Чтение онлайн

Дункан. Она взглянула на него через улицу и перехватила его взгляд. В ее сердце шевельнулось гордость.

Высокий, в просторной мантии, которая ничуть не скрывала, а только подчеркивала его широкие плечи, он был похож на воина. Увидев его в окружении ученых мужей, она поняла, почему парадная одежда играла такую важную роль. Большинство его коллег были облачены в черное, кое-кто — в синее, а один человек носил пурпур. На одних были шляпы, другие набросили на головы капюшоны. Что значат все эти различия?

Сама Джейн по сравнению с ними выглядела жалко. Она вспомнила, как утром, посматривая в зеркальце, устанавливала у себя между ног валик из куска полотна. Как у нее оборвалось дыхание при виде его обнаженного торса, когда Дункан полуголым ввалился в спальню и едва не застукал ее за этим занятием.

А потом он заставил ее одевать себя.

И она очутилась так близко, что услышала запах его кожи. Кончики ее пальцев горели огнем, когда она, расправляя мантию, дотрагивалась до его груди и мечтала исследовать его плечи, его мускулистые руки, такие неожиданно сильные для мужчины, занятого науками. Она боролась с собою и со своими желаниями и с огорчением замечала, какими неуклюжими становятся от волнения ее руки — вместо того, чтобы быть нежными и ловкими, как у настоящей женщины.

Она никогда не была женственной. И никогда не жалела об этом так сильно, как тогда.

Усилием воли Джейн заставила себя перевести глаза на короля и, увидев, что он, уже спешившись, стоит в окружении свиты и членов Палаты лордов, вспомнила, с какой целью пришла сюда. Надо во что бы то ни стало подобраться к нему поближе, улучить момент и заговорить с ним.

Что она почувствует, когда предстанет перед своим сиятельным родственником? Заметит он или нет, что между ними есть сходство?

Эх, быть бы мужчиной, а не жалкой женщиной… Тогда ее приблизили бы ко двору или даже взяли в королевскую свиту. Короли не стыдились внебрачных отпрысков мужского пола. Наоборот, возвышали их, раздавая военные, церковные и светские должности. О незаконнорожденных девочках вспоминали лишь изредка, когда возникала необходимость укрепить узами брака политический союз, но по большому счету девочки — как вышло с Джейн и Солей — были никому не нужны. С другой стороны, фавориток короля редко ненавидели так сильно, как их мать.

Король Ричард поднялся на деревянную платформу и занял импровизированный трон. Она вгляделась в его утомленное лицо, выискивая общие со своими черты. Но оказалось, что король ничуть на нее не похож, хоть был таким же светловолосым и голубоглазым. Он отличался от нее не только наличием редкой бородки на щеках. Его пухлые губы алели на лице, словно бутон розы, напоминая девичьи уста больше, чем ее собственные, а подбородок был маленьким и округлым.

Она вздохнула. Может, оно и к лучшему, что они не похожи. Никто не заподозрит, что под маской юного студента по имени Джон прячется Джейн, дочь покойного короля.

Расслабленно развалившись на троне, король взирал на процессию представителей торговых гильдий. Мясники, пекари, лавочники, кланяясь, проходили мимо, но он смотрел как бы сквозь них, почти не замечая их красные, голубые и зеленые флаги — владыка надо всеми людьми, наделенный властью исполнять любые желания, будь то свои или чужие.

Он был так добр, что даже позволил Солей сочетаться браком с человеком, которого она полюбила.

После парадного шествия началось представление. Ноги у Джейн затекли от многочасового стояния, но ни она сама, ни окружавшая ее толпа, не двинулась с места. В честь короля была приготовлена сценка о царе Соломоне, что было наилучшим выбором для университетского городка, и Ричард, наблюдая, как актеры превозносят его и сравнивают его мудрость с мудростью библейского царя, впервые улыбнулся.

Ну и пусть ее семья не самого высокого мнения о короле. Неважно, мудр он или глуп, главное, что в его власти даровать ей возможность занять достойное место в жизни и повидать свет. И потому, когда представление закончилось, Джейн, несмотря на уставшие ноги, осталась стоять на месте, чтобы не пропустить момент, когда король снова пройдет мимо.

***

Увидев короля в сопровождении ректора и епископа, Дункан напряженно замер. Осмотр факультета тоже был частью приветственной церемонии, но король едва ли снизойдет до разговора с ним или кем-нибудь из его коллег.

Уставший, вспотевший под своим облачением, Дункан стоял в самом конце. Король равнодушно скользил взглядом по рядам закутанных в черное ученых мужей, но, увидев его, остановился и прищурился. Дункан кивнул, догадавшись, что Ричард его вспомнил.

Король приблизился.

— Дункан из Клифф-Тауэр?

Он поклонился так низко, насколько позволила гордость. Не в его характере было заискивать перед кем-то моложе и неискушеннее него самого. Даже если этим человеком был король.

— Ваше величество.

— В прошлую нашу встречу ты был бородатым варваром, а теперь, гляди-ка, ты настоящий ученый муж.

Ректор за спиной короля натужно заулыбался.

— В этом году наставник Дункан впервые попробует себя на ниве преподавания. Он открыл общежитие для студентов с севера.

Король кивнул.

— Воистину ты полон сюрпризов, наставник Дункан.

Дункан склонил голову. На его удачу ректор отошел в сторону и принялся о чем-то беседовать с членами совета.

— К сожалению, ваше величество, не все мои сюрпризы приятны. — Пора. Другого шанса не будет. — Шотландцы, как стало мне известно после нашей встречи, взяли моего отца в плен и требуют за него выкуп.

Лицо Ричарда исказила ярость.

— Подлые ублюдки.

Порой казалось, что король ненавидит шотландцев сильнее, чем французов.

— Зная отношение вашего величества, я хотел взять на себя смелость попросить вас посодействовать его освобождению. — Вне всякого сомнения, король, купавшийся в золоте, мог позволить себе выделить немного денег на выкуп за мелкого рыцаря.

Ричард оглянулся через плечо на своего дядю, герцога Глостерского, и прочих лордов совета, и Дункан понял, что без их одобрения он не может пожертвовать никакую, даже самую скромную сумму.