Чтение онлайн

— Не просто видел. Я говорил с ним. Он знает, как меня звать, — гордо сообщил он.

Джейн остолбенела. Насколько она разбиралась в запутанных родственных терминах, новый король, хоть и был на несколько лет ее старше, приходился ей сводным племянником. И все же они никогда не встречались. Похоже, даже простолюдин с севера был выше статусом, чем она, жалкая женщина.

— И что тебе сказали в совете?

— В следующем году. — Его слова отдавали горечью. — Сказали, что помогут, но в следующем году.

Захватчики не станут ждать, пока совет выберет удобное для войны время. Она задумалась, далеко ли от них этот Эпплби.

— Почему не сейчас?

— Потому что сейчас у них нет денег, и скоро зима, а зима не лучший сезон для военной кампании. Были еще какие-то отговорки, да я не запомнил.

Ни ее сестра — тоже незаконнорожденная дочь усопшего короля, — ни зять не уважали нынешнее правительство, но держали язык за зубами. Было опасно ссориться с королем, пусть он и был не таким хитрым и коварным, как его предшественник.

— Тогда почему ты едешь в Кембридж? — Разве мужчина не должен мчаться во весь опор на защиту родного дома?

— Там протирает штаны парламент, почему же еще, — ответил он таким тоном, словно даже ребенок мог бы самостоятельно прийти к этому логичному и простому выводу.

— Знаешь ли, я не умею читать мысли. — Иметь дело с парламентом, судя по опыту ее семьи, было во сто крат хуже, чем с королем, но она благоразумно придержала эту мысль при себе. — Ты что, заседаешь в Палате общин?

Кто он, этот северянин? Менестрель или законник?

— Нет, но мне надо переговорить с теми, кто заседает.

— А что король? Он тоже в Кембридже?

— Прибудет через две недели, — ответил Дункан.

— Я слышал, он статен и пригож лицом.

— Наверное, ты слыхал это от девок. Но соглашусь, со стороны он и впрямь выглядит по-королевски в своих раззолоченных нарядах.

Она была уверена, что узнает короля с первого взгляда. В том, что они увидятся, раз уж он приезжает в Кембридж, Джейн даже не сомневалась.

Дальше они ехали молча. Разговор больше не отвлекал ее. Широкая спина Дункана загораживала ее от горячего летнего ветра, и все равно всем телом она ощущала жар. Он шел откуда-то изнутри.

Никогда еще она не находилась так близко от мужчины, и вдобавок от такого — родом из северных приграничных земель. Десятки вопросов рвались у нее с языка. Северяне, если верить слухам, были звероподобными варварами, но этот… Этот был не такой.

— Расскажи мне о своем родном крае, — в конце концов попросила она. Когда еще выпадет случай удовлетворить свое любопытство.

Некоторое время он молчал, потом произнес:

— Там горы, много гор. Спорю, ты-то в горах никогда не бывал.

Она покачала головой, хоть со спины он и не мог этого видеть.

— Нет.

— Видел бы ты наши холмы, скалы, ручьи… Душа так и поет, когда смотришь.

Холмы и ручьи? Не похоже на холодную и мрачную обитель Люцифера, каким она рисовала север в своем воображении.

— Тебе там нравится?

— Земля говорит со мной.

— Ну прямо поэзия, — не удержалась она и закусила губу, испугавшись, что задела его. Но он, кивнув, безо всякого стыда подтвердил:

— Земля и есть поэзия.

Непривычно было слышать столь возвышенные речи от простолюдина. И все же, только дикари могли добровольно поселиться на неприветливом севере, да еще и превозносить его.

— Но увы, мне давно нет там места. — Он передернул плечами, будто прогоняя неприятные мысли. — Ну, а ты откуда будешь, парень? Выкладывай, не ломайся.

Она пожевала губу, сочиняя ответ.

— Ну? — Он оглянулся через плечо.

Сначала правда, потом немного лжи — и правдоподобная версия готова.

— Родился я в Эссексе, но жил под Бедфордом. У дяди. — Эти края наверняка незнакомы ее попутчику, поэтому он не поймает ее на лжи. — С тех пор, как мои родители умерли.

Не желая распространяться о своей семье, она без колебаний сделала из себя сироту и приготовилась выслушать соболезнования. Никаких особенных угрызений совести она не испытывала. В конце концов, ее отец и впрямь умер. Но Дункан вместо сочувственных ахов и охов только коротко буркнул, что ему жаль. Между ними опять повисло молчание. Похоже, мужчины не склонны к праздной болтовне.

— А в Кембридж я иду, чтобы изучать право. А после буду служить королю, — наконец прервала она паузу, заодно рассчитывая произвести впечатление на этого дикаря, который, верно, и читать не умеет.

— Ишь ты. — Дикарь, как ни странно, оказался нисколько не впечатлен. Неожиданно знающим тоном он осведомился: — И где же ты учился?

Она запоздало пожалела о своем бахвальстве.

— Дома. Меня учил священник. — В школы допускались только мальчики.

— И сколько тебе лет? Наверное, не больше пятнадцати, раз голос еще ломается.

Она внутренне порадовалась своему низковатому для девушки голосу. Чтобы сойти за мальчика, нужно скосить себе пару лет.

— Будет пятнадцать на Сретение.

— И ты впервые отправился в университет.

— Да, — ответила она, не догадавшись, что это был не вопрос.

— Латынь хорошо знаешь? — продолжал он засыпать ее вопросами.

— Неплохо.

— Ubi jus incertum, ibi nullum, — без тени акцента сказал он.

Кажется, что-то нелицеприятное о законе.

— Varus et mutabile semper femina, — ответила Джейн, запинаясь. Хочешь поддержать разговор с мужчиной — скажи гадость в адрес женщины.