытаясь скрыть выпуклость в штанах, которая требует разрядки.

С горой выполненной работы день проходит довольно быстро, и не успеваю я оглянуться, как часы показывают пять тридцать. Офис начинает освобождаться, когда звонит мой телефон — это Найри.

— Мисс Паркинс, задерживаетесь? Довольно продуктивный сотрудник, — поддразниваю я.

— У меня тут кое-кто хочет вас видеть, — вежливо отвечает она.

Черт, как бы я хотел, чтобы это был телефонный звонок. Серьезно, Джулиан, иди в гребаную уборную и подрочи сейчас же.

— Конечно, кто это?

— Он предпочел бы видеть вас…

Хм, странно: — Хорошо, впусти его.

Я привожу в порядок свой стол, делая его более презентабельным, не зная, что когда она сказала, что кто-то придет ко мне, это означало, что через несколько минут в моем кабинете будет стоять Лекс, мать его, Эдвардс.