Чтение онлайн

– Некоторые идут на разрыв с прошлым. Тот же республиканский царь, о котором вы только что говорили.

– Бросьте, – посоветовал Самедов, – там все то же самое. Он ведь получил власть из рук «царя Бориса». И лучше всех понимал, что именно сделал этот человек для развала страны. Уже спустя несколько лет Путин скажет, что развал страны был крупнейшей геополитической катастрофой века. Это и скрытая оценка деятельности такого «лидера», как Борис Ельцин. И сколько лет он терпел в своем окружении всех чиновников, которые ему достались «по наследству». Все эти заносчивые олигархи, наглые губернаторы, зарвавшиеся чиновники, о которых он гарантированно знал, что они взяточники и проходимцы. Но ведь терпел и постепенно избавлялся от них.

– По-моему, он все делал правильно. Нельзя было сразу избавиться от всех. Нельзя было вести войну сразу со всеми.

– Возможно, – согласился Самедов, – но мы говорим о компромиссе. Он тоже был способен на подобные компромиссы. Долго ждал, терпел, приспосабливался. Потом убирал.

– Теперь я понял вашу теорию. Вы тоже ждете и выжидаете момент, чтобы нанести свой удар?

– И сразу нанесу, если появится хоть малейшая возможность, – зло сказал Самедов, – мы все одинаковые в этой компании. Стая волков, каждый из которых хочет стать вожаком. И все боятся своего вожака, ожидая, когда он, как Акела, промахнется.

Послышался автомобильный сигнал. Приехал Николай Квитко. Припарковав машину, Николай вышел и направился к ним.

– Добрый день, – кивнул Николай.

– Как ваша сестра? – спросил Дронго.

– Лучше, – кивнул он, – гораздо лучше. Спасибо вам за вчерашний героизм. Если бы не вы, все было бы гораздо хуже. Она сейчас в отеле, врач сделал ей укол, и она спит. Но обещала вам позвонить.

– Самое главное, что она поправляется, – ответил Дронго.

– Надеюсь, что все будет хорошо, – улыбнулся Николай, проходя в дом.

Самедов пошел следом за ним.

– Наверняка Максудов будет сейчас обсуждать наши совместные проекты, – сказал он.

Дронго взглянул на часы. Еще никто не мог знать, что преступление состоится очень скоро. Никто, кроме самого убийцы.

Он еще сидел у бассейна, когда из дома вышла Эка. Она подошла к бассейну, взглянула на Дронго. При ее появлении он поднялся.

– Наши мужчины уже готовы обсуждать все проблемы, но Резо пошел наверх, чтобы побриться. А вы, как всегда, немного в стороне. Как настоящий одиночка.

– Я не имею никакого отношения к компании «МСИ», – напомнил Дронго, – и здесь я как гость. Кстати, недавно приехал господин Квитко.

– Я его видела, – ответила Эка, – слава богу, он приехал без своей сестры. Оставил ее в «Хилтоне». Надеюсь, что мы ее больше не увидим до самого отъезда.

Дронго промолчал. Он начал сознавать истоки ненависти Эки к сестре Николая Квитко. Все, о чем мечтала госпожа Джанашвили, все, что ей хотелось получить или исполнить, делала Елена Квитко. Она была более свободна, более последовательна и более счастлива. Именно поэтому ее так ненавидели другие женщины. Ведь им часто не хватало именно этой свободы и последовательности, и, как результат, своего счастья.

– Вы не будете купаться? – спросила его Эка.

– Нет, – ответил он, – я не взял с собой плавки. Я не знал, что здесь будет такой роскошный бассейн.

– Интересно, что вы сказали вчера Лене, когда она пришла к вам переодеваться. То же самое? Или вы готовы были купаться с ней даже без плавок?

– Не готов, – возразил Дронго, – и не нужно так говорить. Я действительно не взял с собой плавки. И не собирался купаться ни вчера, ни сегодня.

Она повернулась и молча вошла в дом. Он снова уселся в кресло. «У каждого из присутствующих свои комплексы и свои проблемы», – в который раз подумал он. Из дома вышла Малика. Она улыбнулась.

– Вы сидите один, – сказала она, – и мне стало вас немного жалко. Может, войдете в дом, там в кабинете есть хороший бар.

– Я не пью, – развел руками Дронго.

– Это я уже вчера заметила. Скоро приедет повар из ресторана, который приготовит для нас мясо.

Она еще раз улыбнулась и направилась в дом. Дронго пошел следом за ней. И услышал громкий голос. Это говорил Сарвар Максудов. Было слышно, как он выговаривает своим партнерам, очевидно, он был недоволен их концепцией развития. Через некоторое время из гостиной вышел Николай. Увидев Дронго, он подошел к нему.

– Я думал, что вы у бассейна.

– Что у вас случилось? – спросил Дронго.

– Ничего. Сарвар предлагает нам свой план развития компании, который, кажется, не устраивает никого. Ни меня, ни Самедова, ни господина Джанашвили. Хотя Резо очень не вовремя вспомнил, что он должен побриться. Надеюсь, что он быстро разберется со своей щетиной.

– Возможно. – Дронго хотел пройти, но Николай его остановил.

– Подождите, – попросил он, – я сейчас разговаривал с Леной. Она уже не спит. Хочет поговорить с вами. Только давайте выйдем на террасу, к бассейну, чтобы нам здесь не мешали.

– Пойдемте, – согласился Дронго.

Они снова вернулись к бассейну. Николай достал аппарат, набрал номер сестры и протянул телефон Дронго.

– Добрый день, – услышал он ее голос, – как вы поживаете?

– Здравствуйте, – поздоровался он, – я неплохо. А как ваша нога?

– Гораздо лучше. Я лежу в постели, и нога у меня почти не болит. Врачи говорят, что нет ничего опасного. Через два-три дня будет совсем хорошо. Хотела вас поблагодарить.

– Не за что. Я чувствую себя немного виноватым за то, что случилось. Нужно было не разрешать вам подниматься по склону.

– Не нужно так себя укорять. Ничего страшного не произошло, – возразила она, – это я виновата. Надеюсь, что мы еще увидимся.

Он покосился на ее брата, стоявшего рядом.

– Обязательно, – сказал Дронго, – я в этом не сомневаюсь.

Ей не обязательно знать, что он завтра улетает в Стамбул, а оттуда в Рим. И возможно, они больше никогда не увидятся. Он попрощался с ней, пожелал ей выздоровления и вернул телефон Николаю.

– Спасибо вам еще раз, – протянул ему руку Николай, – вы вчера просто оказались палочкой-выручалочкой для моей сестры. Может, выпьем? Я знаю, что вы не пьете, но давайте выпьем на брудершафт.