Чтение онлайн

После исписанных двух листов, Ветрову стукнуло в голову написать Насте. Сначала подумал, а вдруг она сейчас с этим своим Колей сидит, смеется и весело болтает. Вдруг они вообще целуются или любовью занимаются. На душе стало противно почему-то от этих глупостей. И вместо сообщения, Ярослав нажал на кнопку вызова.

К черту.

Она ведь не говорила, когда можно звонить, а когда нельзя. А у него вон и вопросы есть по грамматике. И вообще! Ничего такого в позднем звонке же нет. Хотя попрощались они как-то не очень радужно. Вернее, Ярик психанул. Он и сам понимал, реакция неправильная. Так нельзя. Но ничего не смог с собой поделать. Эти милые разговоры раздражали. Сильно. Шариковая ручка успела треснуть, а негатив никуда не ушел.

— Але, — послышалось на другом конце провода буквально со второго гудка. Голос у девчонки был взволнованным, но теплым. От нее вообще всегда веет теплом.

— Привет, не отвлекаю?

— Нет, конечно, нет. Рада тебя слышать, — почти шепотом произнесла Калашникова. Не говорят обычно девчонки такие слова, по крайне мере, Ветрову не говорили. А если и говорили, то в какой-то пошлой интонации.

— Нормально добралась домой? — зачем-то спросил Ярик. Он убеждал себя, что это просто из вежливости. По этикету положено.

— Да, спасибо. А ты?

— Замерз немного. Зима пришла быстрей, чем я успел купить шапку.

— Надо исправлять положение, — казалось, Настя улыбалась, до того мягко звучали слова. Никакой игривости или флирта. Такая обыденная фраза, а вены обдало кипятком.

— Не хочешь отпускать меня в царство Снежной Королевы?

— Ну… мне тогда придется тебя спасать.

— Отогреешь? — Ярик отчетливо понимал, что этот вопрос смутит Настю. И внутри все зазвенело вдруг натянутой струной, просто от одного осознания. Улыбка на лицо скользнула, и в сердце сладко кольнуло. Он томился в ожидании ответа. Секунды казались вечностью. Давно такого не было. А было ли вообще, уже и не вспомнить.

— Ой, бабушка идет, — выдала Калашникова спустя, наверное, вечность.

— Ругаться будет?

— Я сейчас перезвоню, — сказала она уже шепотом. А потом послышался женский голос. Видимо и правда, бабушка.

На повторный звонок Ветров не решился. Что он вообще творит, зачем так с ней говорил. Пиво видимо. Точно. Алкоголь туманит разум. Поэтому, чтобы на утро не краснеть, Ярик написал сообщение. Пожелал добрых снов и отключил сотовый.

Проснулся Ярослав в твердом убеждении, что повел вчера себя, мягко говоря, странно. Начиная от выходки в библиотеке, и заканчивая вечерним разговором. Настя наверняка лишнего нафантазировала. И как ей теперь в глаза смотреть. Нет, нужно держать расстояние. Девчонка хорошая, значит не надо быть скотом. Пора заканчивать с этими частными уроками, разговорами и прочей ерундой. Ничем ведь приятным не кончится, если не оборвать сейчас.

В универе на экономической географии, Ярик умудрился заочно выбить себе автомат. Так разговорился с учительницей, еще и блеснул своей фирменной улыбочкой, что она заявила во всеуслышание — будет тебе зачет.

Зато по теории переводов по английскому что-то пошло не так. То ли англичанка была не в настроении, то ли карты не сложились.

Тема еще со своими шутками про ревность доканывал. В конце дня совсем обнаглел, кидал «ой, Настя там», «ой, Настя идет». Сначала Ветров оборачивался, а потом дал подзатыльника другу. Надо ж, никак не успокоиться.

Не ревновал Ярослав. Не было никакой ревности. Да и откуда вообще может взяться это глупое чувство, если симпатии к человеку не испытываешь. Нет, она хорошая безусловно. Просто не его типаж.

На следующий день, Ветров шел на занятие с Калашниковой с одной единственной мыслью — попрощаться. Больше не будет частных уроков, и вообще надо заканчивать. Правда, решил, сообщит после, чтобы не портить настроение. Даже коробку дорогих конфет купил в качестве благодарности. Хотел еще цветы, но потом отбросил эту идею. Странно будет прийти в библиотеку с букетом. Их тогда оттуда попрут в три шеи.

Когда он вошел в зал, Настя уже сидела. Все те же косички, только платье сегодня мятного цвета. Самое оно под глаза, подумал Ярик.

— Привет, — улыбнулась девчонка. Вела она себя в последнее время уже более раскованно. Видимо привыкать начала к нему.

— Привет. Прости, я чуть задержался.

— Да ничего. М, я тут… — она замялась, а потом полезла в сумку. Ветров отодвинул стул, уселся рядом и выжидающе поглядывал. — Это тебе!

— Мне? — не сразу понял. Взял черный пакетик из рук девчонки, заглянул внутрь.

— Надеюсь, понравится.

— Шапка? — изумленно спросил Ярослав, рассматривая подарок. Темно-зеленая, с кожаной плашкой сбоку. И судя по ощущениям, очень теплая.

— Чтобы не забрал тебя никто в царство Снежной Королевы, — смущенно промолвила Калашникова. Ветров даже немного растерялся. Нет, девушки ему дарили подарки, но какие-то банальные: шампунь, духи, одна вообще наушники беспроводные купила, кто-то дорогой вискарь. А тут шапка.

— Мне идет? — решил сразу примереть. Почему-то захотелось, и все тут. Без всяких логических объяснений.

— Да, хорошо смотрится.

— Я как-то… в общем, никогда мне не дарили таких теплых подарков. Спасибо, — расплылся в улыбке Ярик. Ерунда вроде, а приятно так стало. Ведь шапка не шампунь или вискарь. Она означает проявление заботы.

Желание отказываться от уроков моментально сдвинулось на второй план. Да и как после такого отказывать? Нет, будет некрасиво и по-свински. Лучше в другой раз.

Занятия они начали на бодрой ноте. Повторили материал, домашние номера проверили, а потом Ярослав совсем разошелся.

— Я тут такое слово интересное нарыл. Глянь? — быстренько начиркал и протянул Насте. Она внимательно посмотрела сначала на иероглифы, затем на Ярика.

— Не встречала его. Но… думаю, что могу предположить перевод.

— Серьезно? — Ветров даже придвинулся. Азарт проснулся откуда-то. И когда только ненавистный китайский успел превратиться в нечто столь увлекательное.

— Первый иероглиф газ, второй сила, третий горячий, четвертый вода, а пятый…

— Сосуд.

— Ну да. Если соединить все это в одно слово, то… — Настя задумалась всего на секунду, но и этого хватило, чтобы засмотреться на нее. Вот так же, как в тот вечер в автобусе. Слишком нагло, пристально. Отвести бы взгляд, да только каких усилий это стоило.