Чтение онлайн

— Это не то же самое, Августина. То, что происходит между Заком и Лиз, совсем не похоже на то, что произошло между нами. Зак никогда ее не трогал. Не сравнивай его со мной. Он не плохой парень.

— А ты, значит, да? Так или иначе, я не думаю, что ты смотришь на вещи таким образом.

Он знал, что должен отпустить ее, знал, что прикасаться к ней было опасно, но не мог заставить себя отступить. Впервые за тринадцать лет она смотрела на него. Она давала ему возможность объясниться.

Разве все эти годы он ждал не этого? После той ночи он снова и снова пытался ей дозвониться. Она поменяла номер, и он убедил себя, что это к лучшему. В следующий раз, когда они увиделись, она была так холодна, что Роман решил, будто все воспоминания о теплоте ее улыбок и горячих объятиях были ложными. С тех пор пролетело больше десяти лет. Мужчина думал, что пережил их связь. Он даже убедил себя, что влюбился в другую женщину. Позже он планировал заключить брак. Раз или два ему в голову действительно приходила мысль завести семью. Он полагал, что, когда станет старше, это будет неизбежно. Может, воспитать детей будет вовсе не так ужасно. Возможно, он достаточно повзрослел, чтобы стать порядочным отцом. Роман не был уверен.

В чем он был чертовски уверен так это в том, что он был здесь с Августиной. Круг замкнулся.

— Я считаю себя человеком, который причинил тебе боль, хотя и не хотел этого.

Она отступила, разрывая их связь со смехом, который прозвучал совсем не весело.

— Роман, это было целую вечность назад. Я уже давно об этом не вспоминала.

Для него это было сигналом вздернуть подбородок и кинуть фразу, что он вообще давным-давно об этом забыл. По крайней мере, так бы он поступил раньше. До смерти Джой. До того, как они потеряли Мэда. Пережив все это и осознав, что жизнь может оборваться в любой момент, мужчина стал менее воинственным.

— Я много думаю об этом. В последнее время — постоянно.

Ее глаза вспыхнули, верный признак того, что ее удивили. Было приятно узнать, что у него все еще это получается.

— Почему?

Он снова приблизился к ней, словно мотылек, которого тянуло к пламени.

— Полагаю, я чувствую, что годы давят на меня. Мне совсем не хотелось тебя ранить.

Она не могла встретиться с ним взглядом.

— Все нормально. Я была в порядке.

Но теперь, когда он стоял так близко, Роман ясно увидел, что это не так. Тогда она была не в порядке, и теперь ее броня стала еще прочнее.

— Тина, мы были так молоды. И определенно амбициозны. Если бы мы решили завести серьезные отношения, уверен, это стало бы катастрофой. Мы были не готовы к обязательствам.

Идеально ухоженная бровь выгнулась.

— Мы?

Он почувствовал ловушку, но не знал, как избежать ее.

— Да, Августина. Мы понятия не имели, что делаем. Но мы повеселились и многому научились. В конце концов, никто не пострадал. В этом возрасте чувства легко приходят и уходят, верно? Так разве мы не должны простить себя за любые ошибки и двигаться дальше?

Она отстранилась и стала холодна как лед.

— Конечно. Никто не пострадал. Все прощено. Считай, что мы движемся дальше.

На него нахлынуло неожиданное острое разочарование.

— Что я сейчас сказал неправильного?

Ее лицо побледнело, она нацепила ту безразличную маску, которую он видел последние тринадцать лет.

— Ничего. Прошлое осталось в прошлом, и нам лучше оставить его там. А сейчас мне нужно убедиться, что в гостиной все готово для Лиз. Уверена, что после встречи с прессой ей понадобится немного времени. О, и я хотела спросить… Зак привезет с собой подружку? У него запланировано много выступлений. В последнее время он везде появляется с какой-нибудь бимбо под ручку.

Роман ясно понял две вещи: его не простили, а прошлое не было просто забытым воспоминанием.

— Он встречается с другими людьми не ради того, чтобы ранить Лиз.

— И все же ему прекрасно это удается. Но, в конце концов, он учился у лучших.

Он почувствовал, как закипает. При виде ее напряженной язвительной улыбки разочарование внутри него вспыхнуло и переросло в гнев.

— Что это должно значить? Черт возьми, Тина. Ты говоришь, что забыла все, что произошло между нами, а в следующую секунду снова попрекаешь меня прошлым. Чего ты от меня хочешь?

— Правду, — ответила она. — Если Зак относится к Лиз чисто профессионально, почему он не даст ей уйти? Может быть, у нее есть другие возможности, которые она хотела бы использовать.

— Это между ними двумя.

Девушка снова встала перед ним, готовая сражаться.

— Нет, это не так. В этой пьесе сразу виден почерк Романа Колдера. Думаешь, я не знаю твоих приемов?

— Так значит, я всегда во всем виноват? Все, что идет не так, каждый гадкий политический ход, ты все приписываешь мне. В твоих глазах никто другой не может быть так плох, как я. Но, конечно, ты полностью пережила то, что произошло между нами.

— Так и есть. Мне на тебя плевать. Я и думать о тебе забыла.

Она врала. Упрямый наклон ее головы почти кричал о том, что все это — лишь бравада, лишь маска, которой он верил годами.

— Неужели?

— Если только это не касается работы, и тогда я обычно стараюсь побыстрее ее выполнить, чтобы мне не пришлось иметь с тобой дело.

Он подошел ближе, чертовски хорошо зная, что она не сдаст позиции. Это было не в ее стиле. Никаких отступлений. Она будет держаться до конца.

Увидев свет в ее глазах, он кое-что осознал.

— Никогда? Ты ни разу не вспомнила, как хорошо нам было вместе?

— Мне было хорошо со многими мужчинами, — ответила она.

Никто никогда не бросал ему вызов так, как эта женщина. Его кровь не бурлила так уже больше десяти лет. Раньше такое предвкушение он испытывал перед ночью выборов, но ничто не могло сравниться с тем, чтобы словесно сражаться с Тиной прямо перед тем, как толкнуть ее на кровать и развернуть настоящую битву. Он все помнил.