Шрифт:
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Это была опять та самая девушка. Высокая, худенькая, с развевающимися светлыми волосами. Дэвид недовольно ухмыльнулся. Он наблюдал за тем, как она ищет свое место в посадочном талоне. По всей видимости, незнакомка считала себя очень важной, поскольку совершенно не замечала, что заслоняет проход между рядами своей огромной сумкой и задерживает продвижение пассажиров в салон. В ней была та самая высокомерность, которая так раздражала Дэвида в Алике.
Одежда незнакомки выглядела весьма элегантно: прямые брюки, шелковый топик, свободный расстегнутый пиджак, рукава которого чуть прикрывали запястья.
Девушка медленно оглядывала верхние полки для багажа, изучая светящиеся номерки. Дэвид посмотрел на пустое кресло рядом с собой, и у него появилось чувство, что это место ее. Он снова взглянул на девушку, и в этот момент их глаза встретились. Обоим показалось, что они уже виделись где-то. Восторга это не вызвало ни у Дэвида, ни у Клаудии.
Она вообще была в ужасном настроении. Совершенно безумное утро на работе, поездка в аэропорт и этот кошмарный самолет, глядя на который можно лишиться сознания: грязный, ветхий, неудобный… И в довершение всего ей, видимо, придется сидеть рядом с этим самоуверенным, напыщенным снобом, который в Хитроу смотрел на нее как на полную дуру.
Клаудия уже было собралась попросить стюардессу поменять ей место, но, оглядевшись по сторонам, увидела, что свободных мест нет. Да и почему, собственно, она должна чувствовать себя стесненно? Какое ей дело до этого человека? Сразу видно: упертый бизнесмен, без чувства юмора, без обаяния. Она будет просто игнорировать его, и баста!
Закинув сумку на плечо, Клаудия решительным шагом направилась к своему креслу — 12 В, как было указано в посадочном талоне. Конечно же, оно находилось рядом с ним!
При ее приближении Дэвид взял папку с документами и уткнулся в бумаги, всем своим видом показывая, что не намерен ни с кем общаться. Клаудия поджала губы. Экий невежа! Но у нас это не пройдет! После ее двухчасовой непрерывной болтовни — а уж она постарается! — он будет жалеть, что вообще открыл рот тогда, в Хитроу. Эта мысль показалась ей настолько замечательной, что Клаудия даже улыбнулась. Возможно, кому-то надолго запомнится этот полет!..
— Привет еще раз! — весело сказала она, плюхаясь в кресло рядом с ним.
Подозрительно посмотрев на нее, Дэвид слегка кивнул и выдавил из себя что-то вроде приветствия, а после этого со значительным видом опять вернулся к чтению. Как она могла стерпеть такое?
Конечно, не могла.
— Какое совпадение, не правда ли, что мы сидим вместе? — продолжала Клаудия тем же радостным тоном.
Дэвид про себя подумал: «Вот уж никак не ожидал, что ты тоже едешь в Тель-Аман», а вслух произнес:
— Да уж точно!
И он снова углубился в бумаги.
— Я думала, что вы летите в Дубай, — весело прощебетала Клаудия. — Знаете, это так интересно — делать предположения по поводу своих попутчиков, — добавила она.
— Нет, не знаю, — огрызнулся Дэвид, но Клаудия притворилась, что не услышала.
— Я просто не представляю вас в Шофраре! — Она стрельнула в него глазами.
— Это почему же?
— Ну, Шофрар такое замечательное место, такое веселое, — произнесла Клаудия, мысленно поздравив себя с победой. Она добилась своего! Разговор, кажется, завязывается.
— Что же, по-вашему выходит, я слишком скучный тип для поездки туда? — нахмурился Дэвид.
— О, нет, я совсем не это имела в виду! — улыбнулась она. — Просто Шофрар звучит так необычно, так ново и романтично… — Клаудия бросила лукавый взгляд на Дэвида. Он поспешно отвел глаза. — Когда я увидела вас в Хитроу, то подумала: такой чопорный мужчина не может лететь в ту страну. — Она закрыла рот ладошкой. — Ой, как грубо получилось! Я совсем не это хотела сказать! Спокойный, весь из себя такой положительный… Наверное, эти слова лучше подходят, чем «чопорный». Вы выглядите, как тот тип мужчины, который никогда не даст своей супруге повода волноваться и обязательно позвонит, если будет задерживаться.
Дэвида это замечание покоробило. Спокойствие и рассудительность были теми качествами, которые он всегда в себе ценил, но девушка внесла свой смысл в значение этих слов, она имела в виду: скучный, флегматичный.
— У меня нет жены, — парировал он. — И если это вас так интересует, то я много раз бывал в Шофраре, по крайней мере больше, чем вы. Вы ведь считаете, что там романтически прекрасно? — съязвил он. — А на самом деле это жаркая, бесплодная земля, там нет никаких развлечений для туристов, средства сообщения развиты плохо. Поэтому я думаю, что именно вы, а не я, будете там некстати. Может, я и выгляжу чопорным, но мое преимущество в том, что я знаю пустыню, я привык к тем условиям. Вы же кажетесь мне слишком избалованной. Ну, я имею в виду, избалованной комфортом… Мне думается, вы испытаете там шок!
— Правда? А почему вы решили, что я там ни разу не была?
Теперь наступила очередь Клаудии возмутиться.
— Просто я видел, как вы мучились с этой огромной сумкой. — Он кивнул на сумку под сиденьем, которая еле туда поместилась. — Только тот человек, который никогда не был в пустыне, мог взять с собой кучу ненужного тряпья…
Клаудия закусила губу. Она уже начала жалеть, что затеяла перепалку. Ну почему он не оказался скромным, тактичным, по-рыцарски галантным, то есть тем мужчиной, который и не вспомнил бы о кошмарном случае в Хитроу?
Тогда она сидела напротив Дэвида в зале вылета. Все ждали объявления рейса. Поскольку задержка в отправлении порядком действовала на нервы, пассажиры бродили по зданию аэропорта. Многие дети плакали. И только один человек, сохраняя олимпийское спокойствие, настолько углубился в свои бумаги, что казалось: его ни капельки не волнует происходящее вокруг. У него была довольно обычная внешность, каштановые волосы, равнодушное выражение лица. Клаудию он заинтересовал именно своим поведением. Ей было интересно, как можно среди этого шума и гама работать. Наверное, перед ней явный трудоголик, решила она.