Чтение онлайн

Мэтью был доволен. Не успел он пробыть в доме и нескольких дней, как стал преданным учеником дяди Питера. Он с благоговением внимал его речам: вероятно, он знал о делах дяди Питера, но, как и многие до него, был готов забыть обо всем. Наверное, ему казалось, что человек, которого так волнует тюремная реформа, не может быть плохим.

Дядя Питер действовал быстро. Он нашел фирму, которая была готова опубликовать книгу. Оставалось провести некоторые подготовительные мероприятия.

— Это всегда необходимо, если ты не профессиональный писатель. Чем скорее мы все подготовим, тем лучше.

Мэтью изменился. Я замечала, что он начинает считать брак, на который он пошел только из-за сострадания к Елене, благом. Теперь у него были добрейшая теща, которая готова каждого одаривать своей любовью, и могущественный тесть, который был расположен к нему и с распростертыми объятиями принял его в семью.

Дядя Питер привлек людей для доработки книги, и я не сомневалась, что ему удастся привлечь к ней немалый интерес.

Я начала понимать мотивы дяди Питера, потому что однажды за ужином он сказал:

— Ты понимаешь, Мэтью, недостаточно написать книгу. Сама по себе книга важна: люди читают ее и проникаются негодованием. «Так не должно быть», говорят они, а потом их внимание привлекает что-то другое. Книга будет интересной лишь несколько дней.

Сражение не может быть выиграно одной только книгой!

Мэтью растерянно посмотрел на него:

— Но я думал, сэр, пробудить у людей совесть…

— Так и будет. Но совесть — вещь переменчивая, и повторяю, этого недостаточно. Ты должен отстаивать свое дело перед всей страной, и есть только один способ сделать это.

— Я не понимаю. Нужна другая книга?

Дядя Питер покачал головой:

— Скоро состоятся выборы. Выставить свою кандидатуру в парламент, мой дорогой друг, стать членом парламента, поднять этот вопрос! Это единственный путь: закон может изменить только парламент!

— Я всегда мечтал заниматься политикой! Я считаю, что это реальный путь что-то изменить!

— Отлично! Хочешь мой совет?

— Я был бы очень признателен, вы так добры ко мне!

Дядя Питер улыбнулся:

— Уже сейчас ты должен начать думать о выдвижении своей кандидатуры в парламент!

— Вы считаете, что я могу быть избранным?

— Мы сделаем так, что это будет возможным. В первую очередь, книга вызовет определенное волнение.

— Вы уверены?

— Мы сделаем все, чтобы это произошло: такие вещи нельзя оставлять на волю случая! Ты приобретешь известность! Сейчас тебе нужно обзавестись собственным жильем, небольшим домом в Вестминстере, где-нибудь неподалеку отсюда. Вы с Еленой будете принимать полезных людей. Я кое-что понимаю в таких вещах: успех во всех делах во многом зависит от полезных людей. Это еще не все, конечно, но играет определенную роль. У тебя должен быть дом, уютный, но не очень большой. Такой, какой прилично иметь начинающему молодому политику, чьим главным интересом является благо страны. Для тебя неприемлемы некоторые законы страны, и ты собираешься стать членом парламента, чтобы их изменить. Именно для этого нужны политики. Ты написал книгу, ты побывал в Австралии, чтобы получить сведения из первых рук!

Ты разговаривал с заключенными! Ты легко привлечешь на свою сторону честных избирателей, люди заинтересованы в реформе. Подумай о реформенном биле и тех изменениях, которые он произвел. Если ты хочешь добиться тюремной реформы, существует единственная возможность сделать это — только парламент!

Глаза Мэтью заблестели. Он уже видел себя успешно реформирующим законы страны. Тетя, Амарилис была горда. Она все еще горевала о моей матери, но теперь у нее был зять, который пользовался покровительством дяди Питера и уже стал уважаемым членом семьи. Кроме того, был Джонни. Тетя Амарилис быстро восстанавливала свой обычный жизненный оптимизм.

— Амарилис, — сказал дядя Питер, — мы еще не сделали Елене и Мэтью подарка, не так ли? У меня есть предложение: мы подарим им дом. Я присмотрел один славный, в двух шагах отсюда. Он свободен. Там и палата общин будет под рукой, и они смогут устраивать небольшие приемы без особой пышности. Мы будем приглашать туда нужных людей, и я не сомневаюсь, что книга Мэтью и новые знакомства уменьшат трудности начинающего политика!

За столом все оживились. Я подумала о том, как же умен дядя Питер: он манипулировал Мэтью и уже сделал его своим рабом. Мэтью был простодушным молодым человеком, которого, действительно, волновали страдания других. Мэтью — великолепное орудие для дяди Питера. Ни один человек не усомнится в искренности Мэтью, и это будет на руку дяде.

Я недоумевала, каковы основные мотивы, побуждающие дядю Питера поступать так? Их не могло не быть, он добивался чего-то большего, нежели помощь карьере зятя. Я предположила, что он будет использовать его в качестве своего рупора в парламенте.

Может быть, он надеялся, что Мэтью сможет поспособствовать его собственному выдвижению?

Дядя Питер улыбался мне. Он словно догадывался о моих мыслях, и они его веселили.

Пару дней спустя я столкнулась с дядей Питером на лестнице.

— Моя дорогая Аннора, — сказал он, — я хотел бы поговорить с тобой.

Я смотрела на него в недоумении.

— Я чувствую некоторую ответственность, — продолжал он, — я твой дядя, а ты — молодая женщина с состоянием. Это означает ответственность, боюсь, слишком тяжелую для твоих хрупких плеч. Я хочу поговорить с тобой наедине, где-нибудь, где никто не помешает. Я знаю такое место. Ты ведь не была еще в харчевне у Бекета?

— У Бекета? Я что-то слышу об этом каждый день от тети Амарилис.

— Бекет работал у нас в конюшне, но всегда хотел иметь собственную харчевню с постоялым двором. Мне нравится, когда у человека есть свое дело. Небольшая помощь, и вот он уже встает на ноги, оправдывая оказанную помощь. Он прекрасно справляется с ролью хозяина, а мисс Бекет превосходно готовит. Время от времени они приглашают нас пообедать. К нему мы и отправимся. Там мы сможем поговорить.

В тот вечер за ужином он сказал:

— Аннора выразила желание посетить харчевню Бекета. Я подумал, что мы с ней могли бы там завтра пообедать.