Чтение онлайн

– Это твой муж?

– Да! – удивляя даже себя, восторженно сказала я.

Подруга улыбнулась. Она хотела что – то сказать по этому поводу, но завела автомобиль и коротко ответила:

– Ясно! Ну что, поехали?

– Да! – весело крикнула я.

Мы отъехали от дома и Лиза хитровато спросила:

– Поедем как в прошлый раз или…

– Я выбираю «или». Оштрафуют еще, – не дав договорить подруге серьезно сказала я.

Лиза засмеялась:

– Испугалась что ли? Ну хорошо, «или» означает, что тут поедем медленно, а на безлюдной местности разгуляемся!

– Ну… ладно! – вздохнула я.

Лиза толкнула меня в бок:

– Лер, когда ты стала бояться опасностей? Ты теперь такая трусиха!

Эти слова разожгли во мне огонь.

– Трусиха? – тяжело дыша от возмущения, сказала я. – Я? А ну, прибавь скорости!

– Вот такой настрой мне по душе! Узнаю прежнюю тебя, – захохотала подруга.

Если честно мне понравилось гонять с Лизой тогда, в прошлый раз. Но я была одета не «по форме», а сегодня я надела футболку и шорты и мне было очень удобно.

Спустя пятнадцать минут мы выехали за черту города. Кое – где просматривались небольшие ветхие домишки, но они всe чаще сменялись небольшими деревьями с яркими зелeными листьями. Я выдохнула.

– Ну что, готова? – подмигнула Лиза.

– Ага, – кивнула я.

– Поехали!
– Лиза вдавила педаль газа в пол, в прямом смысле. На секунду показалось, что она еe сломала. Меня прижало к сиденью, но я не растерялась и выпрямилась. Оконные пейзажи потеряли свой смысл и стали расплываться.

– Лер, что у нас там по радио? – не поворачивая головы, спросила Лиза.

– Сейчас.

Я покрутила магнитофон и настроила радио. На нашей волне мы услышали старую и до боли знакомую песню и стали подпевать:

Kusha las payas, kusha las payas

Ay que tremendas que vienen las payas

Я подняла руки и начала двигать ими в такт песне.

Kusha las payas, kusha las payas

Ay que tremendas que vienen las payas

Лиза отвлеклась и поглядела на меня.

– За дорогой смотри! – крикнула я, указывая рукой на лобовое стекло.

Лиза повернула голову и посмотрела на трассу. На нас ехал грузовик. Подруга вывернула руль с такой силой, что я не успела опомниться. Через пару секунд мы съехали в кювет.

Удивительно, но мы почти не пострадали. У меня была царапина на лбу, – об этом мне сказала Лиза, – а у Лизы была разбита губа. Машине повезло меньше, на капоте остались две большие вмятины, лобовое стекло потрескалось. Радио было сломано, оно лишь издавало какие – то дребезжащие звуки.

– Куда ты так гнала?! – с укоризной в голосе произнесла я.

Подруга села на корточки около автомобиля и с грустью опустила взгляд в землю, рассматривая траву. Через пару минут она странно улыбнулась и полезла в бардачок машины. После нескольких минут усердных поисков какой – то вещи Лиза улыбнулась:

– Нашла! Страховку нашла! – она помахала перед моим лицом страховкой.

От такой радости я забыла, как хотела накричать на подругу и обняла ее. Но Лиза снова загрустила, чувствуя вину, и присела около машины. Я подошла к ней и тоже присела. У меня заурчало в животе.

– А что там с нашими бутербродами? – решила я отвлечь подругу от осуждений себя самой. Лизавета грустно на меня посмотрела.

Я полезла на заднее сиденье и нашла на нем корзину для пикника. Корзина, в которой лежало наше единственное пропитание, слегка деформировалась, но это не страшно. Главное – бутерброды остались целы. Нам очень повезло. Мы сели на траву и начали есть. Бутерброды оказались очень вкусными и сытными. У меня даже возникла мысль, не посещает ли муж тайком кулинарные курсы? Хотя, возможно, он и до этого готовил так же прекрасно, просто я готовлю всегда, а если что – то готовит Георгий, то он готовит это для себя. Нет, надо всe – таки, чтоб он хоть иногда заменял меня на должности стряпухи.

Отвлeкшись от своих мыслей, я обратила внимание на поникшее лицо Лизы. Совсем сникла девчонка. Помнится я еe такой никогда и не видела. Она была настолько грустной, что я сама едва не заплакала. Грустно вздохнула.

– Извини, что накричала, я не со зла! Все образуется! – толкнула я Лизу в бок «по – братски».

Она улыбнулась. А затем как будто бы преобразилась сама: щeчки стали румяными, в глазах проблeскивали огоньки. Такое чувство, будто мы вернулись в далeкий пятый класс, в тот вечер, когда мы втроeм обсуждали, кем мы хотим стать.

На тот момент я хотела стать стюардессой, но потом поняла, что боюсь летать. Валера, по – моему, хотела стать актрисой. Она так восторженно говорила о своей мечте, так убеждала нас, а мы верили. Хотя тогда все, включая еe, знали, что актeрство – это «неблагородный труд крестьян» и если даже каким – то чудом она поступит на актрису, родители еe быстренько оттуда вытолкают. Но мы молчали об этом, боясь разрушить прекрасную мечту. А Лиза подняла глаза к небу и зажмурилась. Потом она распахнула глаза и мы увидели в еe глазах отражение первых звeзд, появившихся на небе. Она сказала, что будет работать в полиции, а кем, пока не решила. И нам вдруг показалось, что одна яркая звезда подмигнула ей. Мы сочли это знаком.

Когда поели, мы вызвали эвакуатор и полицию. Ждать пришлось около получаса. За это время мы вынесли сумки из машины. К счастью их было две: мой чемодан и рюкзак Лизы. В полупустой рюкзак, в котором были только теплая кофта, телефон и зарядник мы сложили остатки бутербродов.

– И… как нам теперь добираться? – спросила неуверенно я, пока мы ждали помощи.

– Если честно… Я не знаю…– взволновалась Лиза. – Эх, все из – за меня! А хотя… километрах в двух отсюда живет мой друг, у которого есть мотоцикл. Он может дать. Права у меня есть, всe по закону. Не автомобиль, конечно, но всe равно хорошо!